Никита Петров: Год 49-й. Новые сталинские репрессии

25

Если говорить о 49-м годе как о некоем апофеозе послевоенного идеологического развития Советского Союза, то он действительно особенный. Он отличается от 48-го, и он является прологом некой уже сталинизации и стагнации режима – не только в Советском Союзе, но и в странах так называемой народной демократии.

Никита Петров, заместитель председателя совета Научно-информационного и просветительского центра "Мемориал"

Идеологические кампании начались, конечно, гораздо раньше – мы можем вспомнить и 46-й год, постановление ЦК ВКП(б) о журналах «Звезда» и «Ленинград», и 48 год – решение о музыке, и сессия ВАСХНИЛ, разгром советской генетики, наконец, начавшаяся даже дискуссия в 48 году относительно квантовой физики. Одним словом, то, что называется в простонародье «маразм крепчал», это происходило. Но здесь важно другое: мы можем посмотреть на 49 год прежде все с точки зрения сухой статистики. Вот чем занимались органы МГБ – до того и после того? Если мы посмотрим на статистику, то увидим, что в принципе, количество арестов, которые провели органы МГБ за так называемую антисоветскую деятельность, оно такое же, как и в 48-м. Т.е. в 48-м 70 тысяч арестовали человек, и в 49-м 70 тысяч человек на всю страну. При этом за антисоветскую агитацию и пропаганду как раз аресты в 49-м году резко возрастают: если в 48-м году арестовано 9,5 тысяч, то в 49-м – 15 тысяч. А из них вот в чистом виде за антисоветские высказывания, т.е. только то, что человек говорил, и не более того – аресты также увеличиваются: 4,5 тысяч в 48-м году и 5700 человек в 49-м году. И здесь я, конечно же, думаю, уместно будет привести примеры – а за что же, собственно, людям давали сроки от 5 до 10 лет, а порой и выше. На самом деле, за то, что сегодня мы считаем безобидными высказываниями. Вот, например, Давыдова, малограмотная, инвалид труда, рабочая, говорила знакомым: «Эти праздники – только маскировка. Век бы их не было. Люди нищенствуют, а радио занимается брехней о хорошей жизни. Вождь трудящихся довел нас до нищеты путем страха, за каждое слово арестовывают». На самом деле, она абсолютно права. Или следующий пример: Демиров, бухгалтер пищепрома. После прочтения газеты об улучшении состояния здоровья Тольятти после покушения на него, сказал: «Тольятти, наверное, уже сдох, а о нем пишут, что улучшается здоровье». Тоже получил срок.

Или вот Деревягин, образование низшее, бухгалтер завода. Рассказывал про жизнь при царе, говорил, что раньше было все много, а теперь ничего нет, что за границей жизнь лучше, рабочие живут в хороших квартирах. Получил срок за антисоветскую агитацию и пропаганду. И наконец, Назаров, образование неполное среднее. Шутил. Он говорил, что ВКП(б) расшифровывается «второе крепостное право».

Да, это уже немножко серьезнее. Но тем не менее, когда мы говорим о том, из чего, собственно говоря, состояли репрессии 49-го года, мы не должны забывать, что в это время прошли очень крупные кампании по выселению населения из Прибалтики – так называемая операция «Прибой». Семьи кулаков и националистов, т.е. тех, кто боролся с советской властью. Ну, кулаки – это просто зажиточные крестьяне. Т.е. это, на самом деле, своего рода 30-й год, тот, что был в России, только уже переиздание для новых приобретений, для новых территорий. Из Латвии выселили 41 тысячу человек, из Эстонии около 20 тысяч человек. К сожалению, цифр по Литве я так быстро не нашел. Ну и наконец, выселение турок и греков с Черноморского побережья. И заодно так называемых дашнаков и их семей из Армении. Около 27 тысяч человек.

Их причислили к… ну, либо последователям, либо сторонникам националистической буржуазной партии Дашнакцутюн. Вот они были подверстаны под выселение турок и греков с Черноморского побережья. Греков выселили 27 тысяч, турок – 5400, по армянам тоже несколько тысяч, к сожалению, не могу точно сказать. Наконец, операция «Юг», масштабная операция в Молдавии по выселению так называемых кулаков. То же самое – установило Политбюро лимит: выселить 40 тысяч человек. Ну, на самом деле, выселили около 35 тысяч человек. Операция прошла в июлей 49 года. Из Прибалтики выселяли в марте 49 года. Удивительно другое, что жителей Литвы, Латвии, Эстонии выселяли в Красноярск, в Омскую область, в Иркутскую. А вот в Хабаровскую и Якутию не смогли, потому что даже в записке МВД это объяснялось: там еще нет навигации. Так что в каком-то смысле то, что в марте выселяли, не позволило их отправить совсем уж далеко.

Да, и кроме того, скажу еще об активности МГБ за рубежом. Это, прежде всего, показательные открытые процессы в странах народной демократии – в Болгарии и в Венгрии. В Венгрии судили Ласло Райка, громкий, шумный политический процесс с расстрелами, в Болгарии Трайчо Костова. Оба видные представители, между прочим, компартии этих стран. Типичное проявление сталинской шпиономании и понимания того, что нужно крепить ряды соцстран и мобилизовать их усилия против Югославии. В этом же 49-м году проходит информационное совещание коммунистических партий, где жесткому остракизму подвергают Югославию. Более того, доклад, который делает Георго Удешт, называется «Югославская компартия во власти убийц и шпионов». Одним словом, 49 год – это своего рода апофеоз сталинизации и для стран народной демократии, и для стран так называемого социалистического блока. И историки не зря говоря, что вот именно в этот момент – с конца 48 – начала 49 года – все эти страны вступили в период сталинизации – это своего рода такой исторический термин.

Есть еще внутри страны, я бы сказал, три, как теперь модно говорить, знаковых события. Во-первых, это два юбилея: один помельче, другой покрупнее. Помельче – это 50 лет в марте исполнилось Лаврентию Павловичу Берии. Не последнему, заметим, человеку в советском руководстве. А в декабре с помпой, с шумом, с вселенским шумом праздновалось, конечно, 70-летие вождя всех народов товарища Сталина. И это был, конечно же, тоже поворотный пункт в некой советской идеологической пропагандистской кампании. Т.е. к этому времени, на самом деле, выстраивалось такое, своего рода, единство рядов. Для чего нужна вообще была антиамериканская риторика? Для чего она вообще всегда нужна? Стране нужен внешний враг. Иначе совершенно трудно объяснить, почему население живет еще недостаточно богато, почему бедствуют отдельные районы? Ведь мы же не будем с Вами свои впечатления о жизни в сталинскую эпоху строить по фильму «Кубанские казаки»? Ведь не зря же даже при Хрущеве этот фильм разругали в пух и прах.

Это, вот, такие своего рода лубочные картинки, на основании которых, к сожалению, сегодня строится представление молодого поколения о том, как тогда жилось населению. Кинематограф в этом смысле играл роль пропагандистского аппарата, пропагандистский механизм такой кинематографических образов, он довольно упорно внедрялся. Через песни, через многое другое. А мне просто вспоминается… тоже, кстати, один из примеров, когда посадили на 10 лет за антисоветскую агитацию и пропаганду: одна артистка сказала, что «в наше время можно играть только на балалайке, ничего другого серьезного делать больше не стоит, потому что могут просто посадить». Но даже за это высказывание ее… вот за эту балалайку ее и посадили.

Тогда речь шла, собственно, о социальной чистке. Это есть довольно известная сталинская практика – то, что было у нас в 37-м году, оно же проводилось в других странах и на территориях, захваченных Советским Союзом. Т.е. это своего рода переустройство жизни на советский лад. Оно непременно, значит, имело своей основой проведение репрессий. Иначе советизацию провести по сталински невозможно – это понятно. Значит, люди, которые имели скот, люди, которые возделывали землю, которые имели более или менее достаток – они жили на земле, и они своим трудом многое создавали. Кстати говоря, не исключено, что иногда и с помощью наемных работников – была и наемная сила. Но чаще работали большие семьи. Это и есть тот самый слой, который нужно было разгромить для того, чтобы всех согнать в колхозы. Так что если говорить о том, кого выселяли из Прибалтики, Молдавии, то здесь более или менее понятно – это тех, кого у нас выселяли и репрессировали в 30-м году. Если же говорить о том, можно ли было за 4 года создать культурную зажиточную жизнь, как об этом часто любил говорить Сталин, то вполне понятно – мы же не говорим о том, что жизнь должна была быть за четыре года создана. Тем более, что СССР сам выстраивал барьеры между собой и другими странами. И план Маршалла, в отличие от других стран, отвергал. Более того, понятно, что вот здесь вот за вот эту самую советскую самобытность и советскую систему приходилось платить очень высокую цену. Но: если мы говорим о Западе и его агрессивных планах, то достаточно вспомнить: в 49-м году Советский Союз только испытал свою первую ядерную бомбу, ядерный боеприпас, который еще не был, что называется, на вооружении.

В Америке в это время ядерный арсенал составлял уже около 300 боеприпасов. И разумеется, любое генштаб, любой, значит, министерство обороны в любой стране планирует ведение боевых кампаний. Это не значит, что оно их ведет – но на случай возникновения конфликта нужно иметь план. Какие города будут бомбить, как, когда, какими силами – так что это ничуть не говорит об агрессивности. Агрессивность была бы, если бы они бы это применили. Они имели возможность все это применить. Потому что бомбы были, в отличие от Советского Союза. Советский Союз не нанес бы ответный удар – это тоже было очевидно. Так что валить на западные страны и приписывать им какую-то агрессивность – я считаю, что это и лицемерие, и демагогия. Конфронтация, безусловно, была, но именно почему: потому что Советский Союз нарушал свои обязательства, взятые даже в Ялте. Советский Союз советизировал насильно сопредельные страны, выставил так называемые барьеры. Более того, я могу рассказать еще об одном, тоже очень важном решении августа 49 года: 2 августа было принято решение о свертывании советской разведывательной активности в странах народной демократии. Т.е. это очень важный момент, когда становится ясно, что эти страны есть в одном блоке с Советским Союзом, т.е. наша разведка против этих стран больше не работает – это было подписанное Сталиным специальное постановление совета министров. Ну и конечно же, утверждать, что у нас в данном случае жизнь хуже только потому, что были последствия войны – это тоже неправильно. Потому что все средства были брошены на не восстановление хозяйства – этим, кстати, занимались, конечно – а на создание новых видов вооружения, на новые вооружения, на новое противостояние с Западом. Т.е. вот тот самый тупиковый путь, который в конце концов и сгубил советскую систему.

Да, представьте себе, это довольно-таки… не слишком известный факт. Ну, он не стал центральным элементом, скажем, даже той же сталинской пропаганды, но 26 мая 1947 была отменена смертная казнь, зато введены 25-летние сроки заключения. Одним словом, рачительное и рациональное использование трудовых ресурсов, каковыми являлись заключенные, ставилось, что называется, во главу угла. Я могу сказать, что к январю 53-го года число заключенных лагерей возросло до 2 500 тысяч человек. Я уже не говорю об огромном количестве спецпоселенцев. Ну, и выселенные народы – это тоже миллионы человек. Это все, вот она армия труда. Так что смертная казнь была отменена, но в январе 50 года, опять же, по инициативе Сталина, она была введена вновь для шпионов, диверсантов и изменников родины.

Кампанию он завел, конечно же, ту, которая имел самый непосредственный антисемитский душок. Но по своей направленности кампания, безусловно, продолжала вот ту линию 37 года, когда искоренялись люди, связанные с западными странами. Т.е. мы можем говорить о том, что в послевоенное время уже на новом уровне происходили все те же самые операции, принципиально те же самые операции, которые проходили в годы большого террора в 37-м году. И вот эта своего рода антисионистская, а по сути, конечно же, выродившаяся в антисемитскую кампанию, она Сталиным поощрялась. Другое дело, что сам Сталин был вполне рационален – около себя он терпел вполне определенное число евреев, таких как Эренбург или Каганович в Политбюро. Это ему было необходимо. Но не для того, чтобы его обвинили в антисемитизме. Много спекуляций на эту тему, и мы просто не можем сегодня говорить об этом довольно долго, но дискуссия, планировалось ли выселение евреев в 53 году, является своего рода как раз, вот, важнейшей точкой. Часть исследователей говорят: да, безусловно, планировалось, правда, не может привести доказательств, другая часть говорит: нет. Целенаправленно по евреем удары действительно были. И антиеврейская политика Сталина, она действительно подтверждается многочисленным количеством документов. Но конечная цель была все-таки не разгром еврейства и не переселение еврейства, значит, в разные точки Советского Союза. Конечной целью было, прежде всего, все контролировать и держать в узде. Т.е. не допустить того, что Сталин считал, вот, опасностью извне. Т.е. это своего рода, вот, теория осажденной крепости.

И 49 год – это пик идеологических кампаний, это пик завинчивания гаек внутри страны, это пик подавления инакомыслия. 49 год – это, конечно же, некий разгром группировок внутри партии, такой, как была ленинградская группировкой, хотя она группировкой, конечно же, не была.

Поделиться:
Загрузка...