В начале недели президент Петр Порошенко побывал на днепропетровском «Южмаше». Флагман украинского ракетостроения переживает не лучшие времена. Итогом встречи с менеджментом и коллективом стали обещания скорого подключения завода к гособоронзаказу.
gov.ua
Уже многие годы предприятие работает в отрасли мирного космоса, хотя в советском прошлом по праву гордилось достижениями на военном поприще. Вместе со своим соседом, КБ «Южное», «Южмаш» заслужил статус союзного центра создания межконтинентальных баллистических ракет (МБР). Сегодня космические программы не приносят дохода, который позволял бы выживать, уверяют на предприятии. В большинстве из них слишком велика доля участия России. Не исключено, что завод ожидает новая веха в развитии – производство военной продукции. Но более вероятен другой сценарий, в котором определенная роль отводится гипотетическим западным партнерам и заказчикам.
21 октября президент Петр Порошенко посетил с рабочим визитом днепропетровское ГП ПО «Южный машиностроительный завод им. А. М. Макарова» («Южмаш»). В цехах завода, презентующего свои возможности – традиционные для такого события тракторы, автобусы и троллейбусы. «Мы готовы к сотрудничеству в любой машиностроительной тематике, у нас есть все технологические процессы, которые задействованы в среднем машиностроении», – уверяет помощник генерального директора «Южмаша» Владимир Ткаченко. Но были представлены и менее привычные экземпляры: модели ручного гранатомета, легкого самолета и мобильного комплекса наблюдения. Все это, скорее, заинтересовало бы заказчиков от Вооруженных сил, чем мирных потребителей.
gov.ua
Представители предприятия, которое в силу особой специфики производства никогда не отличалось открытостью, сейчас охотно дают комментарии прессе. «Ситуация критическая. Ежедневно уходят люди, спад производства к уровню 2012-2013 годов сейчас составляет 80%», – рассказывает Владимир Ткаченко. По его словам, Украина как никогда близка к тому, чтобы потерять почетный статус космической державы.
Как объясняют на «Южмаше», причина бедственного положения – политический курс на сворачивание кооперации с Россией и выход РФ из совместных проектов мирного космоса. «Львиную долю нашей выручки обеспечивали поставки в РФ ракет «Зенит», – подчеркивает Ткаченко, не уточняя размера доли.
Ракеты-носители «Зенит-ЗSL» и «Зенит 3SLБ» «Южмаш» поставляет в рамках программ «Морской старт» и «Наземный старт». Это многосторонние международные договоры, но один из основных участников программ – российский НКК «Энергия». По федеральной программе РФ поставлялась модификация ракеты «Зенит 3SLБФ». Еще одно направление сотрудничества «Южмаша» с Россией – поставка конверсионных ракет «Днепр» (модификация МБР РС-200 «Сатана»).
Ткаченко уверяет, что производство ракет «Зенит» полностью прекращено: поставки по ранее заключенным контрактам выполнены, а новые не заключаются. «По «Днепру» сказать пока нечего, там кооперация не разорвана, но и поставки не выполняются. Ведем переговоры», – отмечает он. И сокрушается, что из-за всех этих проблем в текущем году предприятие, скорее всего, закончит год с убытком – «со всеми неприятными последствиями». Последнее сказано в контексте текущих финансовых проблем завода: «Южмаш» имеет задержки по зарплате более трех месяцев и периодически сталкивается с рисками долгов перед поставщиками. Как, например, в марте, когда ДТЭК пригрозила отключить электричество на заводе из-за долга за электроэнергию в 111,8 млн гривен. «Мы стремительно теряем лучшие кадры», – констатирует Ткаченко.
Взгляд со стороны
«Южмаш» как госпредприятие относится к сфере подчинения Государственного космического агентства (Госкосмос). Там не склонны драматизировать проблемы днепропетровцев. «Выйти из программ «Морской старт», «Наземный старт» не так просто – это многосторонние международные договоры. Поэтому пуски продолжаются, в этом году у нас был, например, уникальный запуск ракеты «Днепр», который вывел на орбиту одновременно 33 космических аппарата. Такого еще не было», – рассказывает советник председателя Госкосмоса Эдуард Кузнецов.
Также он напоминает, что в этом году уже был запуск по программе «Антарис» – совместного проекта Украины и NASA, запуски в рамках которого начались в 2013 году («Южмаш» по контракту готовит ракету к пуску и обслуживает ее). Это одна из программ, в которых не задействована Россия. Среди других подобных можно назвать, например, проект по созданию сверхлегкой ракеты Vega совместно Украиной, Европейским космическим агентством (ESA) и Итальянским космическим агентством (ASI) (запуски с 2012 года).
Хотя Кузнецов признает, что далеко не все эти программы прибыльны для «Южмаша». «Чтобы был рентабельным проект «Антарис», необходимо 5-6 пусков в год, сейчас выполняется только 3-4. Причем причина не в нас, а в американцах, они постепенно свои разработки дорабатывают», – отмечает представитель Госкосмоса.
По данным Forbes, финансовая ситуация на «Южмаше» не так плоха, как ее описывают на предприятии. За І полугодие 2014-го ГП увеличило выручку почти в три раза в сравнении с тем же периодом 2013-го – со 148,4 млн гривен до 430,7 млн гривен. Но за этот же период завод существенно нарастил убыток – со 112,7 до 661,7 млн гривен. Выручка предприятия за 2013 год составила 839 млн гривен, чистый убыток – 184,7 млн гривен. В 2012-м убыток составлял 46,6 млн гривен при выручке 1,8 млрд.
Госкосмос разработал пакет законопроектов для спасения завода, говорит Кузнецов. Среди них – проект закона о корпоратизации предприятия (это позволит улучшить систему менеджмента, считает эксперт), о финансовой стабилизации (предполагается увеличение уставного фонда и ряд других шагов), а также предложения о продлении льготного режима ввоза комплектующих. Он истекает в текущем году и закреплен положениями Таможенного и Налогового кодексов.
Такие шаги на заводе приветствуют. По словам Владимира Ткаченко, «Южмаш» рассчитывает на вливания от государства в рамках этих законов в 1,7 млрд гривен. Насчет гособоронзаказа там тоже не возражают. Не желая, правда, вдаваться в детали относительно того, какую именно продукцию предприятие сможет производить для армии.
У «Южмаша» есть еще одна статья заработка, о которой сегодня неохотно говорят как на самом предприятии, так и чиновники с экспертами. Это обслуживание баллистических ракет 15П 118М «Воевода» (по классификации НАТО SS18 «Сатана») на основании договора между Россией и Украиной о продлении срока эксплуатации ракетного комплекса. Более сотни этих ракет, состоящих на вооружении российских ракетных войск стратегического назначения, составляют основу ядерного арсенала РФ.
Запрет на военное сотрудничество с Россией, который появился вскоре после начала ее военной агрессии, коснулся только предприятий ГП «Укроборонпром», продающих свою продукцию через «Укрспецэкспорт». Поэтому формально у «Южмаша» есть все основания этот запрет обойти. На предприятии отказались от комментариев по этому вопросу. А опрошенные Forbes эксперты поспешили заверить, что выполнение данного контракта приостановлено.
Для России же это направление военного сотрудничества с Украиной – одно из важнейших. И у Госкосмоса, которому подчиняется «Южмаш», есть свой резон не идти на открытую конфронтацию с РФ. Ведь на территории оккупированного Крыма остался один из украинских стратегических объектов с точки зрения программ мирного космоса – Национальный центр испытания космических средств.
Вероятно, коллектив завода далеко не в восторге, что при всех существующих сложностях центральная власть настойчиво требует отказа от обслуживания российских ракет, забирая у рабочих последний хлеб. Но у Петра Порошенко свои задачи: уже много лет США оказывают давление на Украину, склоняя ее отказаться от участия в продлении срока эксплуатации ракет «Сатана». Это сместило бы баланс мировых ядерных сил в пользу американцев.
Могут ли Штаты предложить альтернативные направления сотрудничества, чтобы компенсировать потери «Южмаша»? По мнению Валентина Бадрака, директора Центра исследований армии, конверсии и разоружений (ЦИАКР), возможностей множество. Это и расширение сотрудничества в рамках программы «Антарес», и новые программы мирного космоса по заказу NASA. На днях американская корпорация Boeing, которая является стороной в проекте «Морской старт» и участником многих программ NASA, сообщила об открытии своего представительства в Украине и о наборе специалистов для него. Что может говорить и о желании американцев более широко взаимодействовать с Украиной в сфере мирного космоса.
Речь также может идти и о выходе на международный рынок с продукцией по существующим наработкам для оборонного комплекса, говорит Бадрак. «На «Южмаше» не первый год создают оперативно-тактический комплекс «Сапсан» дальностью 300-500 км. Такая продукция может как поставляться по гособоронзаказу, так и заинтересовать иностранных заказчиков, – отмечает директор ЦИАКР. – Еще одна оборонная наработка «Южмаша» – крылатые ракеты «Коршун».
На самом предприятии скептически относятся к таким разговорам. «Постановка на производство новой продукции в сложной отрасли – это 5-7 лет. А вопрос выживания стоит уже сегодня. На Западе действует своя система стандартов, которым подчиняется вся документация и все технические процессы. И чтобы поставлять что-то туда, нужно полностью перестроить наши стандарты под стандарты заказчика», – поясняет Владимир Ткаченко. Хотя он подтверждает, что «Южмаш» усиленно ищет способы диверсификации, рассматривая все возможные варианты.
Вероятно, побывав на «Южмаше», президент пообещал заводу гарантированное будущее и без сотрудничества с Россией. Хочется верить, что уроки прошлого учтены. Их в контексте ситуации можно вспомнить как минимум два. В 2006 году на «Южмаш» приехал президент Виктор Ющенко. И пообещал «золотые горы», в частности – финансирование и содействие в постановке на производство комплекса «Сапсан», аналога российского «Искандера». Чего не произошло и по сей день.
А более ранний урок восходит еще к временам президентства Леонида Кучмы и относится к другой отрасли. В 1998 году под настойчивым давлением американцев Кучма склонил руководство харьковского турбостроительного завода «Турбоатом» отказаться от совместного с россиянами крупного контракта на поставку тихоходных турбин для АЭС в Иран. Взамен США пообещали альтернативные заказы для «Турбоатома» и помощь украинскому энергетическому сектору. Но ни то, ни другое так и не было реализовано.
Екатерина Гребеник
