Напряженность растет. Обмен взаимными обвинениями становится все агрессивнее.
Около 40 тысяч российских военнослужащих по-прежнему стоят в приграничных с Украиной районах. Они непрерывно проводят учения.
Украинские власти продолжают "антитеррористическую операцию", направленную против пророссийских сепаратистов на востоке страны.
Тем временем дипломатическое противостояние также обостряется все больше. Вашингтон обвиняет Россию в несоблюдении Женевских договоренностей, заключенных на прошлой неделе. США угрожают применить против России новые санкции, а Москва в ответ заявляет, что ей придется взять под защиту русских, которым угрожают действия украинских сил безопасности.
Принимая во внимание все эти обстоятельства, становится ли перспектива войны неизбежной?
Ответ, разумеется, отрицательный, однако налицо все элементы вооруженного конфликта.
Войска заняли позиции, политики высказали свои взгляды.
Россия сконструировала версию событий, в рамках которой любая военная интервенция будет представлена в виде "миротворческой акции". Ее силы могут быть очень быстро приведены в действие.
Поэтому здесь необходимо применить важную оговорку. Перспектива войны может и не быть "неизбежной" — мы не в состоянии заглянуть в душу президента Путина — но существует реальный и тревожный шанс, что вооруженные действия с участием российской армии могут действительно начаться.
Однако в этом деле ничего не представляется очевидным. И спорадические хаотичные столкновения между украинскими военными и пророссийскими сепаратистами могут стать прелюдией к тому, что грозит произойти.
Давайте разберемся с возможными вариантами событий.
1. Полномасштабная российская интервенция
Российские войска заняли позиции у границ с Украиной
Россия располагает необходимым количеством войск, боевой техники и тыловым обеспечением для развертывания крупного наступления на востоке Украины.
Командование НАТО уже высказывало предположения о направлении такого наступления — на юго-запад в направлении Одессы вплоть до Приднестровья, где уже есть российские силы.
В этом случае можно ожидать значительного украинского сопротивления; российские силы могут столкнуться с партизанской войной на путях коммуникаций.
Даже крупная российская группировка может оказаться недостаточной для закрепления на обширных захваченных территориях — ее придется усиливать за счет менее боеспособных соединений.
2. Перманентная дестабилизация
Сепаратисты захватывают здания и строят баррикады
На другом краю спектра стоит продолжение того, что происходит в настоящий момент — то есть мобилизация пророссийских группировок на Украине, разрозненные стычки между украинскими силами безопасности с российскими спецподразделениями, закамуфлированными под силы самообороны.
Целью такой тактики является создание ощущения хаоса и неспособности правительства в Киеве взять под контроль положение в стране в обстановке постоянной угрозы со стороны российских сил на границе.
Опасность такой тактики состоит в том, что реальные события на местах могут спровоцировать более серьезный кризис и привести к эскалации вооруженного конфликта.
3. Ограниченная "миротворческая" интервенция
Возможно, этот вариант является более предпочтительным для Москвы. Речь идет о локальной интервенции сравнительно небольшого масштаба с целью защиты "русскоговорящего" населения в конкретном районе.
Россия уже заявила, что опирается на международное право в случае таких действий. Однако трудно представить себе, что украинские вооруженные силы не отреагируют на такую интервенцию, что может быстро привести к эскалации конфликта и захвату более обширных территорий.
Россия утверждает, что имеет право на защиту русскоязычного населения
Заявляя, что война не является неизбежной, следует признать, что все указывает на то, что события развиваются в сторону усиления конфронтации.
Реальный вопрос не в том, что произойдет дальше, а в том, каким образом завершится этот кризис.
Действительно ли Россия намерена пойти на аннексию восточных районов Украины, как это было в случае с Крымом? Собирается ли Москва пойти на экономические издержки, связанные с вторжением на Украину?
А может быть, Запад просто недооценивает то значение, которое Украина имеет для России? Может ли оказаться, что западные политики неверно оценивают уровень риска и потенциальных экономических потерь, на которые готов пойти президент Путин ради "защиты жизненных стратегических интересов России" в том виде, как он их понимает.
Джонатан Маркус
