«Был ясный, теплый, солнечный… Пауза. – Предпоследний день… И наконец, отчетливо: – Помпеи!». Эта довлатовская фраза описывает ситуацию Зеленского.
«А что после Зеленского?». Как сообщает нам из Вашингтона новоиспеченный почетный член Atlantic Council Алексей Гончарук, этот вопрос он «все чаще слышит», и для многих его знакомых «Зеленский – всё, надо искать что-то другое». И, положа руку на сердце, стоит признать, что сообщает это не Гончарук, уж чересчур дерзкое это сообщение для Алексея, а демократический обком. И это в самом деле уже общее ощущение игроков украинской политики. И группы влияния уже планируют «на после Зеленского» и пытаются занимать плацдармы или удерживать их.
На этой неделе мы наблюдали новые удары по оставшимся прозападным позициям в НБУ и Нафтогазе со стороны Ермака и Коломойского. В случае с НБУ это была такая классическая мелко-подлая чиновничья травля. Совет НБУ, возглавляемый подконтрольным Коломойскому Богданом Данилишиным объявил, как совершенно справедливо глумится Фурса, doganu зампредам правления Сологубу и Рожковой. Двум последним представителям команды Смолия-Гонтаревой в НБУ. Dogana была поддержана председателем НБУ Шевченко. Архаичный совковый акт порицания отступников и национал-предателей был вызван их контрреволюционными интервью о том, что МВФ денег не даст, и отношения с ним обнулились. И поэтому мальчика и девочку, крикнувших, что король-то голый, порешили выпороть, а может быть даже уволить. Если получится.
Не получилось. Пока. МВФ и посольство щелкнули Банковую и Шевченко по носу, прямо заявив об обеспокоенности в связи с «голосованием по Рожковой и Сологубу». Да и увольнять полномочий нет, а сами не ушли. Хоть член Совета НБУ Шапран и намекнул, что напрасно, и вспомнил романтические 90-е, когда таких мешающих жить банкиров расстреливали в подъездах. Воспоминание недостаточно радикальное. Можно было бы вспомнить времена товарища Сталина, когда за пропущенную запятую в отчетности давали десятку, а за улыбку на партсобрании могли и расстрелять, предварительно получив под пытками признание работы на английскую разведку.
Просто для понимания, каких людей завел Коломойский в совет НБУ. Еще в марте этого года Шапран призывал объявить дефолт, сравнивая это состояние с «расстройством желудка». «Если нет физической возможности больше терпеть, то стоит опорожниться и принимать лекарства. Так и с дефолтом государств — если нет объективной возможности обслуживать долг, то в дефолте нет ничего плохого», – писал Шапран. Опорожнимся на головы доброму народу и обвалим гривну, ну, например, вдвое – все для вас, Игорь Валерьевич.
Но самое интересное в этой истории даже не сама dogana, а то, что Коломойский был в курсе ситуации, допускал увольнение одного из зампредов, и был готов усадить в освободившееся кресло своего человека – Александра Завадецкого. Который уже даже подал в НАПК декларацию для назначения на должность зампреда НБУ. Завадецкий – экс-сотрудник НБУ, который был уволен из Нацбанка после конфликта с Рожковой в 2016 году и моментально куплен на трансфертном рынке Игорем Валерьевичем. И во время затяжной атаки Коломойского на НБУ и Гонтареву выступал главным консультантом-инсайдером и был одним из публичных лиц этой атаки, принимая участие в легендарном фейке – липовых «слушаниях» Конгресса по «преступлениям Гонтаревой», устроенных стремными лоббистами в технической комнате подвала Капитолия.
И если для Офиса НБУ – это печатный станок, запуск которого предусматривает бюджет-2021, то для Коломойского – точка входа в Приватбанк, развала поданных против него исков и защиты от американского следствия и тюрьмы. Как и Кабмин, в котором Коломойский рассчитывает получить долю после местных выборов.
Вторая линия атаки – Нафтогаз. Собственно, Ермак, а может, не столько Ермак, сколько московские кураторы, давно хотели посадить туда своего человека. Еще весной Ермак пытался сделать это через возбуждение дела АМКУ. Сейчас государственная аудиторская служба делает ревизию и, конечно, находит нарушения на 226 млрд грн, и почему-то направляет материалы в Главное управление контрразведки СБУ. Сам Коболев сообщает, что против него возбуждено уголовное дело о государственной измене. А САП сообщает, что подозревает менеджмент «Нафтогаза» в хищении газа на сумму 730 млн гривен.
Если в Украине возбуждаются такие дела, значит это кому-нибудь нужно. Значит, кто-то настойчиво хочет зайти в «Нафтогаз», убрав жестко защищаемого американцами Коболева. Обком в ответ делает ход конем. И депутат «Голоса» и экс-заместитель главреда «Зеркала недели» Сергей Рахманин заявляет, что «все больше людей говорят, что в ноябре возможна смена премьера, и Коболев рассматривается как наиболее реалистичный кандидат на эту должность». Красиво. Напряжение нарастает, и вечер перестает быть томным.
А Зеленский, тем временем, продолжает гастроли и едет в Европу. Собственно, это первая полноформатная встреча Зе с лидерами ЕС. До этого был еще июльский саммит 2019 с новоизбранным украинским президентом без парламента и правительства и уходящим руководством ЕС, поэтому мероприятие было скорее протокольной формальностью. А сейчас было полноценное знакомство и сверка часов. Хотя, похоже, все в Европе уже поняли, что стрелки у Зеленского бегут в разные стороны, и особо вслушиваться в его речи, этакие вербальные полотна плохого художника-абстракциониста, не стоит – хотя бы ради сохранения психического равновесия.
Собственно, главным итогом саммита стало то, что безвиз нам не отменили. И на том спасибо. Не отменили и жестко не критиковали, потому что в приличных домах сразу по лицу не бьют. Такая традиция. После истерической реакции Офиса на «ЕС- не банкомат» Борреля решили не давить и оставить пространство для диалога. Просто поговорили. Очень вежливо сказали, что в случае, если союз меча и орала Коломойского, Ермака и Медведчука таки отожмет САП и НАБУ, макрофинансовой помощи в 1,2 млрд евро не будет. Вежливо с глазу на глаз и при свидетелях попросили реформы (в частности, судебную) и борьбу с коррупцией – в собственном окружении.
Зеленскому нечего предъявить ЕС, кроме деклараций и кастрированной земельной реформы. Ни один большой институциональный инвестор во время его каденции в Украину не вошел. Концессии в зерновых портах – это наш потолок. Где эти анекдотичные инвестиционные няни? Где бизнес, который они обслуживают? Никто о них уже не вспоминает. И в то же время нечего предложить избирателям по итогам саммита. Безвиз не убил? Ну, спасибо тебе, дорогой. И поэтому главным европейским достижением становится 2,5 млрд фунтов, которые, может быть, даст Великобритания — на свои проекты Украине, которые будут оплачены деньгами из украинского бюджета. Только в таком финансовом формате Европа готова сотрудничать с Зеленским.
И главный фон недели – нарастающая волна эпидемии коронавируса. Несмотря на уменьшение количества тестирований, заболеваемость рекордно увеличивается. При этом мы имеем дело с отсроченными данными. Число в десять тысяч, после которого может наступить коллапс системы здравоохранения – дело недель, а может и дней. Больницы уже переполнены, проблемы с обеспечением коек кислородом. МОЗ реагирует увеличением количества коек. Механизм увеличения количества коек у нас, в отличие от Европы, очень прост: находится свободное помещение, на склад отправляется завхоз с двумя-тремя ходячими больными, и в помещение приносится пружинная кровать, как правило, произведенная еще в СССР. Вот такое ноу-хау открытия новых ковидных отделений. Но при таких темпах развития пандемии и этот механизм будет исчерпан.
Сегодня, в субботу, у Зеленского будет совещание, на котором будет решаться, что делать дальше. Хороших решений нет, а плохие они принимать боятся. Ребята считают, что им очень не повезло. Боженька, передвинь пандемию хотя бы на день после выборов, потому что она нас просто убивает – электорально. Второй локдаун они видят как свое полное и быстрое поражение. Однако очевидно, что закрывать школы надо уже сегодня. Стратегия власти по борьбе с коронавирусом – засунуть голову в песок, а тем местом, что осталось наверху, кричать, что во всем виноваты мэры. Ну Шмыгаль с Кабмином, конечно, которые что-то одно, а Зеленский – это совсем другое.
Убедить электорат в этом вряд ли удастся, потому что все видели, что лето и коронавирусный фонд были потрачены не на подготовку ко второй волне, а на агитационный тур и дороги. Дураки и дороги, классика. И поэтому мэры, которые делали хоть что-то, в отличие от большого, пустого и звонкого «ничего» Зеленского, после выборов выйдут победителями. У них будет актуальный мандат доверия избирателей. А центральную власть ждет неизбежная перезагрузка, форму которой определят результаты местных выборов. Ну а коронавирус, в случае усиления волны до 10 тыс и выше, станет даже не гамбургским счетом, он им уже стал, а – могильщиком власти.
