Согласование по поставке в Украину современных западных танков означает много решенных практических вопросов за кулисами.
Например, обучение — командир танка в США учится обычно до 20 недель (он чередует все позиции экипажа, это называется «базовый курс бронетехники»), мехвод и наводчик 6-9 недель.
К тому же есть всякие узкие специальности, тот же мастер-наводчик в американской армии, что является помощником комроты во всех вопросах стрельб, два офицера в управлении, специалист по ремонту систем танка Абрамс и т.д.
Чтобы рота работала как единое целое, надо здорово постараться на полигоне и в учебном классе, а потом все эти роты ждет слаживание в составе батальона и бригады.
Кроме того цепочка — аварийный танк, БРЭМ, тыл батальона, сборный пункт аварийных машин , заводской ремонт, также требует и поставок техники, и обучения узких специалистов.
Например, на роту M1A2 Abrams, чаще всего идет 2 БРЭМ M88A2 IRV «Геркулес», плюс группа полевого обслуживания.
В тылу батальона уже необходима подвижная мастерская с краном, способная снять танковый двигатель, тяжелые эвакуаторы (M984A4 HEMTT в случае армии США) и подготовленные люди — включая сержантов мотористов и механиков, специальности, что не выпекаются как свежие пончики.
Ибо специфика танка такова, что он будет регулярно рваться на минах, терять катки и гусеницы, навесное оборудование и оптику, нуждаться в замене динамической защиты и антенн — что-то из этого можно сделать в поле, что-то только в условиях завода, но спецы и эвакуаторы необходимы в обоих случаях.
Помимо этого нужны тралы способные перевозить 63-тонные «Леопарды 2А6» или 70-тонные «Челленджеры-2» — то, что Германия передает 76 тягачей и полуприцепы к ним, это только начало.
Если коалиция планирует к поставке свыше трех батальонов танков западного производства только к весне, наращивая дальнейшие усилия по передаче — тягачи с тралами будут так же важны, как и поставки снарядов, матриц для тепловизоров, навесных комплектов брони и т.д.
Потому, что от них крайне зависит переброска от железнодорожных станций и назад, вывод на деплоймент, сохранение моторесурса техники и в особенности заводской ремонт.
Естественно, ибо ремонт танков сразу освоить не получится, как не получилось отремонтировать САУ — те же «Крабы» возят в Польшу на завод производитель, PzH 2000 в страны Балтии, Германию и новую ремонтную базу в Словакии.
Поэтому так важна коалиция стран эксплуатантов тех же «Леопардов-2» — это обучение украинских рембатов, запасные части, мощности для среднего ремонта, наработки по модернизации, обмен опытом групп полевого обслуживания.
И опыт Турции, и Польши будет для нас в этом плане бесценным — поляки переходили с экспортных Т-72, а турки пытались модернизировали свои ОБТ, несмотря на отказ Берлина в помощи.
Сроки поставки большинства «Лео-2» март-май 2023.
Часть из них будет предпоследней модификации Leopard 2 A6 это немецкая рота + 2 БРЭМ, голландцы готовы поставить нам все 18 арендуемых у Берлина 2А6.
Часть А4-А5 — поляки, испанцы, норвежцы, португальцы, канадцы и т.д
Американцы выставляют батальон M1A2 Abrams под ключ — не просто 31 машину, но и 8 БРЭМ, заправщики, водовозки, мастерские на базе БТР, медицинские «Хамви.
Это экспортная версия — без многослойной брони из обедненного урана, обычная практика, такие же получали поляки, саудиты и австралийцы, так, что придется подождать вполне возможно до лета пока произведут версию с керамическими вставками.
Почему назрела массовая поставка танков западного производства?
Запасы Восточной Европы не бесконечны, особенно в плане тыла — и боевые повреждения танков ВСУ; и несколько сот захваченных российских машин (540 на секундочку, это больше чем строевых танков в Британии и Германии); и поставки Чехии, Словакии и Польши; высасывают ремкомплекты, запчасти и ресурс движков как пылесос.
РФ мобилизовала более полумиллиона человек, часть из них бросила на линию, часть провела через базовую подготовку.
Теперь просачиваться сквозь батальон капитана Фурдуя со 120 человеками штата, делать рейды на „Хамви“ и пережимать в чисто пехотных стычках патрулей, будет сложнее — россияне тоже усиливают пехотную цепь, насыщают её ПТРК и гранатометами, учат пехотному бою.
Времена „царь-колонн“ со стороны врага ушло — противник широко использует малые группы, дроны-камикадзе, штурмовиков, которые неплохо подготовлены, по прежнему имеет преимущество в воздухе и числе артиллерии на километр фронта.
В этих условиях, чтобы не втягиваться в позиционные бои, а проткнуть линию опорников и выйти на оперативный простор, просто необходимы механизированные части.
Одновременные поставки сотен БМП и БТР, САУ и танков с запада, говорит о том, что там держат руку на пульсе наших потребностей.
Ибо это несколько механизированных и танковых бригад.
Т-62 и лысые Т-72 М, которые массово снимает с хранения РФ просто выключаются из игры с появлением западных танков.
Даже современные снаряды типа „Свинец 1\2“ не пробивают в лобовую проекцию Leopard 2 A6 и M1A2 Abrams, не говоря уже о более древних „Манго“ и прочих „Заколках“.
Лео A6 с экранами и многослойной комбинированной броней держит до 800 мм. подкалиберного снаряда, его же снаряды DM 53 с сегментированным сердечником пробивают „Контакт-5“ и лобовые детали башни Т-72Б3 и Т-90А.
Сможет ли кремлевский режим быстро развернуть в условиях санкций массовое производство современных оперенных снарядов с вольфрамовыми вкладышами или с пенетраторами из обедненного урана для сотен танков снятых с консервации? Далеко не факт.
Вообще, западная доктрина с ручным заряжанием (когда вольфрамовый или стержень из обедненного урана, глубоко утоплен в унитарный снаряд, и за счет длины и качества сплавов пробивает дальше) в танковых боях выглядит предпочтительнее.
Ибо автомат, который досылает стержень и заряд отдельно, всегда будет выдавать скорость огня медленнее, чем первые несколько выстрелов у заряжающего руками, плюс ограничение по длине и массе „лома“, очень сильно уменьшают пробитие.
Естественно, западные танки не оружие меняющее правила игры.
У саудитов было 450 M1A2 Abrams во время войны в Йемене — новейшей на то время у них модификации SEPv2. В битве за деревню Куамар они нахватали советских „Конкурсов“ в борта, а при попытке эвакуации потеряли еще и БРЭМ.
Воюет не железо, воюют люди, и подготовка в том числе офицеров управления роты и батальона, будет гораздо важнее, чем просто поставки танков.
Но в целом — у западной бронетехники лучше СУО; она оснащена тактическими экранами, где каждый командир танка, может нанести обстановку, навести артиллерию, запросить полевой ремонт и боеприпасы; машины снабжены камерами с круговым обзором, тепловизорами у каждого члена экипажа, цифровыми рациями.
И „Лео-2“, и „Челленджер-2“, и „Абрамс“ видит дальше чем одноклассники у РФ, пробивает дальше, стреляет точнее за счет СУО, может применять HEAT снаряды, что эффективны как по пехоте, огневым точкам или укрепленным строениям, так и по технике.
На начало войны у Сил обороны было 800+ танков, потеряно из-за всех причин свыше 400, но часть из них осталась на поле боя, что мы контролируем, там возможен ремонт.
Украина захватила свыше 500 российских машин, часть из них была и будет возвращена в строй — процентов 30-40 точно.
Часть танков партнеров поставленных до этого (македонские, словенские, чешские) пошли как доноры частей или сами нуждаются в модернизации, но там их было больше трех сотен штук.
Поэтому при любом раскладе — 340 западных „Лео-2“, „Челленджер-2“ и модернизированных экспортных Т-72М это очень серьезно, стратегического уровня поставки, добрая треть от того, чем мы располагаем.
На сегодня Украина получает танки очевидно быстрее, чем их теряет.
РФ же использует Т-90С ( экспортные танки для Индии и Алжира ), снимает с хранения Т-62 — испытывает явные проблемы с производством, тех же Т-72Б3 потеряно не меньше половины произведенных аж с 2011 года.
Долгосрочная стратегия НАТО, в принципе очевидна — постепенно средний украинский танк должен технически превосходить средний российский.
Когда с одной стороны будет „Лео-2А4“ или PT-91 Twardy, а с другой лысый Т-62 спешно облепленный „Контактом“, воевать станет проще и это убережет немало крови пехоты.
Ну и одно дело 54 „Лео-2 А4“ что стоят на хранении у Испании, а другое сотни M1A2 Abrams на хранении у США.
Притом, что США создав коалицию, собственно говоря, еще не залезли в кубышку — это программа по Инициативе содействия безопасности Украины, переделка стоящих на хранении 31 танка из примерно 3500 М1А2 и М1А1 с урановыми панелями.
То, что в Вашингтоне умеют считать деньги налогоплательщиков и настаивают, чтобы Европа с многовекторностью, российским газом и вечным нежеланием раскошеливаться на оборону, должна сама решать свои проблемы, не значит, что американцы не смогут быстро нарастить помощь Украине.
Кроме того, это явный месседж Кремлю — ничего у Киева не закончится, никто ни от кого не устал, никто еще ничего не начинал в плане поставок, ставка делается на военное решение проблемы, а не на уступки и желание услышать обиды кремлевских сумасшедших времен распада СССР.
