Довольно немногочисленные двусторонние соглашения, достигнутые российским президентом Дмитрием Медведевым в Узбекистане во время его первого визита в эту страну, никоим образом не отражают захватывающую сложность предстоящих перемен в глобальной центральноазиатской политике.
Хотя чисто двусторонние отношения России и Узбекистана – тоже интересная тема, касающаяся разведки, добычи и транспортировки газа, совместного производства самолетов, и так далее.
Однако не зря президент Узбекистана Ислам Каримов постарался отодвинуть подписание соглашений на задний план, сконцентрировав внимание гостя на том, что «мир меняется, и мир меняется очень быстро, меняется расстановка сил, меняются акценты, меняются ориентиры». И эти перемены должна не только улавливать, но и направлять Россия «как страна, которая всегда присутствовала в этом регионе, страна, которая определяла здесь политику и расстановку сил».
Бывшие советские среднеазиатские республики оказались сейчас в самой сердцевине перемен, которые предстоят миру. Прежде всего здесь дело в намерениях нового президента США Барака Обамы прекратить иракскую и активизировать афганскую операцию – фактически на границе той страны, где побывал Дмитрий Медведев.
Заметим, что четких формулировок на эту тему из Вашингтона пока не пришло. Известно пока, что цель — удвоить в течение года американский контингент в Афганистане до 60 тыс. человек. Хотя это и не цель вовсе, а средство. К чему? А вот это сложный вопрос. И ответа на него Обама пока не дал.
Помнится, в 2001 году, когда в Афганистане только начиналась американская операция возмездия за уничтоженные небоскребы Нью-Йорка, признавалось, что дело не только в свержении режима талибов в Кабуле, а в программе радикальных преобразований самой, возможно, отсталой и бедной страны мира. Назывались цифры – от 40 до 60 миллиардов долларов «для начала», и – не менее 20 лет. Говорилось и о том, что главные проблемы по части терроризма – не в Афганистане, а в ядерной стране – Пакистане, по крайней мере на части его территории.
То, что произошло потом, лишний раз доказало, что по дешевке и малой кровью ничего хорошего не добьешься. Возник режим Хамида Карзая в Кабуле и его окрестностях, и наркоэкономика, которая сложилась за пределами реального контроля Карзая (то есть во всем Афганистане). Американские же войска и контингент НАТО просто недостаточно сильны, чтобы в этой стране что-либо изменить. Это – глобальная проблема. Причем Россия географически к этой проблеме ближе, чем США.
Поэтому на прямой вопрос: выгодна ли России и странам региона активизация военной операции США в Афганистане, можно дать прямой и простой ответ: да. И это – пока теоретически – может изменить всю ситуацию с российской политикой в этом регионе.
Сейчас эту политику воспринимают упрощенно, если не сказать – анекдотично. Одной из ключевых тем января был сюжет с уходом или неуходом американских ВВС с базы в Манасе, под столицей Киргизии Бишкеком. Якобы Москва готовится выкупить ее у Киргизии за 2 миллиарда долларов кредита (то есть уговорить киргизов попросить американцев вон). Но, похоже, не смогла, да и визит в Россию Курманбека Бакиева, президента Киргизии, отложился недели на три. А вот в том, что касается Узбекистана, то никаких баз США там не будет, и это, якобы, победа России.
Но если всмотреться в эту историю внимательно, выясняется, что не только официально Москва не пыталась «убрать» американцев из Киргизии. Этого не происходило и неофициально. А Дэвид Петреус, командующий войсками США на Ближнем Востоке и в центральноазиатском регионе, проехавшись по всем странам Центральной Азии, не только подтвердил, что база в Киргизии остается, но и сказал нечто насчет существующих с Россией старых – и вдобавок новых – соглашений насчет транзита грузов в Афганистан «по северному маршруту». В Москве немедленно напомнили: существует лишь транзит невоенных грузов. Это только начало разговора.
Следует отметить, что не надо сводить все, что делает Москва в Центральной Азии, к вытеснению оттуда американцев любой ценой. Хотя бы потому, что цена может оказаться слишком дорогой в буквальном смысле этого слова. Некоторые из партнеров России в регионе могут воспользоваться таким примитивно понятым российско-американским соперничеством и регулярно получать немалые выгоды от обеих сторон. При этом, естественно, не «вытесняя» ни одну из них до конца, потому что тогда игра кончится.
Начавшаяся в 2000-х годах активная российская политика в Центральной Азии никогда не предполагала безусловное вытеснение американцев. Она исходила из расчетов на определенное партнерство с ними в процессе «возвращения» России в регион после паузы 90-х годов. Другое дело, что не надо было создавать ситуацию, когда вытесняют саму Россию. Поэтому Москва вступила в союз с Пекином в деле выстраивания в Центральной Азии гибкой системы многостороннего партнерства, выгодного всем странам региона. Потому что сами узбеки, таджики, казахи и киргизы никогда не допустят одностороннего доминирования у себя одних только русских, китайцев или американцев. Им нужны все. В этом философия Шанхайской организации сотрудничества.
Далее же США сами себя наказали, попытавшись сделать в Центральной Азии то, что они сделали в Грузии и на Украине – свергнуть существующие и насадить там слабые, некомпетентные, зато проамериканские режимы. После этой неудачной попытки можно было бы, действительно, попрощаться с американским влиянием в регионе, если бы не тот факт, что никакие глупости не бывают вечными. Америка вернется, если будет проводить умную политику. И ее будут здесь приветствовать.
По итогам визита Медведева в Ташкент президенты Узбекистана и России предложили созвать международную конференцию по афганской проблеме под эгидой ШОС. Никто, кстати, не сказал, что на ней не должно быть американцев. Как раз наоборот.
Конечно, и в России, и в столицах центральноазиатских стран есть и будет много желающих не столько верить словам новой администрации, сколько помнить дела старой. И, в частности, именно этот вопрос обсуждали Медведев с Каримовым: какие «красные линии» провести для США в их новой политике в регионе? Кстати, это то самое, что сейчас полезнее всего знать команде Обамы.
Дмитрий Косырев, политический обозреватель
