После убийства Немцова ближайшее окружение президента, напуганное его поведением, вполне вероятно, задумается над тем, как оградить себя от его безумия
Смерть Бориса Немцова — громадная потеря для России и российско-украинских связей, но я бы не был так категоричен в этом вопросе, как Петр Порошенко, который назвал Немцова последним мостом между нашими странами. Остались и другие люди. Например, я, может быть и маленький, но тоже мостик между Россией и Украиной, и таких мостиков еще как минимум 70 000. Одним из лозунгов марша в память Немцова был «Свободу Надежде Савченко». Так что поддержка, которую Украине готова оказать европейская часть России, даже со смертью Бориса Немцова не ослабеет — в этом отношении украинцы могут не беспокоиться.
Международная реакция на случившееся была немедленной: в течение первых дней после убийства все мировые лидеры сделали очень резкие заявления, и это напугало Путина. Я наблюдал за его реакцией: ночью, сразу после убийства, президент нес свою обычную чушь о том, что это заговор, провокация, сакральная жертва, а Песков от его имени фактически заявил, что, если бы у Немцова был высокий рейтинг, вот тогда его убили бы. Ну а раз нет рейтинга, то нет и повода для мести. По сути, это то же, что они говорили после убийства Анны Политковской – Путин даже не выразил соболезнований.
Все резко изменилось, когда Путин посмотрел на реакцию мировых лидеров: в восемь часов Песков приносил соболезнования, а вечером российский президент уже был напуган до смерти и даже написал лицемернейшее письмо матери Немцова: «уважаемая Дина Яковлевна, ваш сын был чуть ли не основателем российского государства, крупным политическим деятелем, всегда говорил правду в лицо», и так далее. Это о человеке, которого Песков чуть раньше назвал среднестатистическим россиянином.
За два дня до того, как Чаушеску расстреляли, его рейтинг был даже не 84%, как у Путина, а все 90%
Путин ужасно боится политической изоляции. Именно поэтому пропаганда с таким остервенением раскручивала приезд Ангелы Меркель и Франcуа Олланда: после Брисбена Путин был полностью изолирован, и это подрывало его положение в кругу российской правящей элиты. И как раз на этом его страхе мог бы сыграть Запад.
Все мировые лидеры убеждены, что убийца – Путин, ведь никто, кроме российских спецслужб, не мог бы совершить убийство буквально на Красной площади. Эта зона полностью просматривается Федеральной службой охраны. Кроме того, все, что рассказывают официальные власти – чудовищный бред. Версии, которые они выдвигают, полностью противоречат друг другу: два дня они говорили о белом «Форде», потом возникла снегоуборочная машина. Ну а основное объяснение – судите сами: оказывается, Немцова убила украинская разведка по заданию американской разведки, используя чеченцев, которые служили в батальоне Дудаева. Жонглирование такими версиями, впрочем, только укрепляет убежденность Запада в том, кто на самом деле является убийцей, более того – серийным убийцей. Надеюсь, его международная изоляция со временем будет только усиливаться.
Марш памяти Бориса Немцова нам удивительно помог: мы стали гораздо более уверенными в себе и бесстрашными. Мы увидели, что нас много – больше, чем сторонников Путина и войны. Одно дело – телефонные опросы, которые можно сфальсифицировать. За два дня до того, как Чаушеску, словно собаку, расстреляли под забором, его рейтинг был даже не 84%, а все 90%. Реальная оценка политической поддержки – вот такие акции. На наш марш вышло примерно 70 000.
Примерно столько же в прошлом сентябре вышло на Марш мира. А когда власть пытается организовать митинги в поддержку «Новороссии», ей не удается собрать даже 5 000, несмотря на все административные меры и ухищрения. Я уверяю вас: Путину никогда не удастся собрать 70 000, если не платить по 300 рублей и не привозить силой рабочих и студентов. Политически активного населения, противников войны и Путина — больше. Марш памяти показал, что бояться должны не мы, а Путин.
Путинский «Антимайдан» был совершенно карикатурен. Где были его члены во время нашего марша? Они же кричали, что научат сторонников Майдана страху под угрозой смерти, что будут ходить на все демонстрации оппозиции. Где они были, когда нас было 70 тысяч? Они выходят, когда соотношение сил десять к одному – так же, как украинские титушки. Это одна и та же порода.
Убийство Немцова было демонстративным и, очевидно, его целью было запугивание общества. Мало кто обратил внимание (не знаю, в курсе ли Украина), что у нас теперь есть новый государственный праздник, день террористов и диверсантов. Называется он «день сил специальных операций». Именно в этот день в 2014 году террористы захватили Верховный совет и совмин Симферополя. Год спустя был убит Борис Немцов.
Одной из моих первой реакций на случившееся было составление так называемого «списка Пионтковского» — людей, которые могли организовать такую операцию практически на Красной площади. В него входит только высшее руководство спецслужб: это Путин, Иванов, Патрушев, Бортников, Золотов и, пожалуй, все.
Теоретически возможно, что убийство организовал и кто-то из них для абсолютной, полной дискредитации Путина на Западе. Отдельно тут идет Иванов, который давно ненавидит Путина за то, что он выбрал наследником Медведева, а не его. Такие действия могли бы заставить российскую элиту задуматься, не поставить ли для взаимодействия с Западом другого человека.
Но я вовсе не настаиваю на этой версии: за убийством мог стоять и сам Путин. И рассуждать, выгодно это ему или невыгодно, здесь нельзя. Путин ненавидел Немцова и хотел его смерти. Точно так же он получает удовольствие от того, что подвергал медленной и мучительной смерти Надежду Савченко, хотя это было ему совершенно невыгодно. Мировая реакция на смерть Савченко была бы невообразимой. Но Путин все равно продолжает творить то, что творит, потому что ему так хочется. Это тяжело больной человек с тяжелейшими психическими отклонениями, серийный убийца.
Даже госпожа Меркель еще год назад сказала, что этот человек живет в совершенно другой реальности. Так что, возможно, ближайшее окружение, напуганное поведением и плачевным состоянием вождя, уже задумывается над тем, как оградить себя от дальнейших проявлений его безумия.
Андрей Пионтковский
