Известный общественный деятель, публицист, редактор портала «Русская народная линия» Анатолий Степанов размышляет, как вернуть уважение к русским.
svpressa.ru
— Как вы относитесь к лозунгу «Россия для русских», как, на ваш взгляд, стоит его понимать?
— Если огрублять, националисты вроде Александра Белова, Егора Холмогорова, Дмитрия Дёмушкина хотят воплотить в жизнь такой принцип – каждому русскому по персональному таджику. Это подразумевает наделение русских по крови людей особыми правами в своей стране. Никогда такого на русской земле не было. Это идёт вразрез с русской традицией строительства государства.
Есть другая интерпретация этого лозунга, имперская, православная. Смысл её примерно таков: Россия для русских, но лишь в том случае, если русские для Христа. Когда русский народ станет на уровень своего мессианского призвания, станет народом-богоносцем, вот тогда «Россия для русских». Русский народ не должен использовать свое особое положения во вред другим. Здесь имеет место диалектика прав и обязанностей русского народа. Когда так называемые нацдемы (национал-демократы) говорят о правах, они в русле западноевропейской традиции трактуют их исключительно, как права потребителей. Русское же понимание права связано с понятием служения. В этом – радикальное отличие.
— Упомянутые вами нацдемы говорили не раз о том, что государство намеренно поставило русский народ в ущемлённое положение. Вы могли бы с этим согласится?
Это и так, и не так. С одной стороны современное государство во многом продолжает советскую национальную политику. Она изначально была выстроена большевиками, которые опасались силы русского народа. Поэтому старались принизить его, опираясь на национальные республики. Практически эту традицию продолжил Борис Ельцин, когда выдвинул свой печально знаменитый лозунг к национальным республикам: берите суверенитета столько, сколько проглотите. В этом смысле русский народ был и остаётся в неравном положении с другими народами России.
С другой стороны, я не думаю, что в Кремле сидят люди, которые ставят перед собой задачу унизить и ослабить русских. Кстати, многие из них сами по крови русские. Демонизация государства, как главного угнетателя русских – вульгаризация проблемы, упрощение. Единственный выход при такой постановке вопроса – революция, свержение власти. Поэтому неудивительно, что нацдемы посчитали не зазорным поддержать «болотную оппозицию», которая кормится из рук Вашингтона. Здесь проглядывает диссидентское отношение к государству. И потому в какой-то момент прошла линия раздела между русскими националистами и русскими патриотами.
— Почему государство за 20 лет не изменило политику предшествующего советского периода. Ведь во многом другом, в частности, в экономике произошли кардинальные изменения?
— Прежде всего, помешала либеральная идеология, которая глубоко проникла во власть. Кстати, либеральная и советская идея в национальном вопросе оказались очень близки. Не случайно, вершиной советской идеологии в этом вопросе стало стремление создать новую общность – советский народ, что подразумевало постепенное стирание этнических различий. А вершина либеральной идеологии – создание «россиянской» нации и ликвидация национальных особенностей, прежде всего, у русского народа.
И тут мы встаём перед вопросом – как решить эту проблему. Непростой вопрос. И способ его решения непрост. Он должен сводиться к тому, чтобы поднять престиж русского народа в государстве. Некоторые говорят о необходимости провозгласить русский народ государствообразующим в России. Это можно сделать, приняв некий манифест. Но правовой нормой это быть не может – разные политические права у представителей разных народов в одной стране быть не могут. Иначе мы просто придём к кастовому обществу. А как же поднять престиж русских? Есть действенный способ, на мой взгляд. Надо поднять престиж тех специальностей, который традиционны для русского человека. Это профессии, связанные со служением.
Это те самые и униженные и оскорблённые бюджетники: офицерство, врачи, учителя, учёные. Какие у нас сейчас профессии в почёте? Юристы, банкиры, менеджеры. Эти профессии, которые никогда не были для русского человека органичны. Русские – народ-воин, народ-строитель. Государство должно так выстроить систему отношений в обществе, чтобы эти профессии снова оказались наверху. Не только в смысле материальных благ, которые они дают, но и в смысле общественного уважения, почёта. Когда-то профессия офицера была почётна и наиболее способные мальчишки шли в армию. А офицерами чаще всего становятся именно русские и близкие к ним народы, которые фактически слились с русскими. Это и будет мирное решение вопроса, как сделать так, чтобы русские не чувствовали себя людьми второго сорта.
Выстраивание этнических иерархий в стране – очень сложная задача. Кстати, в советское время она отчасти решалась путём тотального контроля со стороны партии и спецслужб за всеми национальностями СССР. Но в советской идеологии был придуман прекрасный образ семьи народов, где русский народ выполнял роль старшего брата. Вот, может быть, нечто подобное необходимо воплощать и сейчас.
— На протяжении всей истории России происходил процесс сближения, притирки русских с теми народами, с которые входили в орбиту российской государственности. Сейчас проглядывают обратные тенденции. Например, на Северном Кавказе.
— И в кавказских республиках немало людей сохраняющих миролюбивое отношение к русским. Однако ослабление русского народа, пренебрежение его интересами, которое очень чётко улавливают малые этносы имело пагубные последствия. Появилось стремление поживиться за счёт русских. Выстраивание чёткой иерархии может вернуть всё на свои места.
Конечно, в отдельных случаях для сохранения целостности России необходимо и насилие. Была же всё-таки война в Чечне. Но главное — не силовые методы. Мне неоднократно приходилось слышать от лучших представителей чеченского, аварского, других народов буквально такие слова: «Русский народ, поднимись с колен». Это, как правило, представители интеллигенции, воспитанные на русской культуре.
Они понимают, что слабость русского народа приводит к тому, что у них на Кавказе усиливаются разбойники. Исторически так было, что русский народ вопросы решал справедливо. Не в свою пользу, а именно справедливо. При том, что на Кавказе межнациональные отношения очень запутаны и без русского присутствия там будет хаос, перманентная межэтническая война. Нужен арбитр, и русские в течение последних двух веков ими были. И сейчас, если русские сумеют выстроить идеологию межнациональных отношений, всё наладится.
Пока же в отсутствии идеологической системы на Кавказе стала преобладать «идеология» выражаемая формулой: «кто сильнее, тот и прав». А русские всегда жили по максиме, которую выразил Александр Невский: «Не в силе Бог, а в правде».
— Ваша мысль о том, что русские теряют не только уважение других народов, но и самоуважение пересекается с теми мыслями, которые высказывал в интервью писатель-футурист Максим Калашников. По его мнению, русский народ после краха страны в 90-х годах перестал существовать.
Во время смуты в начале 17 века положение в государстве было куда хуже, чем сейчас. Такие люди, как Калашников неверно понимают способ самоорганизации народа. Они считают, что русских нет, потому, что нет способности к самоорганизации. А русский народ всегда организовывался вокруг власти. «За веру, царя и отечество» – гениальная формула, отражавшая идеалы русских. И сейчас наши проблемы даже не в низкой демографии или пьянстве, как говорят многие. Это второстепенно. Не хватает воодушевления. Если оно произойдёт, русский человек почувствует смысл существованию, решатся и многие проблемы народа, государства. Не ради животишек, как писал Достоевский, а ради большой идеи хотят жить русские.
Нацдемы часто спекулируют на тему, что государство веками эксплуатировало русский народ. Но русские не могут жить только ради комфорта, как европейцы. Это приведёт к пьянству и к ещё большему вымиранию. Достижение всеобщего комфорта не может стать национальной идеей, как нас в этом уверяли. В национальной идее должен быть идеал, согревающий сердце русского человека. Когда-то во время выборов Ельцина в ходу была фраза: «Выбирай сердцем». Политтехнологи точно угадали настрой русского человека. Правда, использовано это было отнюдь не на его благо.
— Но сохранился ли после всех потрясений 20-го века тот русский народ с его традиционными ценностями, на который вы ссылаетесь?
— Я думаю, что сохранился. Примеров героизма, самопожертвования, добра, чести в сегодняшних условиях достаточно. Но такие качества не обязательно должны быть присущи всем или большинству. Должна быть критическая масса, пассионарная часть общества. Она заставит двигаться весь народ. Часто вспоминают преодоление Смуты, как пример национального единения перед лицом опасности. Но ведь когда Козьма Минин обратился с воодушевлённой речью к нижегородцам, далеко не все его поддержали. Были и те, кто говорили: а зачем нам Москва? Зачем ради кого-то жертвовать своим имуществом или жизнью?
Поэтому некоторых купцов патриоты заставляли поставить подписи, что они будут участвовать в освобождении России от поляков своим «имением» (имуществом).
Вот и сегодня должна быть критическая масса, которая поведёт за собой остальных. Думаю, здесь очень много зависит от верховной власти. Русские традиционно сплачиваются именно вокруг неё. Но сегодня народ разуверился в промежуточном звене между ним и верховной властью – чиновничестве. Нынешние чиновники, служилое сословие, как говорили раньше, не служат народу, а используют своё положение, как доступ к кормушке.
Ведь неслучайно такую негативную реакцию вызвали выборы в Госдуму в декабре 2011 года. Даже независимо от того подтасовывала «Единая Россия» их результаты или нет, критическое отношение к партии чиновничества было столь велико, что многие на слово поверили тем, кто говорил о выборных махинациях.
Вот если верховная власть сумеет сделать так, что чиновники будут, как и должно, служить народу, тогда пассионарная часть русских объединится вокруг неё, как это было во времена Ивана Грозного, Петра Первого, Иосифа Сталина. И только тогда возможны перемены к лучшему. По некоторым признакам, Владимир Путин начинает понимать это.
В любом случае рано хоронить русский народ. Его бытие – тайна. Не раз русский народ возникал из пепла, как птица феникс. Неоднократно было ощущение, что русских уже нет, или они вот-вот рассеются в пустыне. Но в самый критический момент вдруг из аморфной рассеянной массы возникала глыба. Надо верить в свой народ.
— Достоевский говорил: «Русский — значит православный». Какое определение сегодняшнего русского дали бы вы? Ведь несмотря на то, что около 70% русских говорят, что они православные, ходит в церковь гораздо меньше людей.
— Здесь такая же ситуация, как в общенациональном аспекте. И в Российской империи было 7-10 % настоящих верующих, на которых и держалось Православие. Остальные ходили в церковь потому, что так было положено. Тут нечему удивляться. Для остальной массы русских православие – способ самоидентификации. Конечно, лучше, чтобы такие православные хотя бы по большим христианским праздникам ходили в церковь. Но добиться этого – уже задача церкви.
Алексей Полубота
