На соревнованиях борцы из Чечни и Дагестана выступают за Россию, но в горах и даже в спортзалах Россия по-прежнему считается врагом, утверждает журнал Time.
Фото wordpress.com
Корреспондент Саймон Шустер побывал в Хасавюрте, где олимпийские чемпионы по вольной борьбе, Адам и Бувайсар Сайтиевы открыли свою школу, чтобы тренировать местных участников Олимпиады в Лондоне – борцов, боксеров и других спортсменов.
Хасавюрт – «один из самых беззаконных фронтов в войне Москвы с терроризмом», утверждает автор: «два десятка лет инсургенты использовали этот город для передышек и пополнения запасов». В последнее время они также вербуют в Хасавюрте сторонников. Поэтому спортивная школа существует не только ради побед на соревнованиях. Бувайсар Сайтиев сказал в интервью, что спортивная борьба – «способ контролировать массы», она призвана стать «прививкой» от экстремизма или способом отвлечь от него.
«Таков выбор, который российская власть ставит перед чеченскими мужчинами: либо ассимилируйтесь, либо рискуйте тем, что вас подвергнут гонениям как сочувствующего террористам. Это вынуждает к почти невероятной эквилибристике на канате между целесообразностью и гордостью. Братья Сайтиевы, если рассматривать их как образцы для подражания, балансируют совершенно по-разному», – утверждает автор. По его словам, 37-летний Бувайсар смирился с «интеграцией в Россию», как выражается журналист, а 34-летний Адам «как минимум на словах продолжает сопротивляться».
Сайтиевы вдохновили целое поколение чеченцев на перенаправление агрессии в спорт. До последнего времени эта стратегия «мягкой силы» приносила Москве большую пользу. «На поддержку школ борьбы в Хасавюрте Москва ежегодно тратит менее 1 млн долларов – намного меньше, чем потребовалось бы на строительство университетов или создание высокооплачиваемых рабочих мест, которых в городе определенно не хватает», – говорится в статье.
Вскоре после прихода к власти Ахмад Кадыров собрал местных спортсменов, отмечает автор. Он избрал политику «социализации через спорт», по выражению Бувайсара. Проводить этот курс попросили и братьев Сайтиевых. Между тем их с детства учили помнить о депортации 1944 года, о том, что в ссылке умерли 6 из 10 братьев и сестер их матери.
Бувайсар вспоминает, как в 1996 году участвовал в Олимпиаде в Атланте: «Все мои знакомые воевали на войне. А я ходил, как дурак, в борцовском трико, потому что понимал: один автомат в моих руках мало что изменит». Одержав победу, Бувайсар в прямом эфире российского телевидения посвятил ее бедам чеченского народа.
С тех пор произошло много событий. После второй чеченской войны тысячи инсургентов, сочтя, что сопротивление бесполезно, заключили мир с Москвой. Но теперь инсургенты ратуют за создание халифата на Кавказе, а российские власти отвечают спецоперациями.
«Некрасивый признак того, насколько непримиримым стал конфликт: в Хасавюрте спортивная борьба начала порождать боевиков-повстанцев, и надежда, что спорт станет противоядием от исламизма, потерпела фиаско», – пишет автор.
Он перечисляет нескольких известных профессиональных спортсменов, убитых в перестрелках с полицией: 28-летний борец Рамазан Саритов (в нынешнем году), 15-летний борец Мовсар Шаипов (в 2008 году), 19-летний Нариман Сатиев, трижды чемпион мира по тайскому боксу (в 2010-м).
Адам Сайтиев говорит, что с «уходящими в лес» все сложно: «Одних принуждают. Другие больше не могут терпеть поведение правоохранителей. Их арестовывают один раз, второй раз, и вскоре им проще куда-то уйти и открыть ответный огонь».
«По словам Адама, постоянное давление беззакония в Хасавюрте тоже толкает мужчин уходить в лес. За последние 10 лет правозащитники зафиксировали на Северном Кавказе тысячи случаев пыток, принудительных «исчезновений» и внесудебных убийств, совершенных российскими силами безопасности», – говорится в статье. По словам автора, местная администрация Хасавюрта не в силах наладить вывоз мусора, и местные жители его попросту сжигают. Эти костры и запах гари – «антураж развалившегося государства», – замечает автор.
Для местных мальчишек есть только два выхода, полагает журналист. Талантливые спортсмены могут пробиться в ряды российской элиты: например, Бувайсар по большей части живет в Москве, тренируется на роскошной базе МЧС. Во время недавней избирательной кампании он был доверенным лицом Путина.
«Но Адам – человек намного более религиозный – выбрал другой путь», – утверждает автор. В глазах Адама спорт – дело суетное, он не расстроился, что его не взяли в Лондон: «в жизни есть вещи поважнее».
Из уважения к брату Адам согласился руководить школой борьбы. Но он редко ездит с Бувайсаром в Москву. В интервью он «назвал ислам единственной защитой от инородного влияния российских фильмов, алкоголя и секуляризма», пишет автор.
«Образ европейцев, который мы видим в кино, неприемлем для мусульманина. Никоим образом. Если мусульманин теряет свою религию, он полностью утрачивает смысл жизни. Поэтому война продолжается», – сказал Адам. На его взгляд, это война не за земли, не за ресурсы, а за идентичность.
«Если Россия стремилась сделать спорт орудием ассимиляции, то это не лучшая стратегия. Ученики школы Сайтиевых говорят между собой по-чеченски, большинство из них ходит в медресе, которых в Хасавюрте теперь больше, чем спортзалов», – пишет автор. Они не обращают внимания на выстрелы, но по зову муэдзина совершают намаз.
Марат Бубновский
