За 2017 год Нафтогаз как отдельное юридическое лицо получил чистую прибыль в размере 39,3 млрд грн, что на 48% больше результата 2016 года. Об этом сказано в пресс-релизе компании.
Существенная часть чистой прибыли составляет эффект отображения решений Стокгольмского Арбитража в производствах относительно покупки-продажи газа и относительно транзита природного газа, уточнили в компании.
Объем транзита природного газа по территории Украины в 2017 году составил почти 93,5 млрд куб. м, что на 14% больше объемов 2016 года. Показатель 2017 года является наивысшим за последние 6 лет.
Доход сегмента транзита природного газа за 2017 год увеличился в целом на 20% по сравнению с 2016 годом, в основном за счет увеличения объемов транзита. Результатом сегмента является прибыль в размере почти 36,5 млрд грн, что на 27% больше результата 2016 года.
P.S. Принуждение к транзиту
«Нафтогаз Украины» без особой турбулентности полностью отказался от закупки российского газа, но отказаться от транзитной прокачки намного сложнее. Во-первых, это потенциальная потеря легкого дохода, размеры которого исчисляются миллиардами долларов в год. Во-вторых, это скрытая угроза для реверсных поставок из Европы и газообеспечения страны в целом. Поэтому Киев продолжает политическими, юридическими, экономическими методами добиваться сохранения транзитного потока через украинскую ГТС.
3 миллиарда + неустойка
Потенциал украинской газотранспортной системы позволяет прокачивать в западном направлении более 140 млрд куб. м природного газа. Но за последние 5 лет показатель транзита никогда не перешагивал за 100-миллиардную отметку. В прошлом году он составил 93,5 млрд куб. м – и это лучший результат за рассмотренный пятилетний период. Минимальный же объем зафиксирован в 2014 г. – 62,2 млрд куб. м. В последние годы все большую долю в транзите занимает так называемый реверсный газ: в 2016-м – 11,1 млрд куб. м, в 2017-м – 14,1 млрд куб. м. В ближайшие годы эти цифры реально нарастить еще на 10-20%.
Однако есть нюансы: реверсный газ – это тот же российский ресурс, но украинские потребители (не только «Нафтогаз», но и частники) покупают его не напрямую у «Газпрома», а у европейских трейдеров. По легенде этот газ поступает к покупателям по возвратной трубе из Словакии (основной объем поставок) и Польши с Венгрией (менее 5% на сегодня). По факту данный газ пересекает государственную границу только формально, а не физически. Но по документам – это импорт, и точка. Для «Нафтогаза Украины» подобные операции выгодны вдвойне, поскольку плату за транзит он берет и в одну, и в другую сторону. Но и риски сдвоены: если компания потеряет транзит – потеряет и реверс.
По словам главного коммерческого директора НАК «Нафтогаз Украины» Юрия Витренко, в 2018-2019 гг. страна должна получать до 3 млрд долл. доходов от транзита ежегодно. Примерно на столько же компания рассчитывала и по итогам 2017 г. Но официального подтверждения пока нет. Поскольку свою прошлогоднюю финансовую отчетность она еще не обнародовала. Кроме того, в потенциальные доходы от транспортировки газа топ-менеджеры НАК уже спешат засчитать и те суммы, которые в феврале текущего года присудил Стокгольмский арбитраж. Суть вердикта в том, что «Газпром» должен «Нафтогазу» 4,7 млрд долл. по контракту от 2009 г., поскольку не обеспечил в полной мере прокачку газа через украинскую ГТС. Оговоренный объем составлял 110 млрд куб. м в год. Но ни разу с 2009 г. такое количество газа транзитом через Украину не проходило.
Поскольку данный контракт действует еще два года (2018-2019), то и за этот период теоретически полагается «неустойка». «Газпром» пока что эти долги не признает. Но на всякий случай зарезервировал на своих счетах полную сумму стокгольмского штрафа. И параллельно, в марте, подал новые иски в Стокгольмский суд – о досрочном разрыве контрактов с «Нафтогазом Украины», чтобы обеспечить себя от новых взысканий по итогам 2018-2019 гг. Поэтому рассчитывать на эти поступление со 100-процентной уверенностью нельзя.
Война нервов
Также цена недополученной выгоды, во многом зависит от того, по какой ставке тарифицировать услуги за транзит. В базовом документе ставка была установлена на уровне 1,7 долл. за прокачку 1 тыс. куб. м газа на 100 км, что по тем временам получалось в несколько раз ниже, чем в большинстве европейских газотранспортных систем. После 2009 г. тариф превратился в плавающий и рассчитывался по определенной формуле с привязкой к инфляции и ценам на энергоносители. Согласно отчетности «Нафтогаза Украины» в 2013 г. тариф уже слегка превышал 3 долл., но в 2014-м опять откатился ниже 3-долларовой отметки. Дальше последовала война на Донбассе и острая конфронтация с «Газпромом». Хотя на полный разрыв отношений стороны не пошли – пока это никому невыгодно с коммерческой точки зрения.
При всем желании «Газпром» сегодня физически не может обойтись без перекачки своего товара европейским покупателям через украинскую территорию. «Нафтогаз Украины», несмотря на всю антироссийскую риторику, старается любым способом сохранить объемы транзита, поскольку это единственный рычаг, не допускающий обесценивания национальной ГТС, а главное – это высокомаржинальный бизнес. К примеру, в последнем доконфликтном 2013 г. компания заработала на транзите 22,7 млрд грн., тогда как себестоимость этих услуг была в 3 раза меньшей – 7 млрд грн. Торговля газом, его добыча таких дивидендов не приносят и близко. Вполне объяснимо, что любой обходной газотранспортный маршрут Киев поддает острой критике и пытается торпедировать в меру своих возможностей.
В настоящее время транзитные отношения между двумя сторонами вообще до конца не урегулированы. Предполагается, что стоимость транзитных услуг «Нафтогаза Украины» должна ежегодно оформляться дополнительными протоколами. Но после того, как НАК и «Газпром» встретились в Стокгольме, подобное не происходит. А происходит война нервов. Так, в 2016 г. руководство «Нафтогаза» заявило, что ГТС нуждается в ускоренной амортизации, поскольку после 2019 г. система может оказаться пустой или почти пустой. Поэтому с ее подачи Нацкомиссия по регулированию энергорынков (НКРЭКУ) рассчитала транзитный тариф по-новому, доведя его размеры до астрономических. Теперь он состоит из платы за вход в систему – 12,47 долл. за 1 тыс. куб. м и платы за выход – более 30 долл. Впрочем, на практике такой подход Украина еще не применяет. А «Газпром», естественно, не принимает. И в платежах своему украинскому контрагенту продолжает ориентироваться на соглашение от 2009 г. и транзитную ставку в 1,7 долл.
По большому счету, установленный НКРЭКУ заоблачный тариф на транзит (более 40 долл. за 1 тыс. куб. м) – это, скорее, элемент троллинга «Газпрома» и очевидный предмет торга с Москвой, пожертвовать которым заведомо легко. Ю.Витренко подтвердил «Укринформу», что переговоры по транзиту с «Газпромом» проводятся ежемесячно и сейчас украинская сторона активизировала их в русле подписания нового транзитного контракта. «Мы четко говорим Газпрому, что если не будет транзита через Украину после 2020 года, мы будем требовать увеличения транзитного тарифа таким образом, чтобы экономическое обесценение украинской ГТС в случае отсутствия транзита было возмещено «Нафтогазу» сейчас», – заявил Ю.Витренко.
Запад нам поможет
Хотя в Киеве понимают, что Стокгольмский арбитраж вряд ли поддержит прием с ускоренной амортизацией. Это всего лишь план Б. А план А состоит в том, чтобы до 2020 г. передать ГТС в концессию западной компании или консорциуму. В этом случае «Нафтогаз» сможет полностью избегать прямых контрактов с «Газпромом» и заручиться поддержкой стран ЕС относительно сохранения объемов транзита через Украину. Возможно, в виде гарантий закупки газа на восточной границе Украины, а не западной – как сейчас. Со стороны канцлера Германии Ангелы Меркель и руководства Евросоюза подобные декларации уже прозвучали. Но пока без конкретных цифр и документов.
Зато цифру уже назвал председатель правления «Газпрома» Алексей Миллер. По его словам, после 2019 г. компания готова сохранить объемы транзита через Украину в пределах 10-15 млрд куб. м ежегодно. Т. е. если сейчас украинская ГТС обеспечивает доставку 44% объемов российского газа европейским потребителям, то через пару лет ее доля должна уменьшиться до 10%. А фактически – до нуля. Ведь держать в эксплуатационной пригодности гигантскую трубопроводную систему ради прокачки 10 млрд куб. м – это капитально убыточное предприятие. И тогда единственный вариант – компенсировать потери за счет внутренних потребителей. Им-то газ нужен в любом случае. Но это крайнее и непопулярное решение, которого в «Нафтогазе» всеми способами стремятся избежать.
Согласно оценкам министра энергетики и угля Украины Игоря Насалыка минимально допустимый годовой объем транзита, при котором ГТС сможет работать рентабельно, – 40 млрд куб. м. Если объемы будут выше, транспортировка газа в Европу через Украину, согласно оценкам министра, будет экономически выгоднее для конечных потребителей, чем по «Северному потоку». У Москвы видение другое. «Российская ресурсная база смещается на север, и в центральном газотранспортном коридоре просто не будет ресурсов в прежних объемах», – заявил в интервью Reuters А.Миллер.
Как показывают предварительные расчеты, два ключевых обходных проекта «Газпрома» способны высосать из украинской трубы до 70 млрд куб. м транзитного газа: «Северный поток-2» – 50-55 млрд и «Турецкий поток» – около 15 млрд куб. м. Обе эти трубопроводные системы еще строятся. Запуск обеих намечен на конец 2019 г., но есть высокая вероятность, что сроки будут несколько сдвинуты. И отношение внутри Европейского Союза к этим проектам нестойкое. Там колеблются между экономической выгодой и энергетической безопасностью. Если бы решение принималось сейчас, то ЕС, скорее всего, помог бы Украине сохранить транзит, по крайней мере, в минимально рентабельных объемах. Но через два года расстановка на газовой шахматной доске может оказаться совсем иной.
