Автор этих строк с 2014 года очень полюбил армию. К сожалению, дистанционно. И, как все остальные, сразу же невзлюбил пузатых генералов, совковых полковников и вот это вот всё.
В 2014 году я был уверен, что наши генералы сливают всё и вся, потому что они такие имбецилы, что любой человек из фейсбука или со страниц популярного интернет-портала разбирается в военной науке лучше их, а они вообще сволочи, самодуры и воры. И вообще если всех их уволить, то станет только лучше. Все те тысячи офицеров, которые получат мгновенный скачок по воинской лестнице, сделают из нашей армии «армию НАТО» месяца за три, а если сильно постараются, то за два. Потому из сержанта — в капитаны, из лейтенанта — в подполковники, из майоров — в генералы. Только молодых, потому что не совок.
И да, автор этих строк ещё в начале 2015 года хейтил Муженко, обвинял его в сдаче терминалов Донаэропорта и поднимал флешмоб, чтоб заменить Муженко на генерала Воробьёва. Очень хорошего, кстати, генерала, чьё сердце, к сожалению, оказалось слабее, чем его желание работать на благо страны.
Потом было много общения с военными. Разного. Формального и не очень. На рабочем месте военного и за рюмкой коньяка. В кабинете академии Черняховского и на крыльце побитого дома, смотрящего пустыми окнами на небольшую речушку, прорезающую поселок Пески. По-разному было.
И потом я сделал вывод, который в своё время выразил в фейсбуке. Мы победим той армией, что у нас есть. Всеми теми офицерами, которые кому-то нравятся, а кому-то не очень. С подавленным, но не побежденным аватарьём. С теми же офицерами и генералами, которые носили ещё форму советского образца. И вот почему.
Кто-то в этих примерах обнаружит знакомых личностей. Но не стоит называть фамилии.
Полковник, снискавший себе славу упёртого самодура. Никем не любимый, человек, который может «зачмырить» и солдата, и офицера, и волонтёра. И за характер его, мягко говоря, не любят. Среди военных и волонтёров ходят легенды об этом полковнике, и самое частое слово, которым его характеризуют — «уе@ан».
И вот его ставят командовать ОТУ. Я как узнал, лицо себе зафейспалмил. Ну всё, думаю, хана парням, сейчас они получат от командования подарок… И потом, как-то проезжая мимо одного батальона, где у меня знакомый комбат, мы полчасика пообщались о том и о сём. И тут я вспоминаю, что батальон выполнял задачи в этом секторе, когда тут был «уе@ан». И спрашиваю комбата, мол, не сильно ли они охренели от этого самодура?
— Да почему это? — отвечал мне комбат, прихлёбывая заварной кофе. — Всё в порядке было. Он ко мне как пришел в первый день, так со мной все позиции и обошёл. Не поленился. Первый командующий, который со мной на ноль ходил. Не зассал. Вернулись, он мне приказал зайти к себе. Захожу к нему, а он мне заявляет, мол, майор, вы понимаете, что у вас батальон развёрнут не по правилам военной науки? Почему батальон вытянут одним эшелоном? Где второй эшелон? Где резерв? Где броня на контроле танкоопасных направлений?
Ну а что я ему скажу? Говорю, мол, не дали мне этого ничего, сам бы рад, вот только не придают мне для усиления нужные мне силы и средства. Так командующий выслушал меня и сказал, что будут. Чтобы я планировал их использование. Мне дали роту на поддержку, я её вторым эшелоном поставил, дали антиминские машинки, я тут себя богом войны чувствовал, пока он был. А потом его поменяли, всё позабирали уже с приходом нового командующего. Мол, «недоцільно», — перекривил кого-то комбат.
Признаюсь, меня настолько удивила оценка этого полковника со стороны комбата, очень критично относящегося к командованию, что я решил найти ещё мнение со стороны. И вот один мой знакомый танкист, услышав об этом полковнике, сказал коротко:
— Самодур, жёсткий, неприятный. Но дело своё знает и всегда будет двигаться в правильном направлении, конфликтуя со всеми. Он очень много по обучению танкистов сделал. Если бы не он, то определённые задачи до сих пор не были бы реализованы.
Как-то так. Хотя послушать об этом полковнике среди волонтёров и низшего офицерского состава – а там кабздец. И вот что с ним делать? Молчать в тряпочку, если против него опять поднимется фейсбукшторм, или вступаться за него, вычитывая очередные комменты «платят, чтобы защищал Генштаб», «лижет жопу Муженку» и прочие экспертно-фейсбучные мнения? Как считаете?
Пример номер два.
Есть два комбата, находятся они на одной линии, у каждого по батальону. Один из них душка и приятный человек, общается с волонтёрами и командованием хорошо, у всех на хорошем счету, только пальцами щелкнул — и сразу волонтеры ему всё, что надо, везут. Второй комбат имеет статус «распистяй», переругался с половиной волонтёров, его батальон стреляет во всё, что движется, и пьет всё, что горит. При этом, несмотря на взрывной характер комбата, его любят бойцы. И воюют под его командованием. Причём его батальон дал неплохую динамику на вверенном ему участке. Укрепился, вломил сепарам, держал позиции. А первый комбат простоял со своим батальоном в одном месте практически без динамики и выжил из своего батальона самых инициативных и желающих воевать офицеров. И из его батальона поток желающих уйти — постоянный.
Но срачи в фб, как правило, касаются второго комбата. Хотя я прекрасно понимаю — были бы те люди, что его обгаживают, на передовой, в случае, если бы им самим пришлось бы стать солдатами, они бы предпочли, чтобы им фланг прикрывал «распистяй» с его гоп-компанией, чем «душка».
Пример номер три.
Комбриг, который имеет обвинения по «контрабасу». И всё плохо, его надо вешать и стрелять. А вот бойцы в его бригаде его очень любят и готовы защищать честь своего комбрига. И когда комбриг ушёл — там в бригаде чуть ли не траур был. Потому что боевой комбриг, потому что сам любит воевать и другим спуску не даёт, потому что в разгар боя увидеть его на нуле, несущегося к какой-то позиции с «мухой» в руках — обычное дело. Он за своих, он со своими, они все в одних рядах. И его любят. И воевали, причём хорошо воевали, надо признать. Так что делать с оценкой этого комбрига? Садим, и чёрт с ним и на мнение его бригады, причем воевавших парней, или таки начнём с разных сторон смотреть на его личность и оценивать её менее критично?
Таких примеров я могу привести очень много. Когда-то я поменял мнение о Муженко, спокойно признав, что этот генерал — это лучшее, что у нас есть. Это не моё мнение, это мнение офицеров, что работали и с ним, и с другими генералами. Причём далеко не все его любят, а некоторые ненавидят. Но его авторитет, работоспособность, грамотность и умение оперировать полученным опытом не отрицает никто. Когда-то я поменял мнение много о ком. К сожалению, у нас не стоит очередь в армию. Из тех, кто пошли в 2014 году на патриотизме, многие устали и вернулись в мирную жизнь. Они готовы были защитить свою страну, но оказались не готовы на всю жизнь становиться военными. И они вернутся, когда над страной нависнет угроза. Только они вернутся более организованными и опытными. А сейчас они хотят пожить обычной гражданской жизнью после двух-трёх лет, проведённых в АТО.
Формат войны предполагает стояние на линии соприкосновения, обороняя ВОПы и нанося кинжальные удары тактикой малых групп. Но львиная доля войск стоит в пунктах постоянной дислокации. Как загнать мотивированного бойца в армию, если он понимает, что будет месяцами умирать в ППД? Что, возможно, вся его служба ограничится учениями, ППД и краткосрочными отпусками? Неудивительно, что в этом формате преобладает процент «заробитчан».
По итогу мы имеем такую армию, какая есть. С уймой проблемных вопросов, недофинансированную, с большим дефицитом кадров. Но эта армия сделала чудо в 2014-2015 годах, устояв в той ситуации, когда ещё чуть-чуть — и всё бы рухнуло. А она устояла. Такая несовершенная и недоукомплектованная людьми и техникой. Я её люблю за это. У меня нет другой армии. И те сражения, что прошла наша армия, она прошла именно такой. На энтузиазме. А ещё на личностях, которые лучше, чем мы любим о них судить. Потому что мы же умные, а они тупые, это наше личное суждение. Как же мы ошибаться-то можем? Нам сложно рассмотреть другие стороны человека, вместо того чтобы просто нацепить на него ёмкое и веское слово.
Потому судить армию у нас может каждый. Не каждый может стать её частью. Или хочет, что по сути одно и то же. Но всё же, выдавая оценочное суждение бригаде, офицеру или солдату, помните об одном — в наше бурное время, возможно, именно эти люди встанут рядом с тобой плечом к плечу.
Потому, когда вы учите армию, как надо, знайте, что у монеты всегда есть две стороны, и вспомните фразу «Маленького капрала»: «Выиграл сражение не тот, кто дал хороший совет, а тот, кто взял на себя ответственность за его выполнение и приказал выполнить».
