Давайте не будем винить президента, что о продаже Донбасса Украина узнала из российских СМИ. Он, возможно, и сам об этом оттуда узнал. Поэтому и устроил этот заводной спектакль с брифингом, о котором было объявлено за час до его проведения.
Поэтому и эти трогательные попытки сохранить остатки лица, вынеся вопрос о сдаче национальных интересов на третий план.
Сначала шутка о Мендель, затем вопрос «следующего этапа освобождения наших пленных», после этого — журналист Асеев и тирада о разведении войск в Петровском и Золотом, и только на третьем месте о главном – что «формула Штайнмайера» — это просто «страшилка». И что выборы в ЛДНР, Карл, пройдут в полном соответствии с Конституцией Украины и международными стандартами.
Можно ли говорить о президенте как о самостоятельной фигуре после того, как он все это озвучивает в качестве постфактума к сообщению ТАСС?
Президент у нас, как мы знаем – актер и популист, а не режиссер и стратег. А вот стратег, точнее даже не стратег, а – визионер и предсказатель, наш современный Нострадамус и Ванга – это Коломойский. Игорь Валерьевич еще с зимы с шутками и прибаутками рассказывал нам, что нас ждет. Что МВФ – дура, дефолт молодец. Вот МВФ и уехал. Что крупный бизнес надо национализировать – и Жеваго получает подозрение, а до этого менеджеры ДТЭК. Но это так, мелочи, экономика.
А вот что действительно интересно и значимо – так это то, что Игорь Валерьевич еще год назад рисовал глобальные политические картины маслом, о которых тогда все (ну, кроме разве что Медведчука) даже думать боялись. В частности, в вопросе Донбасса Коломойский стал настоящим ледоколом, за которым по пробитой дорожке затем устремилась вся или почти вся Зе-команда.
Вспомним, что еще в ноябре прошлого года Коломойский заявил, что на Донбассе Украина «воюет сама с собой», что «Путин там не командует», и что «нужно договориться о чем-то с теми, кто там есть». Невозможно забыть и июльские слова Коломойского о том, что война на Донбассе — это «внутренний гражданский конфликт», а российские военные выполняют там «интернациональный долг».
Зеленский не виноват. Просто Коломойский все, и в том числе действия Зеленского, заранее предсказал. Герои пьесы не виноваты, что их так прописал драматург. И каждое их действие и реплику разложил ну просто по пунктам. Не верите? Тогда откроем первоисточники.
«Первое – прекращение огня, обмен пленных – большей части, и обязательно тех, кто уже давно сидит с 14–15-го годов. Второе: проведение выборов по украинскому законодательству под контролем украинской власти. Третье: на следующий день после проведения выборов начинается процесс передачи контроля над границей. То есть буквально так: выводятся российские войска и передается контроль над границей полностью украинским войскам… Провели выборы, на следующий день началась передача контроля над границей, а через 30 дней она закончилась», — заявил Коломойский 27 июля в интервью «Цензору».
И, о чудо, ровно так, как сказал Коломойский (кроме прекращения огня), все и происходит. Независимый от олигарха-визионера президент Зеленский, по удивительному совпадению, движется в полном соответствии с планом, изложенным олигархом-визионером, который, как настаивают в Офисе президента, не имеет к президенту никакого отношения.
Но, может, про выборы без контроля над границей Коломойский сказал как-то сгоряча? Что ж. Берем комментарий, который он дал в кулуарах Ялтинской европейской стратегии.
«Я считаю, что не надо бояться выборов. Даже если там присутствуют «зеленые человечки» или иностранные войска, это не мешает нам проводить свои выборы», — заявляет Коломойский уже позже – 13 сентября, то есть три недели назад.
По мнению Коломойского, выборы на оккупированных территориях выиграет партия Зеленского с результатом «в 80%». Тут наша бородатая Ванга ошибается. Точнее, лукавит. Потому что партия Зеленского не выиграла выборы летом на контролируемых Украиной территориях Донецкой и Луганской областей, вдвое проиграв партии Медведчука, получившей там около 50%.
Коломойский прекрасно понимает, что «выборы» просто легализуют действующее руководство ЛДНР и ее силовые ведомства с российскими кураторами, которые будут переименованы в «народную милицию». А рассказывает все это он потому, что рассчитывает хорошо поштайнмайнить на «освобожденном Донбассе». То есть буквально – стать украинским смотрящим за этой серой зоной после ее интеграции в Украину, о чем мы уже подробно писали, например, 17 и 22 апреля.
Территория, находящаяся под формальным контролем Украины, а де-факто управляемая местным криминалом и российскими спецслужбами – это полигон грандиозных возможностей. Во-первых, вернуть свой завод ферросплавов в Стаханове и сети заправок. Во-вторых, занять на действующих промышленных предприятиях ОРДЛО ту же роль, которую Коломойский занимает сегодня на Центрэнерго. Серое производство и контрабанда – например, сигарет и алкоголя, пусть налоговая попробует сунуться. И, наконец, потоки на «восстановление Донбасса» — бюджетные и международные.
Речь идет о миллиардах долларов.
И, наконец, еще одна цель Коломойского, уже политическая – ослабить Зеленского, сделать его «немножко токсичным» и зависимым. Чтобы не шел, а хромал, и все смеялись и ненавидели. И потом подставить попавшему в беду парню крепкое плечо, поддержать медийно и организационно, и стать главным гарантом продолжения его каденции.
Очевидно, что стратегия Коломойского лежит в канве стратегии Кремля и не может быть не согласована с ним.
Реакции общества у Зеленского уже, похоже, очень испугались. И начали отыгрывать назад, заявляя, что «Украина не подписывала формулу Штайнмайера, а только согласилась с ее формулировками», а сам Зеленский отказался говорить об этом с главами фракций, заявив только, «что все будет хорошо, он все разрулит и парламент может расслабиться». И якобы «никаких выборов без контроля территорий».
Всерьез воспринимать эти заверения от человека, смеявшегося над тем, что Россия «отодвигает границу Украины» — сложно и опасно. И эти выборы не состоялись уже сейчас только потому, что в Украине есть люди, которым от этих шуток не смешно. А расслабиться обычно советуют жертвам при известном процессе. Который уже, похоже, произошел с президентом. И к которому президент теперь готовит всю страну. Хотя нет, не президент ее к этому готовит.
