Уровень помощи, которую предлагает США, не сможет ничего сделать, чтобы закрыть огромный, зияющий разрыв в военном потенциале Украины и России.
turner.com
В своей статье «Почему военная помощь ничего не даст Украине – ответ в одном графике», опубликованной на сайте Forbes.com, Марк Адоманис пишет, что, несмотря на (весьма несовершенное) перемирие на Донбассе и в Луганске, возникает политическое давление на США, чтобы те оказали дополнительную помощь украинским военным. Сенаторы Менендес и Коркер представили законопроекты, которые предусматривают дополнительные санкции для России и, что еще более важно, включают в себя существенное количество смертельного оружия. По словам самих сенаторов, законопроект будет включать:
«обеспечение оборонных статей, оборонные услуги и обучение для правительства Украины с целью противодействия наступательным вооружениям и восстановлению суверенитета и территориальной целостности Украины, в том числе противотанковых средств; предоставление оружия и боеприпасов для экипажей; противо-артиллерийские радары для выявления и нацеленивания артиллерийских батарей; управления артиллерийским огнем, дальномеры, оптическое оборудование для наведения и управления; дроны наблюдения для тактических войск, а также обеспечение командования и коммуникационное оборудование. Этот закон разрешает выделение $350 млн в 2015 финансовом году для выполнения этих задач».
Учитывая внутриполитическое настроение, я считаю маловероятным, что кто-то будет выступать против этого законопроекта. Может быть, администрация Обамы так или иначе добьется успеха в отмене его по тайным каналам, но важность «противостояния Путину» — это один из чрезвычайно редких пунктов двустороннего соглашения в Вашингтоне. Демократы, республиканцы, либералы, консерваторы, неважно, с кем вы разговариваете, существует настоящее единодушие в коридорах власти, что США должны помочь Украине, и оказание помощи ее армии не считают глупостью. Оппозицию законопроекта сразу же заклеймят, как тех, кто «поддерживает российскую агрессию», и теперь для сенаторов проще всего стать в очередь и поддерживать его продвижение.
Проблема в том, что законопроект ничего не решит. Уровень помощи, которую он предлагает, не сможет ничего сделать, чтобы закрыть огромный, зияющий разрыв в военном потенциале Украины и России. Рассмотрим, на минуту, следующую таблицу, собранную с использованием данных расходов на оборону от Стокгольмского института исследований международного мира.
Военная мощь Украины несопоставима с армией России / Forbes
Совершенно очевидно, что количество предлагаемой помощи ($ 350 млн) является мизерной частью щели более чем на $ 80 млрд между украинскими и российскими расходами на оборону. Да, это правда, Украине не нужно достигать равенства с Россией, чтобы установить более эффективные сдерживающие средства, но неужели кто-нибудь думает, что Владимир Путин будет дрожать от страха, если уровень расходов на оборону Украины поднимется от российских 6% до 6,5%? Россияне, похоже, готовы заплатить практически любую цену для достижения своих целей в Украине, и довольно наивно думать, что их можно было бы так дешево и безболезненно отговорить.
Военная помощь такого типа, как предлагают Коркер и Менендес, это не политика, а, скорее, отсутствие таковой. Она мало что делает, чтобы решить вопрос, на который якобы направлена (военная слабость Украины), и в то же время не делает вообще ничего, чтобы решить гораздо более существенные вопросы, стоящие перед Украиной (банкротство и экономический коллапс). Это своего рода позерство будет эффективным внутри страны, и оба, Менендес и Коркер, получат аплодисменты за свою «непоколебимость и решительность» перед лицом российской агрессии. В реальном мире, тем не менее, российская армия по-прежнему будет существенно превосходить украинскую, если только США не будут готовы раскошелиться на гораздо большие суммы денег.
Для этого конфликта нет никакого военного решения, есть только политические и дипломатические пути различной степени сложности и злобности. Делая вид, что есть военное решение, как Коркер и Менендес, мы лишь продлим конфликт.
