Вчера коллеги дали ссылку на польское издание «Rzeczpospolita», в котором кроме обычных перечислений лиц, виновных в катастрофе малазийского Боинга 777, которым выдвинуты первые обвинения и в отношении которых выписаны международные ордера на арест, имеются и некие выводы о том, как выглядит само следствие и какие вопросы остались после этого первого процессуального хода.
Издание проводит параллель между знаменитым терактом ливийских диверсантов, в отношении Боинга 747 американской авиакомпании Пан Американ, который рухнул возле населенного пункта в Локерби. Видимо, сравнение тут такого рода, что Каддафи подтвердил участие своих людей в теракте более чем через 10 лет, после чего они предстали перед судом.
А вопрос, который показался изданию актуальным, это личности четырех подозреваемых, среди которых нет российских кадровых военных. Да, среди них имеются старшие офицеры российских спецслужб в отставке (в том числе и Гиркин/Стрелков), но нет никого, кто на момент катастрофы состоял бы на государственной службе. Это очень смутило издание, которое выдало заряд пессимизма.
В самом деле, трагедия Локерби была вызвана бомбой, оставленной в самолете, и как не крути это – классический теракт. Даже террористическая организация, а не государственная спецслужба, способна организовать подобное мероприятие так, что прямых улик именно в адрес организации не будет совсем или они будут очень косвенными. Спецслужбы же работают еще чище.
Это важно потому, что в таком случае, очень проблематично пройтись по цепочке приказа или заказа и выйти на самый верх. Оно и понятно, ибо и террористы, и спецслужбы изначально строят свою структуру и всю деятельность с учетом требований глубокой конспирации. По этой причине, максимум на что можно рассчитывать – выйти на исполнителей, если к тому времени они еще будут живы. Копаться же в структуре спецслужбы никто и никогда не даст, а террористическая ячейка и вовсе не держит никаких доказательств, подчищая все за каждым своим шагом.
В случае же с малазийским самолетом, причиной его гибели стала не бомба на борту, а ракета штатной ракетной установки ПВО РФ, и этот факт уже доказан и подтвержден. Все, на этом месте можно ставить жирную точку на «сходстве» этих двух катастроф.
Если это боевая установка конкретной бригады российских ПВО, то она могла уйти за пределы части только по соответствующему приказу. Пускай кто-то попробует выехать на «Буке» из парка техники, без соответствующего приказа. Его охраняет караул «трехсменный круглосуточный» с табелем поста с привычными «Стой назад», «Стой, стрелять буду» и конечно же «Стою» – «Стреляю». То есть, самодеятельность там исключена изначально, это тебе не бомбу слепить из подручных средств.
Всем, в том числе и следствию, понятен механизм использования такой техники и невозможность ее боевого применения без соответствующий приказов как боевого, так и хозяйственного характера, включая оформление командировки, списания топлива и боеприпасов. Ведь одна «птичка» таки улетела, а стоит она сотни тысяч долларов, и ее безусловно списали по соответствующим учетам.
Это значит, что о командировке и расходе боеприпасов знает достаточно много людей, и насколько можно понять, сведения именно такого характера у следствия имеются. Так что в плане организации теракта и его исполнения эти два события ни в чем не похожи настолько, что сравнивать их просто глупо.
Теперь следует обратить внимание на вопросы издания о том, почему обвинения предъявлены именно этим четырем персонажам и не предъявлены российским военным. Думаю, что польские коллеги напрасно нырнули в конспирологию и все может объяснятся очень просто. Возможно, именно в отношение этих фигурантов уже собраны достаточные доказательства, и они процессуально закреплены. Думаю, что эти данные самоизобличающего характера, то есть имеются письменные или электронные доказательства, в которых сами фигуранты подтверждают свою причастность к данному преступлению.
Что касается российских военных, то тут – несколько другое дело. Нормальный следователь обязан приложить все усилия для того, чтобы максимально полно изобличить весь круг лиц, причастных к совершению данного преступления, а после этого – установить форму соучастия каждого из них.
Для этого пока нет смысла оглашать данные об остальных участниках преступления, чтобы не обозначить тот уровень, на который уже удалось добраться, и установить их роли во всем этом мероприятии. Наверняка всем известно понятие «тайна следствия», оно, в частности, означает временное сокрытие данных, добытых следователями с тем, чтобы у подозреваемых не появилась возможность скрыть или уничтожить данные, уличающие их в совершенном преступлении.
Именно с этой целью проводится следственное действие, известное как арест. Обвиняемый изолируется именно с этой целью, поскольку только суд может установить его вину или невиновность. Это еще не наказание, а всего лишь средство, исключающее возможность фигуранта сделать что-то для того, чтобы уйти от ответственности.
Как мы видим, с выдачей уже обвиняемых, в количестве четырех штук, у следствия возникли проблемы, и возникнут далее, поскольку Москва ссылается на свою конституционную норму о том, что своих граждан она никому не выдает.
Это значит, что речь идет не столько об аресте как таковом (который может и не состояться), сколько об оглашении перечня лиц, о которых следствие добыло нужные данные, в том числе, и с помощью тайных свидетелей, которые уже закрыты специальной программой их защиты.
Такая мера тем более оправдана, поскольку и на оккупированной территории Донбасса, и в самой РФ уже прошли как минимум две волны смертей лиц, так или иначе причастных к совершению данного преступления, именно в части прохождения приказа. Среднее звено должностных лиц, а особенно – верхняя часть среднего звена, включая руководителя ГРУ, занимавшего эту должность в момент проведения теракта, уже мертвы.
Причем, смерти случились очень странные или насильственные. Тот же глава ГРУ умер от «сердечного приступа», как почти умер известный Скрипаль, прямо в элитной клинике и под присмотром лучших в РФ врачей. И это при том, что до момента смерти пациент вообще не жаловался на здоровье и лег в клинику на обследование.
Таким образом, польские коллеги напрасно сравнивают эти два теракта. Их объединяет всего одна деталь – самолеты упали на землю и разбились. Все остальное – отличается. И если Муамар таки выдал своих людей, то Путин их безусловно угробит.
