Я — «ЦИФРОВОЙ АБОРИГЕН»
Завидую людям, которые до сих пор читают толстые книги — вдумчиво, смакуя каждое слово. Меня же сегодня стал пугать один лишь вид томов «Войны и мира» (хорошо, что в детстве успела прочесть). Завидую тем, кто способен на долгие витиеватые речи. Потому что сама говорю не просто отрывисто, а плююсь ключевыми словами. Например, вместо сложносочиненного предложения: «Коля, у нас кончился хлеб, и надо пойти в магазин и купить его, белый или черный — все равно», — я произношу только одно слово: «Хлеб».
Расспрашивала знакомых. Оказалось, многие, как и я, с трудом досматривают фильмы до конца. Постоянно переключают каналы. Недослушивают песни, перескакивая с одной радиостанции на другую. В видеофильмах прокручивают затянувшиеся сцены. Письма от руки уже не пишут — отстукивают телеграфной строкой без точек и запятых. Эпидемия? Да. Мы стали «цифровыми аборигенами». Так неврологи стали называть людей с богатым 10-летним опытом жизни в Интернете.
— Именно за такой период времени у активных пользователей глобальной Сети меняется не только поведение, но и способ мышления, а самое главное, мозг, — считает невролог, директор научно-исследовательского центра по изучению памяти и старения Семельского института неврологии и поведения человека и Центра по вопросам старения в Калифорнийском университете Гэри СМОЛЛ. — «Цифровые аборигены», как правило, проводят перед монитором по 12 часов в сутки. Перебегают с одной гиперссылки на другую, болтают в аськах, пишут в блогах, отвечают на электронные письма, читают новости, причем делают все это одновременно.
В своей недавно вышедшей книге «iBrain: Как пережить технологическое изменение мозга» ученый пишет: «…поскольку Интернет уменьшает способность концентрироваться и созерцать, то мозг со временем начинает ожидать поступления информации в том виде, в каком ее распространяет Сеть, — в виде стремительного потока частиц. Мышление становится отрывочным, чтение — поверхностным. Пользователи лишь по диагонали просматривают заголовки и аннотации. И в итоге превращаются в «простых расшифровщиков информации». А зоны мозга, отвечающие за абстрактное мышление и сопереживание, практически атрофируются».
РАСШИРЕННЫЙ ПОИСК НЕБЕСПОЛЕЗЕН ДЛЯ ЖИЗНИ
— Есть и плюсы, — продолжает доктор Смолл. — Интернетоголики быстрее находят выход из любой сложной ситуации в повседневной жизни. Ведь каждый день отыскивая нужную информацию в Сети, они тренируют те мозговые центры, которые связаны с принятием решений и логикой. Исследования с помощью томографов показали: активность этих зон вдвое выше у тех, кто сутками не вылезает из Сети.
Но, по словам ученого, развивая способности оперативно обрабатывать информацию и эффективно принимать решения, люди катастрофически начинают терять навыки общения, интуиции. Перестают распознавать настроение людей по глазам, мимике, жестам — по сути, рушат те эмоциональные кирпичики, из которых строится семья, дружба, любовь.
На смену «поколению пепси» пришло поколение «цифровых аборигенов»
. — Слушай свежий анекдот! — Пришли его лучше по аське.
Другой недостаток киберкультуры — появление интернетзависимых людей, страдающих синдромом дефицита внимания. Но главное опасение: предрасположенность «цифровых аборигенов» к выполнению в киберпространстве нескольких действий одновременно. Постоянное сканирование следующей порции информации вызывает стресс. Более того, способно повредить нейронные связи в мозге.
Оградить себя от серьезных последствий можно простым способом: нужно всего лишь время от времени отрываться от монитора в пользу семейного ужина или встречи с реальными, а не виртуальными друзьями. В конце концов, по мнению ученого, миром будут править не ботаники, живущие в Интернете, а люди, одинаково умеющие пользоваться плюсами интернет-технологий и уникальными возможностями личного общения.
ИГРАТЬ НА ПИАНИНО МОЖНО МЫСЛЬЮ
— Остановить изменения в мозге, в том числе в тех зонах, которые управляют такими важными функциями, как память или восприятие визуальных и слуховых раздражителей, не удастся, — уверяет Смолл. — Ведь Сеть стала частью нашей жизни. Благодаря ей мы за день узнаем столько, сколько наши деды не постигали и за десять лет. Объем трафика, прокачиваемого через компьютер и соответственно мозг, по сравнению с доцифровой эпохой увеличился на порядок. Мозговые реакции 13-летнего пользователя Интернета при прочих равных условиях уже отличаются от реакций его родителей, когда они были в том же возрасте, но не использовали Сеть по причине ее отсутствия. И ежесекундное увеличение объема информации заставит наш мозг все быстрее адаптироваться к новым условиям существования. Как десятки тысяч лет назад он увеличил свои лобные доли и дал толчок к развитию мышления и языка. Тогда нашим предкам понадобились подручные предметы для добывания и обработки пищи. И сегодня мозг должен претерпеть некую трансформацию, поскольку технологический прогресс меняет привычную для него информационную среду.
Возможности перестройки мозга огромны. Исследования последних лет показали: даже у взрослого человека он сохраняет в себе огромные ресурсы «нейропластичности» — способности менять свою структуру и функции в зависимости от полученного опыта. К примеру, в Гарвардской медицинской школе под руководством нейробиолога Альваро Паскаль-Леона провели такой опыт. В одной комнате добровольцев неделю учили играть на пианино, а в другой — просили участников только представлять, что они музицируют. Результаты ошеломили ученых: область двигательной коры, контролирующей движение пальцев, бегающих по клавишам, увеличилась у тех, кто просто представлял себе упражнения, точно так же, как и у тех, кто на самом деле играл. Оказалось, что мыслью можно изменять структуру серого вещества.
— А что произойдет с нашими извилинами лет через пятьдесят при воздействии на них гораздо более серьезных возбудителей, таких, как видеоигры, многоканальное телевидение, Интернет и, в конце концов, искусственный интеллект? — вопрошает доктор Паскаль-Леон. — Наверняка изменения станут гораздо глубже.
КОММЕНТАРИЙ СПЕЦИАЛИСТА
— Интернет создает лишь иллюзию доступности информации и технической оснащенности, — говорит Сергей Вячеславович. — У так называемых «цифровых аборигенов» нагрузка на мозг непрерывно снижается. Даже от программистов сегодня не требуется того интеллектуального уровня, который был им необходим 10 — 15 лет назад. Они пишут программы — как складывают кубики. Интеллектуальная деградация в таких условиях гарантирована.
