В ходе дискуссии на сессии «Экономическая осень путинской России» 6-го Форума Свободной России зашел разговор о российских репарациях по окончании путинской войны против Украины и о судьбе Керченского моста.
Илья Пономарев предложил рассматривать этот мост в качестве одного из взносов в рамках неизбежных будущих российских репараций Украине. Автор данных строк возразил, назвав указанное сооружение ФСБ-шной «керченской удавкой», достойной только одной судьбы – демонтажа.
Как известно, Керченский мост был построен в грубое нарушение норм международного права, поскольку Украина как единственный международно признанный собственник полуострова Крым и один из двух законных сособственников вод Керченского пролива никогда не давала согласия на его строительство.
Теперь Керченский пролив не могут пройти 144 судна, которые традиционно приходили в Мариуполь. В 2016 г. через Мариуполь и Бердянск в целом осуществлялось примерно 25% украинского морского экспорта. В 2017 г. Мариупольский порт потерял 30% своего традиционного флота и 14% грузооборота. В 2018 г., по предварительным оценкам, потери составили еще 45% грузооборота для Мариупольского и 30% для Бердянского портов. Летом 2018 г. было несколько периодов, когда Мариупольский порт простаивал по несколько дней из-за задержек судов при проходе ими Керченского пролива и из-за их досмотра патрульными кораблями ФСБ.
Пробки судов на вход в Керченский пролив и на выход из него.
Конфигурация и основные параметры Крымского моста неоспоримо указывают на то, что он был построен таким образом, чтобы создать максимальные препятствия свободе судоходства в Керченском проливе и Азовском море.
Полотно автомобильной части Керченского моста было намеренно размещено на низких опорах, при его максимальном приближении к поверхности воды для того, чтобы не дать прохода под неосновными пролетами моста любым маломерным судам, в том числе, прогулочным яхтам, даже катерам и лодкам.
Искусственность занижения автомобильного полотна особенно очевидна на фоне намного более высоко расположенного полотна железнодорожного моста, профиль которого требует небольших углов при подъеме к высшей точке моста и при спуске с него. Иными словами, как с практической, так и даже с эстетической точек зрения профиль автомобильного моста мог бы следовать очертаниям железнодорожного моста на более значительной высоте и тем самым дать относительно небольшим судам с неглубокой осадкой, а также маломерным судам возможность прохода через неосновные пролеты моста.
Однако, максимально приближая полотно автомобильного моста к уровню моря, ФСБ-шные проектировщики намеренно уничтожили эту возможность. Теперь практически все суда – независимо от их размера, водоизмещения, осадки – для удобства ФСБ-шного контроля за их движением (или недопущения такового) теперь должны следовать только под основным пролетом моста.
Судя по фотографиям, появившимся в связи с Керченским морским боем 23-26 ноября, движение под неосновными пролетами моста практически любых маломерных судов, включая даже катера и лодки, практически невозможно.
Ширина основного (по сути – единственного) судоходного пролетаКерченского моста составляет 185 метров. Наиболее узкий основной пролет среди мостов, построенных в последние годы, обнаруживается у Эресуннского моста (490 метров),
Эресунн
то есть в два с половиной раза больше, чем у Керченского моста (при наличии у Эресунна большого количества неосновных проходов, а также при существовании моста над Большим Бельтом,
Большой Бельт
дублера Эресуннского моста, с 1624-метровой шириной основного пролета).
Ширина основных пролетов всех трех Босфорских мостов превышает тысячу метров.
Мост Мучеников 15 июля
Мост Султана Мехмеда Фатиха
Мост Султана Селима Явуза
Практически все другие мосты через морские судоходные проливы, построенные в мире в последние несколько десятилетий, имеют ширину километр и более.
Не исключено, что ширина основного судоходного пролета Керченского моста была намеренно установлена такой, чтобы ее можно было без большого труда физически перекрыть одним-единственным танкером, предусмотрительно «застрявшим» на ремонте в Керчи с 2017 г., вероятно, как раз для таких случаев, какой произошел 25 ноября.
Российский танкер, блокирующий проход под Керченским мостом 25 ноября 2018 г.
Высота основного (по сути – единственного) судоходного пролета Керченского моста (35 метров) позволяет проходить под ним судам с высотой не более 33 метров. В последние восемь десятилетий через морские проливы в мире строились мосты с высотой, как правило, вдвое большей, – не менее 57 метров, часто 64-67 метров, а иногда даже и 74-80 метров. Мост Золотые ворота в Сан-Франциско с
высотой основного пролета 67 метров был построен восемь с лишним десятилетий назад, в 1937 г.;
Сиднейский мост Харбор-Бридж с высотой 49 метров – в 1932 г. ;
Мост Ферт-оф-Форт в Шотландии с высотой 46 метров был сооружен почти 130 лет тому назад, в 1889 г.
Буквально несколько лет тому назад в самой России, во Владивостоке, были построены два моста (Золотой и Русский) с достаточной шириной основного пролета (737 метров и 1104 метра) и высотой,
Золотой мост
соответствующей мировым стандартам (64 метра и 70 метров). Иными словами, если власти не ставят задачу закупорить морской пролив для судоходства, мосты даже в сегодняшней России строятся в виде, существенно не отклоняющемся от мировых образцов.
Русский мост
Некоторые современные мосты, обеспечивающие свободу навигации:
Инчхон
Йи Сун-син
Сутонг
Стоункаттерс
В отличие от мостов, строящихся по всему миру, цель ФСБ-шной Керченской петли, построенной по заказу Путина, совершенно очевидна – не обеспечивать свободу судоходства, а препятствовать ему; душить развитие экономики Восточной Украины; иметь возможность в любой понравившийся Кремлю момент, как, например, это было 25 ноября, беспрепятственно затягивать на горле Азовского моря Керченскую удавку.
Нынешняя Керченская удавка заслуживает только одной судьбы – ликвидации.
Если и когда Украина сочтет возможным строительство нового моста, соединяющего украинский Крым и Кубань в будущей свободной России, этот новый мост будет не путинско-ФСБ-шным, а совсем другим – похожим на сотни мостов современного мира, обеспечивающим беспрепятственную свободу навигации для всех судов.
