Избрание Трампа — запрограммированный кризис институций.
Визит в Украину американских конгрессменов, пообещавших не отмену, а усиление санкций против российского режима, приободрил тех, кто опасается первых неуклюжих шагов новой американской администрации на внешнеполитической сцене. Однако стоит ли быть уверенными в том, что позиция нескольких сенаторов станет определяющей для республиканского большинства в Сенате и Палате представителей? Что возникнет некий, совершенно беспрецедентный блок между республиканцами и демократами в попытке противостоять возможной соглашательской позиции администрации Дональда Трампа?
Если такой союз действительно будет оформлен — не намерениями, а голосованиями — это может стать такой же новостью в американской политической жизни, как избрание главой государства бизнесмена без опыта государственной деятельности и участия в избираемых органах власти. Именно поэтому не стоит с ходу ничего отвергать. Избрание Трампа — чудовищная разбалансировка всей американской системы государственного управления, запрограммированный кризис институций. И никто — в том числе и сам Трамп, и конгрессмены — не знает, как этот кризис будет преодолён.
И самое важное — никто не может определить размеры этого кризиса, так как никто — в том числе и сам Трамп — не знает подлинных намерений американского президента. В том числе и по поводу санкций против России.
Новые санкции, которые введены уходящим президентом Бараком Обамой в связи с вмешательством Москвы в избирательные процессы в Соединенных Штатах, могут беспокоить Трампа не столько из-за стремления улучшить отношения с Путиным, сколько из-за своей собственной легитимности. Если согласиться, что Москва вмешивалась — и успешно — в избирательный процесс — то тогда приходится признать, что американский гражданин голосовал за республиканского кандидата под влиянием российских действий и "разоблачений". Кому это понравится? Только не Трампу! Но когда речь зайдёт о других санкциях, связанных с войной против Украины, их отмена уже не может быть связана просто с желанием избавиться от неприятных осложнений в двусторонних отношениях.
Отмена таких санкций — вопрос сделки. Той самой сделки, которую Трамп может намереваться заключить с Путиным и детали которой так часто обсуждают сегодня в мировых СМИ. Но когда говорят о сделке, которую Трамп хочет заключить с российским президентом, никогда не задумываются об ответе на другой вопрос — а Путин хочет заключить сделку с Трампом?
Возможно, с нашей точки зрения — или даже с точки зрения нового американского президента — Путин нуждается в такой сделке для стабилизации ситуации в собственной стране и упрочения авторитета на международной арене. Но сам Путин может воспринимать Трампа как человека, который обязан ему своей победой на выборах. Который должен не сделки заключать, а благодарить. Который не условия должен выдвигать, а делать выгодные предложения. Трамп для Путина — просто первый секретарь Вашингтонского горкома партии. Его партии. И если избранный американский президент этого пока что не понимает — то скоро поймет.
Самый интересный вопрос — что он предпримет, когда столкнётся не с собственными представлениями о мире, а с реальностью. Мы обсуждаем возможное противостояние Трампа и возмущённого Конгресса. Но союз президента и Конгресса против Путина возможен не в меньшей, а то и в большей степени.
Виталий Портников
