Саммит лидеров стран АТЭС в КНР закончился победой Пекина над Вашингтоном и полным поражением Москвы, пишет Иван Яковина в статье для Нового времени.
nvua.net
Решающий саммит
Закончившийся в Китае саммит стран организации Азиатско-тихоокеанского экономического сотрудничества (АТЭС) большинству украинцев запомнился неловким эпизодом с пледом, который президент РФ зачем-то набросил на плечи китайской первой леди Пэн Лиюань. В соцсетях и СМИ эта история наделала больше шуму, чем все остальные вместе взятые, хотя не стоила и выеденного яйца. Диванные знатоки этикета сулили едва ли не китайско-российскую войну, даже не удосужившись узнать, что дипэтикет на глав государств и правительств не распространяется вовсе.
Главным же итогом встречи стала дипломатическая победа Китая, который сумел не только отчетливо заявить о себе как о новом лидере в АТР, но и отодвинуть в сторону США с их повесткой дня и планами относительно региона.
Суть американо-китайского противостояния такова. США уже почти десятилетие продвигают амбициозную идею создания организации Транс-тихоокеанского партнерства (ТПП) – зоны свободной торговли и передвижения капитала, которое (в его нынешнем проекте) будет контролироваться даже не правительствами стран-участниц, а их крупнейшими корпорациями. Поскольку большинство этих корпораций – американские, понятно, кто в действительности будет в ТТП главным.
У Китая же есть альтернативный проект – Азиатско-тихоокеанская зона свободной торговли (АТЗСТ), центром и главной движущей силой которого, по плану Пекина, должен стать он сам. Тут уже корпорации будут играть подчиненную правительствам роль, а сами эти правительства при сохранении нынешних тенденций станут своего рода экономическими вассалами Китая. Американцы довольно осторожно относятся к этой идее, вполне разумно видя в ней вызов своему глобальному господству.
Основной интригой форума, прошедшего под Пекином, стал вопрос: по какому из этих направлений пойдет регион? Выяснилось, что скорее, по китайскому.
Переговоры участников ТТП в американском посольстве закончились ничем. Япония в очередной раз отказалась от либерализации сельскохозяйственного экспорта, что является одним из ключевых положений пока еще не заключенного пакта. Конечно, ТТП можно было бы сформировать и без Токио, однако без третьей экономики мира влияние организации будет куда менее скромным, а из собственно азиатских стран в ней останется лишь Вьетнам – страна, конечно, замечательная, но экономически с Японией несравнимая. Для американцев отсутствие в ТТП Японии – то же, что Таможенный союз без Украины для россиян – недоделанный инвалид без ясных перспектив. В общем, план, которую продвигают США, пока никак не клеится.
Зато у китайцев дела обстоят намного лучше. Их идея вложить в создание новой транспортной инфраструктуры в АТР 140 миллиардов долларов (только на начальном этапе) не только получила всеобщее одобрение (итоговый протокол о поддержке АТЗСТ подписал даже Барак Обама), но и убежденного сторонника в лице российского президента Владимира Путина. Дело тут вот в чем.
Потеря независимости России
Москва, стремительно теряющая доверие и партнеров на Западе, громогласно объявила о развороте на Восток. Укрепление сотрудничества с Китаем в этом свете стало одним из приоритетов политики Кремля. Пекин не возмущается нарушению прав человека в РФ, не налагает санкций за аннексию чужой территории, не ругает за войну, развязанную на востоке Украины, не требует проведения нормальных выборов, сменяемости власти и так далее.
Вместо всего этого китайцы предлагают вполне ясную схему отношений. Россия, попав в зону китайского влияния, становится колонией Поднебесной: территорией, откуда растущая экономика КНР будет почти бесплатно изымать природные ресурсы, а в обратном направлении поставлять своих колонистов, снижая демографическое давление внутри своей страны.
Взамен на это московские “князьки”, “раджи” и “эмиры” получат постоянный поток денег из КНР и право творить со своими подданными все, что заблагорассудится. Кроме того, их, как почти равных, будут время от времени принимать в Пекине, теша самолюбие и чванство. Всего того, что так не любит Путин, – проблем с оппозицией, экономических неурядиц, забот о социальной сфере и экономике не потребуется. Китай со всем этим разберется. Процесс уже начался: на саммите был подписан договор о строительстве в из Сибири в Китай еще одного газопровода, который вызвал крайне неоднозначную реакцию.
Превращение России в китайскую колонию сильно подорвет влияние США, что тоже не может радовать Путина, который о своей стране уже давно особо не заботится, но видит Вашингтон источником всех своих проблем. Понимая то, что Барак Обама сейчас больше других будет заинтересован в сохранении суверенитета РФ, российский президент во время саммита несколько раз пытался завязать с ним беседу о “Сирии, Иране и Украине”. Впрочем, разговор не клеился: в общей сложности они поговорили 15-20 минут.
Ответ США
Судя по озвученным темам видимо, пытаясь пошантажировать американского коллегу. Интерес Путина ясен: он хочет добиться снятия санкций со своих друзей, не возвращая при этом Крым и не убирая свои войска из Донбасса. В случае, если эти требования выполнены не будут, Москва продолжит сближение с Китаем (то есть передачу в его управление своей экономики), а также постарается подгадить США и на других направлениях. Например, на днях Россия объявила о намерении построить в Иране еще восемь ядерных реакторов. На деле это означает подрыв общей позиции “шестерки” на переговорах с Тегераном: сейчас пять постоянных членов СБ ООН и Германия постулируют, что Ирану не нужны свои мощности для производства ядерного топлива, поэтому и обогащать уран ему ни к чему. Если же эти станции будут построены, то у Тегерана появится веский и убедительный аргумент для продолжения обогащения.
Этот и ему подобные демарши Москвы уже заставили многих в США задуматься о том, что Обама готов променять целостность и независимость Украины на одну из главных задач своего президентства. В колонке для The New York Times обозреватель Роджер Коэн допустил такой вариант, полагая, что вырвать Украину из рук Путина – слишком хлопотное занятие, чтобы Обама стал рисковать ради него внешнеполитическим достижением эпохального масштаба.
Впрочем, уверенность российского лидера, что он “умнее всех” и “опять всех переиграл”, может сыграть с ним злую шутку. Обама, ранее противившийся введению самых жестких санкций против РФ, столкнувшись в открытым шантажом, может просто разозлиться. Кроме того, ему надо как-то договариваться с Конгрессом, недавно перешедшим под контроль требующих санкций республиканцев. Президент США может согласиться на такие санкции, получив взамен что-то иное. Российская экономика, пока не перешедшая под китайское управление, и так с трудом выдерживает войну и санкции, вызывая у экономистов настроения, близкие к паническим. Если от нового удара она рухнет, Путину не помогут все китайцы мира.
Что еще интереснее, так это явная переоценка Москвой своей важности в переговорах по Ирану. Сейчас Тегеран не надо уговаривать сесть за стол переговоров: он и сам стремится как можно скорее избавиться от нефтяного эмбарго. Более того, США и Иран невольно, медленно, но неумолимо становятся самыми близкими союзниками в деле противостояния Исламскому государству, обосновавшемуся в северном Ираке и восточной Сирии – общий враг порой сплачивает сильнее общих интересов и идеологий. По ядерной программе Вашингтон и Тегеран могут договориться и без помощи Москвы. Если бы Обама так сильно зависел от Путина в этом вопросе, то наверняка не шарахался от российского лидера на саммите, как от чумного.
Сумел ли президент РФ напугать американского коллегу, станет ясно уже в ближайшие недели. Ожидается, что после 17 ноября Запад обнародует (или не обнародует) новый пакет санкций против России. Учитывая, что сразу после саммита в Китае НАТО (читай – США) объявило о прямом вторжении российских войск на территорию Украины, Москву ничего хорошего не ждет.
