Вот уже две недели в Хабаровске продолжаются протесты. Как сообщает пресса, к ним присоединилось какое-то количество протестующих во Владивостоке и некоторых других населенных пунктах Дальнего Востока РФ.
Еще после первых выходных, когда все только началось, некоторые наблюдатели стали сравнивать эти мероприятия с Майданом и мы сразу предостерегли от подобных сравнений просто потому, что тем самым можно размыть и замотать само понятие «Майдан».
Тем не менее, все с чего-то начинается и часто – вот с таких мирных протестов. Так оно начиналось и у нас или в той же самой Румынии, когда в итоге Чаушеску пошел под нож. И в общем, мы – только «за» такое развитие событий, как и за то, чтобы вспыхнувшие протесты в Беларуси – тоже развивались по сценарию «Майдана». Но по Хабаровску уже видно, что мероприятия входят в режим «не догнать, то хоть согреться», и боюсь, что в Беларуси дело закончится тем же самым.
Дело тут не в том, что мы это могли сделать и похоже – можем еще раз, а они – нет, все несколько сложнее и проще одновременно. Фокус в том, что сколько раз ты ни говори слово «халва», слаще от этого все равно не станет, а по примеру Хабаровска это уже видно со всей очевидностью. Все же за две недели должно было появиться понимание того, что лозунги «Путина в отставку», «Путин – вор» или «Россия уходи», это разговор обо всем и ни о чем одновременно и вот почему.
Оттуда, из Хабаровска, эти люди ничего такого, что они приняли как лозунги протестов, сделать не могут в принципе. Как они отправят Путина в отставку или в под суд? Да никак. Даже если сильно того захотят и что-то там другое начнут выделывать в своем Хабаровске. Немного теплее смотрится лозунг «Россия уходи», но опять же, как они себе это видят? Как она будет уходить из Хабаровска?
Это ведь не загульная деваха с полураспущенной косой, с фонарем под глазом и в помятом с подозрительными пятнами сарафане и драными колготками. Надо представлять, как это можно осуществить в натуре. И что самое главное, ведь сам смысл протестов такого массового характера сводится к простому алгоритму. Большое количество людей собирается с одинаковым требованием к власти и генерирует ей посыл: «Либо ты сделаешь то, чего мы требуем, либо мы это сделаем без тебя».
И тут обязана формулироваться цель, которую они пытаются достичь. Отсюда следует, что смена существующей власти с той или иной степенью насилия не является самоцелью, но должна рассматриваться как препятствие, которое следует убрать для достижения этой цели. А с этим у хабаровских протестов – все плохо, кстати, как и у белорусских. Правда, у последних – несколько иная ситуация и возможно, она таки перерастет во что-то более жизнеспособное и настоящее.
Просто надо понимать, что протест ради протеста или протест с какими-то абстрактными и заведомо недостижимыми целями – обречен по определению, а кроме того, приведет к усталости и пониманию бесцельности и бесполезности всего мероприятия. Собрались, походили, покричали и в конце концов – купили пиво и сели на диван у телевизора. А ведь это – выпускание пара из котла. Возможно, поэтому полиция пока и не вмешивается в мероприятие, потому что для власти оно не несет никакой прямой опасности.
Да, это – пример для регионов, но ведь это как положительный пример, так и отрицательный. Если все так пойдет дальше, то первая реакция: «Смотри, у них получилось и менты заткнулись!» очень быстро сменится другой реакцией: «Ну хорошо, они собрались, походили по улицам и чего добились?» А СМИ вырежут неприятные лозунги и дадут картинку огромной толпы, которую добрая полиция не укладывает в асфальт, и которая побродила себе кругами и разошлась. Мало того, еще это и снабдят комментариями типа «У нас – демократия, видите?»
Скажем так, лозунги «Отдайте нашего губернатора» не дадут никакой решимости действий. Тем более, что губернатор является представителем той самой шайки, против которой протестуют они, простые люди, но против которой он сам даже и не думал протестовать. То есть, он не вел своей борьбы с центром и не вел за собой и поэтому, как не крути хабаровскую ситуацию, она все равно ведет в тупик.
Единственный реальный лозунг, который мог бы кардинально изменить ситуацию как с качеством протестов, так и с конечной целью, которую можно реально достичь, это выход из состава РФ. Вот это и будет означать «Россия уходи» и «Путина в отставку» для данного конкретного региона.
А если бы такой лозунг был поставлен, то все остальное стало бы выстраиваться само собой. Если выходим, то как и на основании чего. Смотрим федеративное устройство и находим соответствующие пункты конституции, которые можно для этого использовать. Дальше – берем за образец «крымский референдум» и делаем все по образу и подобию и пускай Москва попробует спеть песню про сепаратизм, сразу ее Крымом по харе. А ведь там – плотные связи с Китаем и потому за две недели уже надо бы провентелировать реакцию Китая на ход этих событий, поскольку Пекин станет стратегическим партнером, в случае успеха. И так далее.
Но ничего этого нет, постепенно протест превращается в яркое, праздничное шоу, с элементами балагана и все потому, что нет идеи, которая служит чем-то вроде двигателя процесса. То есть, персоналии стыкуются к идее, а не наоборот. И вот здесь мы подходим к самому важному отличию Майдана и того, что уже две недели происходит в Хабаровске, и что только что вспыхнуло в Беларуси.
У нас была и есть идея и даже идеология национально-освободительной борьбы. У нас имеется обширная история этой борьбы и мы знаем, на что ориентироваться, а главное – мы знаем с кем и с чем следует бороться и за что именно, а у них с этим – каша.
Беларусы имеют больше шансов, если только главной движущей идеей станет национально-освободительная борьба. Там тоже имеется своя история и есть на что опираться. Причем, в Беларуси этот вопрос уже стоит намного острее, чем в Хабаровске, поскольку они сейчас подняли протест в абсолютно противоположном Майдану, формате.
Логика тут простая. Если мы боремся за украинскую Украину против совка и пост совка, то за что борются они? Насколько сейчас можно понять, они борются против диктатора Лукашенко за кандидата в президенты Бобрикова или Бибрикова, не важно. А ведь это – конторский персонаж, поскольку главой структуры Газпрома никогда не станет человек, не получивший одобрения российских спецслужб. Даже простой клерк Газпрома и тот проходит через сито внутренней безопасности, являющейся филиалом ФСБ, а если речь идет о руководителе крупной финансовой структуры Газпрома, то тут вообще говорить не о чем.
И вот почему так важна национальная идея. Если отталкиваться от нее, то все начинает выстраиваться в четкую структуру и форму протеста. В таком случае, протест идет за независимую, европейскую Беларусь, против колониальных устремлений Москвы. А раз так то смотрим, Лукашенко нам мешает? Конечно мешает, поскольку он и оформил колониальный статус республики. Но вписывается ли в наши национальные устремления экс-глава Белгазпромбанка? Конечно же, не вписывается! Это – человек Москвы еще больше, чем Лукашенко. То есть, под зад коленом обоих. В таком случае, протест становится на рельсы Майдана и можно говорить о том, что он двинулся в правильном направлении.
Если вот эти массовые выступления не ухватятся за такой флаг, то шансов у них почти нет, ведь если нет четкой и понятной цели, непонятно куда идти, а при правильной манипуляции протестом, направить это движение можно куда угодно, хоть прямиком в Газпром.
Это – промежуточная оценка ситуации, не претендующая на какой-то приговор. Протест – вещь динамичная и его суть может измениться в самый неожиданный момент. Нам ли этого не знать, но пока – все выглядит (для меня) именно таким образом.
