Спецпредставитель Государственного департамента США по вопросам Украины Курт Волкер в интервью британской Financial Times заявил, что Россия пытается «заморозить» конфликт на Донбассе.
Если Москва и в дальнейшем не пойдет на уступки, ситуация будет ухудшаться, предупреждает представитель Госдепа, и Кремлю вряд ли понравится разрыв дипломатических и экономических отношений с США.
В ближайшей перспективе отношения между США и Россией будут определять несколько «констант». Давайте перечислим их:
— взаимное недоверие между Вашингтоном и Москвой и необычайно высокий уровень их взаимного подозрения;
— консенсус американской элиты в ее отношении к России как к врагу, что стало следствием превращения России в политический фактор внутри Америки;
— ограничение самостоятельности президента Трампа в его политике в отношении Москвы и широкие полномочия антироссийски настроенного Конгресса в этом вопросе.
Все это не дает оснований говорить, что отношения между США и Россией в ближайшей перспективе могут войти в фазу нормализации, а тем более активного сотрудничества. Кстати, на этот раз Москва заинтересована в снижении градуса конфронтационности в отношениях с Вашингтоном – но без потери лица. Однако пока нет возможности для такого маневра. Поэтому можно ожидать, что эти отношения будут напоминать «слякотную осень», но без желания обеих сторон превратить их в «холодную зиму». По крайней мере, до конца путинского правления.
Стоит учитывать и то, что Трамп в своей политике будет более непредсказуем, чем Путин.
Вопрос поставки Вашингтоном летального оружия Украине пока не получил однозначной поддержки в американской администрации. Сама эта идея, скорее, является фактором американского прессинга на Москву с целью заставить Кремль пойти на разумный компромисс в поисках выхода из вооруженного конфликта на Донбассе.
Но нельзя исключать, что вслед за подарком, который привез недавно в Киев глава Пентагона Джеймс Мэттис, Вашингтон решится еще на один подарок, который должен дать понять Москве серьезность американских намерений. Но пока, по всей видимости, Вашингтон опасается, что поставки летального оружия (а, следовательно, и американских военнослужащих для его обслуживания либо тренировки украинских военных) могут привести к эскалации напряженности в отношениях с Москвой, чего Вашингтон не желает.
Миссия же [спецпредставителя США по Украине] Курта Волкера и его блиц-переговоры с целым рядом сторон, включая [советника президента России Владислава] Суркова, означает попытку прессинга Вашингтона на Москву с целью, во-первых, начать реальный, а не имитационный процесс разрешения конфликта на Донбассе, и, во-вторых, определить, насколько Москва готова искать компромисс и в чем будет его содержание.
Волкер дал понять, что Вашингтон понимает, что минский процесс не дает и не даст результата. Но Вашингтон не собирается хоронить этот формат – США вовсе не собираются брать на себя всю ответственность за выход из войны.
Волкер и стоящая за ним команда «взрослых парней» (в первую очередь Мэттис) будут пытаться найти механизм давления на Москву, при этом заставляя Берлин и Париж демонстрировать больше активности. Пока Волкер нащупывает механизм прессинга, угроза осложнения отношений с Москвой и даже разрыва этих отношений представляет собой риторический шантаж.
Конечно, Вашингтон не собирается этого делать. Это противоречит американской практике иметь постоянные каналы общения с Москвой, препятствуя ее изоляции. Американская сторона полагает, что изоляция России только усиливает ее агрессивность. Но есть и более серьезный инструмент прессинга в отношении Москвы – введение в активное действие санкционного пакета, одобренного Конгрессом.
Правда, пока неясны возможности отступления для Москвы. Видимо, Кремль еще в раздумьях. Именно поэтому Сурков на встрече с Волкером продолжал твердить о необходимости «политического трека», то есть уступок Киева по политическим вопросам. Получается, Москва все еще находится в рамках прежнего подхода к ОРДЛО.
Я думаю, что показателем того, насколько Москва согласна идти на компромисс, будут переговоры по проблеме прекращения огня и разведения воинских формирований на 10-20 км от линии соприкосновения.
Но ведь понятно, что здесь есть вопрос, на который пока нет ответа. Речь идет о том, что гарантировать реальное разведение могут только миротворческие силы. А для их формирования и применения есть десятки препятствий. Об этом очень детально рассказал недавно бывший премьер-министр Украины Евгений Марчук.
Итак, вот вывод: мы имеем новую ситуацию и попытку Вашингтона взять на себя более активную роль в переговорном процессе и готовность более активно давить на Москву. Но непонятно, насколько Кремль готов отступить и в чем конкретно. Для Кремля ОРДЛО – это головная боль и ненужное бремя. Но отказ от бремени будет потерей лица, чего Кремль в преддверии выборов не может себе позволить.
