Закончился военный парад в Киеве. Теперь можно вспомнить тех, кто с недоумением писал о том, зачем он нужен вообще, и зачем это нужно делать тогда, когда идет война, гибнут наши люди и прочее.
Наверное, то, что произошло на параде – дало ответ тем, кто действительно чего-то недопонимал. Тем, кому и после этого не видно причин, по которым этот парад был нужен, скорее всего — надо настраивать свои телевизоры на ОРТ, НТВ или другую помойку, которая показывает парады из Москвы. В общем, этот парад стал общим маркером, пометившим вменяемых и невменяемых граждан Украины.
Собственно говоря, это – четвертый парад во время войны. Вернее, примерно в ходе самого первого парада и пошел ввод крупных группировок российских регулярных войск на территорию Украины. Все, кто помнит тот самый первый парад и последующие парады, могут четко увидеть изменения, как в самой картинке, так и в тех текстах, которые выдавали в эфир президент и диктор. Это – небо и земля. Даже в 15 году речи были хоть и ободряющие, но не называющие вещи своими именами. Сегодня, в прямом эфире, в присутствии министров обороны 9 стран и в тех странах, которые транслировали парад, вещи полностью и окончательно названы своими именами. Уже нет сепаратистов или террористов, есть – Россия, страна-агрессор, которая использует свои кадровые и заштатные войска. Заштатные они потому, что финансируются, вооружаются и управляются они из Москвы, но личный состав и якобы списанная техника не состоит в штате ВС и не проходит по надлежащим учетам. Тем не менее все эти оккупационные войска – московские, и в этом уже не нужно никого убеждать. Собственно говоря, после общения спецпредставителя СШС по Украине Волкера последние куски гибрида, которые Путин тщательно приклеивал на свою военщину, отвалились и, в общем-то, смысл в гибриде уже пропал.
Это говорит о двух очень важных вещах. Период осознания ситуации в ведущих странах мира – прошел. Теперь всем и все ясно. Теперь, подыгрывание Москве не может списываться на незнание или неосведомлённость, но исключительно на прямую, материальную ангажированность. Только так теперь можно воспринимать любые предложения об «уступках» и прочем.
В этой связи, есть смысл оглянуться на то, что было более трех лет назад и что мы видим сейчас. Очевидно, что наша армия уже полностью восстановила свою боеспособность и готова к отражению тех угроз, которые несет агрессивная политика РФ и главное – к физическому освобождению оккупированных территорий, коими являются районы Донецкой и Луганской областей и Крым. В этом уже нет сомнений. Это даже не потому, что воссоздана сама структура армии, восстановлен мобилизационный резерв и набрано небывалое количество военнослужащих на контрактной основе, которые точно знают, куда и зачем они пошли служить, а потому, что, наконец-то, мы вышли на решение вопросов логистики. Ведь каждый военнослужащий, имеющий представление о тех силах и средствах, которые имеются в его распоряжении или в распоряжении всех ВС, может довольно легко посчитать расход боеприпасов и средние расходы потерь техники, чтобы выйти на приблизительно возможную длительность боевых действий, которые способно вести то или иное соединение или армия в целом. Понятно, что вопросы стратегии и тактики никто не сбрасывает со счетов, но достаточно вспомнить тот же сектор «Д» с его Иловайском или Дебальцево, чтобы отметить основной фактор, приведший к негативным последствиям – отсутствие резерва.
На самом деле это – важный момент. Нам неоднократно приходилось читать и слышать разговоры о том, что регулярно демонстрируется новое вооружение и техника, которую не слишком видно в зоне боевых действий. А ведь сейчас там наши войска противостоят окрошке из кадровых российских войск и из наемников, которые стоят на переднем крае. Россияне крайне неохотно выставляют вперед свои кадровые части, чтобы минимизировать официальные, хоть и закрытые потери. А ведь на Харьковском, Сумском, Полтавском и Черниговском направлениях наемников нет, ибо у границы стоят исключительно кадровые войска Московии. То есть на возможные попытки вторжения на этих направлениях, нам надо будет быстро и жестко отвечать, и отвечать есть чем.
Но вернемся к логистике. Есть мнение, что именно сейчас сложилась ситуация, когда у нас теперь не кончатся боеприпасы и не возникнет недостатка в оружии и технике, в случае большой драки. Еще год назад она могла возникнуть, а два и три года назад – возникла бы безусловно. Все это надо было иметь в виду при составлении планов обороны. То есть, вытаскивать из тыла совершенно не вооруженные и не оснащенные подразделения и затыкать ими бреши можно, но эффективность этих мероприятий будет крайне низкой, а потери – значительными. Так привыкли делать россияне, а нам следует от этого избавляться, ибо каждая жизнь – бесценна. Мы – не россияне и не имеем права поступать как они.
Нам понадобилось три года для того, чтобы противостоять агрессору, без его привычных масок, гибридов и прочей дряни, а тому, что он собою представляет на самом деле. Наша армия уже может и хочет воевать так, как училась этому все три года и готова возвращать все те долги, которые надо вернуть. По этому поводу Порох правильно сказал, что Россия, своей агрессией, кроме всего прочего, унесла более десяти тысяч жизней наших граждан, и мы этого не забудем никому и не простим никогда. Агрессор уже полностью потерял эффект внезапности и безнаказанности, так что его ждут и он будет наказан.
Тем, кто говорит о том, что все длится слишком долго и что Украина не защитила их дома и их самих, а потому, они оказались беженцами и теперь им очень трудно, хотелось бы заметить следующее. Украина оказалась разграбленной и разваленной и проданной за $3 млрд. территорией, уже снова превращавшейся в колонию Москвы. Пусть каждый из людей, которые задают такие вопросы, решит для себя простую дилемму. В 2014 можно было ничего не делать и сложить уши. Тогда Януковощ вернулся бы в Киев, Гиркин был бы премьером, Плотницкий – главой парламента, кем-то был бы Аксёнов и прочая сволочь. Не было бы беженцев и всего прочего, на улицах висели бы триколоры, а из Москвы приезжали колонисты отжимать недвижимость и бизнесы, как это сейчас происходит на оккупированных территориях. Третьего варианта не получилось, но он был. Если кто-то об этом забыл, я напомню.
Летом 2014 года Украина силами волонтеров и добровольцев и теми частями армии, которая осталась верна присяге и сохранивших боеспособность, двинулись освобождать именно те районы, откуда ушли беженцы. Они там оставляли свои жизни и свое здоровье. Есть предположение, что общая задача была окружить основные группировки противника именно ко Дню Независимости и выдать им ультиматум «сдаться или умереть». Оглядываясь на вторую половину лета 2014 года, можно с уверенностью сказать, что задача была выполнена процентов на 80. Если бы не вторжение российских регулярных войск и не массированные обстрелы с территории Московии, эта задача была бы выполнена к началу осени.
Не наша вина в том, что Путин решил ввести войска. Да, это надо было предвидеть, но это предвидение привело бы к одному из двух решений. Первое – аккуратное, постепенное выдавливание противника к границам, что неминуемо привело бы к зачистке конгломерата Донецк-Макеевка-Горловка, либо отчаянно и быстро образовать котел и вынудить противника сдаться или уйти, как было в Славянске. Сделать и то, и другое, наличными силами, было просто не реально.
Тут возникают два вопроса, на которые мы когда-то получим ответ. Первый – почему было принято очень рискованное, но наиболее эффективное решение по охвату противника в котел? Можно предположить, что это решение принял лично Порох, но кто сейчас сможет его за это осудить? Он делал то, что обещал и то, что требует от него Конституция. Скорее всего, он сделал бы это снова, чтобы вот эти беженцы не стали таковыми, а могли мирно жить в своих домах. А вот второй вопрос – куда сложнее. Решение на охват противника не могло базироваться только на эмоциональном порыве Пороха. Скорее всего, наши европейские «партнеры» дали гарантии Украине о том, что удержат намордник на харе Путина, но не удержали. Ясность в этот вопрос будет внесена и тогда мы узнаем имена соучастников военных преступлений, совершенных путинскими вояками летом 2014.
Да, за эти три года сделано очень много и именно это дало возможность уже без оглядки на Берлин, Париж или другое место, агрессора назвать агрессором, а оккупанта Путина поставить на один уровень с оккупантом Гитлером. Все изменилось, и это должны были увидеть в тех самых европейских столицах, Москве и других местах. Это должны были увидеть те, кто горел под Иловайском и мерз под Дебальцево. Это должны были увидеть граждане, которые несут бремя трудностей и лишений войны. Это должно было увидит наше подрастающее поколение, которое возьмет в свои руки Украину. Они должны всегда помнить о том, как дорого стоила их свобода и как следует относиться к врагу – безжалостно и беспощадно.
И кроме всего прочего, по Хрещатику впервые, и скорее всего – это станет традицией, прошли военные наших партнеров и скоро – союзников. Особенно приятно присутствие американских и британских военных. Это была визуальная подача Путину, озвученную Порохом: Украина навсегда вышла из империи.
Так что сегодня наша публика разделилась по правильному и единственному признаку: на тех, кому нужны парады нашей армии и армий наших партнеров, и скоро – союзников, и тех, кого радует парад на Красной Площади с Путиным и Додоном. Они имеют на это право и убеждать в обратном просто нет смысла. В Московию еще ходят поезда, а чемодан можно купить в магазине любого населенного пункта.
