Я уже как-то писал о том, кому в РФ выгодны национальные конфликты, о том, что на Северном Кавказе, в Республике Кабардино-Балкария, неожиданно вспыхнули столкновения между двумя «титульными» народами этой созданной большевиками «коммунальной республики».
Поводом послужила древняя – 310 лет назад – битва при горе Канжал между войсками Крымского Хана и князей Кабарды, битва, хоть и важная для своего времени, но которая все эти века мало кого волновала и уж точно не являлась поводом для межнациональных столкновений.
Я писал, что Москва использует для сохранения своей власти над национальными регионами древний принцип «Разделяй и властвуй» – и «градус напряженности» между покоренными народами может меняться центром по его желанию, возникает ситуация перманентного конфликта и конкуренции между «местными элитами», всегда есть возможность повысить или понизить градус этой напряженности.
Проблемы между балкарцами и кабардинцами (как и прочие межнациональные проблемы), в рамках существующей в РФ системы не решаемы в принципе. Они могут лишь на время затухать, но потом вспыхивать вновь. Причем на более высоком уровне. Получается такая восходящая спираль конфликта. Градус межнационального напряжения все время растет, пока дело не заканчивается кровавым взрывом. Что даёт Москве возможность ввести войска, «навести порядок железной рукой», показать всему миру и самим «нацменам», что без Москвы они не способны управлять даже сами собой.
Как я и предсказывал, только одним конфликтом на Кавказе дело не ограничится.
На следующий день после выхода этой статьи вспыхнул новый конфликт – на этот раз между ингушами и чеченцами.
Вызвало его то, что между Ингушетией и Чечней 25 сентября было подписано соглашение о «делимитации границ», по которому 17 тыс.га земли были включены в состав Чечни.
История этого конфликта такова:
Напомню, что в СССР существовала «коммунальная республика» Чечено-Ингушская АССР, куда были поселены два разных, хоть и близких народа – чеченцы и ингуши. После распада Союза чеченцы решили получить полную государственную независимость, ингуши – остаться в составе РФ в качестве республики. Причем ингуши предпочли остаться под властью Москвы отнюдь не из-за любви к имперскому колониализму и памяти о Ермолове и Берия.
Дело в том, что после депортации 1944 года часть земель Ингушетии была передана в состав других республик. Ингуши уверены, что если значительная часть исторических территорий Ингушетии (так называемый Пригородный район) оказалась в составе Северной Осетии, то выход из состава РФ для ингушей означал бы потерю этих земель навсегда.
Между современными Чечней и Ингушетией также существуют территориальные проблемы, заложенные большевиками. Это Сунженский и Малгобекский районы современной Ингушетии.
В период советской власти эти территории неоднократно «отфутболивались» Москвой от одного народа к другому. Сначала, в 1920 году, Москва создала на Северном Кавказе «коммунальную» Горскую АССР, в её составе были сформированы Сунженский казачий округ и Ингушская АО, которые делили между собой территорию нынешнего Сунженского района Ингушетии. В 1929 году был упразднён Сунженский казачий округ, а его южная часть (современный север и центр Сунженского района Ингушетии, часть Малгобекского района – из-за которых и идет ныне спор) была включена в состав Чеченской автономной области. В 1934 году Чеченская АО была объединена с Ингушской АО в Чечено-Ингушскую АО, которая в 1936 году получила статус АССР.
В процессе разделении Чечено-Ингушской АССР на Чеченскую и Ингушскую Республики в 1991—1992 годах Малгобекский и Сунженский районы ЧИАССР вошли в состав Ингушетии. Во избежание конфликта, лидеры двух республик в начале 90-х Джохар Дудаев и Руслан Аушев подписали соглашение о создании комиссии по разграничению территорий. При этом оговорили, что любая граница между братскими народами может быть только условной. В Сунженском районе были учреждены две администрации — чеченская и ингушская, в подчинении каждой из которых были населенные пункты, заселенные чеченцами и ингушами.
Спорные районы – это древняя территория вайнахов, ядро вайнахского этноса, но кроме символического они имеют и экономическое значение – там находится крупное нефтегазовое месторождение. И эта территория, по итогам сделки, отходит теперь Чечне.
Но более важным, чем даже экономическое, является этно-политическое значение передаваемых районов. Это место проживания одного из вайнахских субэтносов Орстхо. Орстхоевцы (самоназвание карабулаки) – этническая группа вайнахов, которая занимает промежуточное положение между ингушами и чеченцами, иногда их даже выделяют в отдельный народ. Сейчас, по факту, часть тейпов орстхоевцев находятся в составе ингушей, часть – чеченцев. Передавая в состав Чечни ядро исторической территории Орстхо, руководство Ингушетии тем самым как бы передает в состав чеченского этноса всех Орстхо, предлагает всех их считать именно чеченцами. То есть, ингуши несут не только территориальные и экономические, но и демографические и даже «исторические» потери.
До сего момента тот факт, что граница между Республикой Ичкерия и Ингушетией так и не была точно картирована, никому не мешало вести неспешные переговоры. Но сначала парламент кадыровской Чечни объявил своими земли нескольких районов Ингушетии, а теперь, совершенно внезапно, возникло соглашение, которое предложили подписать парламенту Ингушетии.
В результате чего и вспыхнули самые масштабные волнения в новой истории Ингушетии.
Протестные акции начались 25 сентября в административном центре Сунженского района. Несколько десятков местных жителей, провели возле здания районной администрации несанкционированный митинг и заявили о том, что не допустят передачи властями республики части земель соседней Чечне. На следующий день граждане собрались в Магасе, куда для подписания соглашения об административной границе с Ингушетией приехал глава Чечни Рамзан Кадыров. Но народные протесты не помешали главам Чечни и Ингушетии подписать документ.
После чего 4 октября в столице Ингушетии Магасе начался митинг протеста против этого земельного передела. Попытка властей «поговорить с народом» закончилась тем, что охране главы Ингушетии пришлось выстрелить в воздух, чтобы оттеснить толпу. В результате Юнус-Бек Евкуров покинул центр столицы республики под выстрелы. На митинг, судя по фотографиям и утверждениям участников, собралось несколько десятков тысяч человек. Во время митинга над площадью несколько кругов сделали два военных самолета Су-25.Участники митинга объявили его бессрочным и намерены добиваться отставки главы республики Юнус-Бека Евкурова и премьера Зелимхана Евлоева.
Со стороны властей это выглядит как целенаправленное «раскачивание лодки» – достаточно сказать, что депутаты ингушского парламента узнали о содержании договора только в день подписания, когда им был предоставлен его текст. Естественно, это вызвало возмущение и жителей республики, и депутатов. Но ведь когда российская власть хочет «по-тихому» продавить угодные ей законы и обработать депутатов в нужном ей духе – она очень хорошо умеет это делать. Не привлекая внимания и не вызывая возмущения и даже подозрения. Примеры такой «работы» приводить даже излишне – столь много их было за 25-летнюю историю «нового российского парламентаризма».
Настоящая причина конфликта, по мнению известного чеченского историка и писателя Ризвана Ибрагимова, такова:
Мы являемся свидетелями того, как подконтрольные Кремлю спецслужбы разжигали противостояние внутри чеченцев и в итоге развязали две войны. Сейчас Кремль находится в крайне тяжелом положении, поскольку большинство россиян поняло, что из себя представляет их власть. Протестные настроения нарастают по всей стране, рейтинг Путина упал до минимума. Поэтому не исключено, что именно спецслужбы через свою агентуру нагнетают страсти вокруг подписанного соглашения. Расчет банален и прост. Стравив между собой чеченцев и ингушей, они отвлекут внимание россиян и заглушат протесты против политики Путина и его «Единой России«.
Беспокоиться Кремлю есть о чём.
В конце августа — первой половине сентября 2018 года пражское информационное агентство «MediumOrient» провело опрос общественного мнения в Дагестане, Ингушетии и Кабардино-Балкарии.
Опрос показал: на Северном Кавказе рейтинг Владимира Путина падает на фоне экономического спада. 71,6% жителей Северного Кавказа считают, что в их республике нарушаются права человека. Большинство – что их экономическое положение ухудшается. И, наконец, 30,3% опрошенных жителей Северного Кавказа решились сказать в открытую неизвестным им лично социологам, что дают негативную оценку Владимиру Путину на посту президента страны. Надо еще учитывать обстановку на Кавказе: спецслужбы и полиция имеют там абсолютную власть, каждый кавказец лично знает людей, которые были похищены или убиты «правоохранителями». За критику местных и центральных властей там вполне реально получить не только пытки, срок, но и пулю. Так что число недовольных на порядок выше.
Ситуация с доверием «гаранту» в остальных регионах РФ не лучше, при этом народ там меньше запуган, меньше уровень произвола и репрессий. По данным, которые опубликовал в день начала волнений в столице Ингушетии «Левада-центр», недоверие к Путину в целом по России за год выросло втрое.
«Наведение конституционного порядка» – старый способ спасения авторитета власти при таких проблемах.
По тому же опросу, несмотря на Сирию и Донбасс (или благодаря им?) из всех существующих в РФ институтов россияне более всего готовы положиться на армию.
Социологи «Левада-центра» констатируют, что за последние шесть лет армия впервые обогнала президента в рейтинге доверия россиян. Доля граждан, которые считают, что вооружённые силы страны «вполне заслуживают» доверия, составила 66%, в то время как этот же показатель у президента – 58%. В 2017 году армии доверяли 69%, Владимиру Путину – 75%.
Так что напомнить, что он не только «гарант Конституции», но и Верховный Главнокомандующий, и покрасоваться в качестве победоносного «наводителя конституционного порядка» на «мятежном Кавказе» – может показаться кремлевскому властителю хорошим выходом из положения. «Зажечь Кавказ», спровоцировать столкновения между «нацменами», а потом по-ермоловски «образумить» их с помощью военной силы.
Нежелательные воспоминания в России среди русских это вряд ли вызовет. Неприязнь к кавказским народам взращивается российской пропагандой еще с начала 1990-х годов. Однако новая кавказская война вполне может отвлечь население от социальных протестов.
Огонь на Кавказе можно разжечь «по всему периметру», на выбор. Чеченцы против дагестанцев, ингуши против осетин, казаки против чеченцев, черкесы против осетин и тюрок, дагестанцы – все в республике против всех – калмыки, ногайцы, лезгины…
Эта политика не нова. Например, 30 мая 1811 года «главнокомандующий в Грузии и на Кавказской линии», т.е. командующий завоеванием Кавказа генерал Тормасов направил генерал-лейтенанту Мусину-Пушкину предписание за № 247:
«… Вместе ж с ним весьма полезно до времени держать чеченский народ с ингушевцами не в настоящем согласии, чтобы на случай надобности можно было бы возродить между ними тотчас вражду. О чем в приказе, по рассмотрении сих обстоятельств, сделайте распоряжение ваше…»
«Чтобы на случай надобности можно было бы возродить между ними тотчас вражду» – вот суть имперской системы управления Кавказом. Неизменная и при царях, и при большевиках, и при Ельцине, и при Путине. От времен «покорения Кавказа» до наших дней…
Ингушетия готовится воевать, за свои земли, которые хочет отобрать Кадыров. — Мощный зикр в Магасе
