Можно спорить об интерпретациях, но нет смысла спорить о фактах. Особенно, если ваш собеседник их отрицает. Тем более – если он это делает намеренно.
Нардеп от партии «Слуга народа» Евгений Шевченко вышел в эфир российского госканала. Обвинил украинских националистов, призвал к взаимным компромиссам и сказал, что нужно снять «языковой вопрос», который привел «к расколу в обществе». После чего в соцсетях разгорелся спор о том, где заканчивается личная позиция нардепа и начинается партийная.
С одной стороны, эта история вновь подняла вопрос о том, существует ли партия «Слуга народа». В конце концов, любая партия строится на некой ценностной платформе. Членство в ней означает согласие с идеологией. Той самой, которую затем партийцы транслируют во время публичных выступлений.
А «слуг народа» можно заподозрить в чем угодно, кроме ценностного единомыслия. Мы видим споры внутри парламентской фракции. Взаимные обвинения в подкупе. Публичные конфликты между руководством и мажоритарщиками. Что, впрочем, неудивительно, если вспомнить о том, как этот проект создавался.
А, с другой стороны, весь этот кейс – это история о том, что имеет смысл спорить лишь об интепретациях, но не о фактах.
Например, мы можем спорить о том, что именно стало причиной аннексии Крыма. Было это фактором внешней политики Кремля (вернуть «исконные территории») или все-таки фактором внутренней (сплочение страны). Можем спорить о последствиях шага – и соизмерять бонусы и издержки. Но нет никакого смысла спорить с теми, кто отрицает сам факт аннексии украинского полуострова.
Мы можем спорить о мотивах советского руководства, устроившего Голодомор в Украине. Сопоставлять этнические мотивы с социальными. Разбирать меру ответственности центрального руководства и республиканского. Но нет никакого смысла спорить с теми, кто отрицает сам факт Голодомора тридцатых годов.
В конце концов, мы можем спорить о мотивах украинских граждан, решивших воевать на Донбассе против своей страны. Можем говорить о том, как менялась российская стратегия с момента вторжения и вплоть до сегодняшнего дня. Но нет никакого смысла ввязываться в дискуссию с теми, кто отрицает сам факт присутствия российских войск на востоке нашей страны. Как это было на эфире с участием Евгения Шевченко.
Потому что дискуссия как таковая возможна лишь тогда, когда ваш собеседник не отрицает факты. Когда в своем описании реальности он не игнорирует реальность. Причем, в первый раз вы можете списать это на глупость и незнание – и попытаться восстановить его рваную картину мира. Но если он продолжает упорствовать – значит, перед вами сознательный подлец, с которым нет смысла вести разговор.
А российские каналы можно упрекать в чем угодно, кроме наивности. Это профессионально отстроеннные машины пропаганды, которые давным-давно уже не спорят об интерпретациях реальности. Они оспаривают саму реальность. Подменяют факты – фейками. Вымарывают случившееся. Говорят о том, чего не было.
Разговор с ними по степени эффективности напоминает конференцию астрономов, на которую случайно пригласили астрологов. И вот мы уже слышим о том, как именно движение небесных тел влияет на темперамент вашей соседки по лестничной площадке.
Мотивы российских пропагандистов нет смысла разбирать. В конечном счете, они все сводятся к персональному комфорту и достатку. А вот мотивы украинских спикеров могут объясняться либо наивностью. Либо глупостью. Либо корыстью.
И еще неизвестно, что хуже.
