На УП опубликована колонка Александра Лиева о ситуации с водой в Крыму. В ней всё прекрасно.
Кроме местами ущербной логики и вредительской концовки, которая явно будет использована полезными идиотами, фанатами Путина и разного рода колаборантами для очередной серии завываний «давайте откроем канал, там наши люди».
При этом фактаж Лиева вполне годится для обоснования адекватной позиции.
Лиев: «Мільйон кримчан матиме проблеми з питною водою».
Тут все просто. Обеспечение крымчан питьевой водой – это обязанность страны-оккупанта. Целиком и полностью лежит на России. Единственно возможное поведение всех, кому небезразличен Крым – публично требовать от страны-оккупанта выполнения обязательств. Публично доносить эту позицию иностранным партнерам и международным организациям.
Может ли страна-оккупант выполнить эти обязательства? Может! Может, просто не хочет!
Об этом прямо написано в РОССИЙСКИХ официальных документах и в РОССИЙСКИХ академических исследованиях.
Например, в РФ ежегодно публикуется Государственный доклад «О состоянии и использовании водных ресурсов» (в открытом доступе есть за 2018 г.). Также в России действует Институт водных проблем РАН.
Из упомянутых докладов с 2015 г. (т.е., после закрытия канала) и публикаций российских ученых, проистекает единственный вывод – для питьевых и санитарно-гигиенических потребностей граждан воды в Крыму предостаточно! За глаза и за уши.
Схематически. Человек потребляет примерно 1 куб питьевой воды в год. Есть ли в Крыму 2,5 млн кубов питьевой воды в год? Есть на порядок больше! Есть ли в Крыму возможность обеспечивать питьевой водой людей ежедневно в течение года? Есть. Просто для отдельных районов это затратно, а оккупанты не хотят вкладываться. Точно такая же схема для санитарно-гигиенических нужд.
Сами россияне делают только одну оговорку. В течение года есть только один вариант, когда суточного объема извлекаемой на полуострове питьевой воды может не хватить для обеспечения людей. Это может случиться при условии, когда в Крыму, помимо местного населения, одномоментно будет находиться более 1 млн приезжих. Что иногда бывает в пик туристического сезона (конец июля – начало августа).
Но это еще один аргумент против страны-агрессора. Какое отношение Украина имеет к обеспечению водой приезжих из урюпинсков?
В Крым толпами валят российские бюджетники и силовики, которым нельзя ездить за границу. Финансируется это все из российского же бюджета через путевки и разные социальные программы. Т.е., страна-оккупант, массово ввозя своих курортников, создает прямую угрозу для местного населения. Это вообще-то повод для ужесточения санкций. Досить шастать!
Поэтому ОФИЦИАЛЬНО Россия никогда не признает, что воды не хватает. Потому что хватает, но Кремль не захочет показывать, куда он эту воду девает.
Даже сейчас «официальные» оккупационные власти говорят, что все в порядке, вода из канала им не нужна. Они давят исключительно на эмоции, ибо, когда речь идет о фактах, позиция оккупантов становится максимально невыгодной и наглядно преступной.
Т.е., поставка воды в Крым через канал – это не гуманитарная проблема, а исключительно экономическая и организационная. К Украине это не имеет никакого отношения.
Хотите помочь людям — давите на оккупантов.
Лиев: «Складно сказати, чи страждає від цього Путін і його Кремль. Думаю, ні. Їм не потрібен був Крим для розвитку аграрного або туристичного бізнесу. Їм потрібна земля для розміщення військових баз. Військові бази від того, що відбувається, не страждають».
Удивительный тезис. А что, если дать воду в Крым, Путин озаботится аграрными и туристическими проблемами? Ну, нет же. Путин использует водный ресурс для еще более интенсивного развития военных баз. Будет больше баз, больше солдат, больше угроз для Украины.
Подход к ситуации очень простой. Раз воды в Крыму достаточно, оккупанты обязаны обеспечить население. Если население воду не получает – куда она девается?
Воду используют предприятия? Надо требовать отключения предприятий. Используют военные? Надо требовать отключения военных. Утекает через дырявый водопровод? Надо требовать от оккупантов, чтоб они чинили водопроводы, а не строили жилые дома для силовиков и летние квартиры для москвичей, вешая их на трухлявую инфраструктуру.
Проблемы у химических заводов? Так не должно быть никаких химических заводов. Только меры по консервации отстойников. Оккупация — это дорогое удовольствие.
Когда оккупант 1) официально сознается, что неспособен обеспечить гражданское население, и 2) официально запросит помощь населению, а 3) международная мониторинговая миссия подтвердит наличие проблем, Украина должна оказать эту помощь. Но не раньше и адресно (!).
Очень правильно на этот счет высказался премьер Шмыгаль: готовы поставлять воду в канистрах, бутылках, бочках. Сначала список тех, кому не хватает воды – затем гуманитарные конвои с водой из Украины. Там же наши люди!
Вот так это должно работать. В этом есть логика. В этом суть режима оккупации.
Лето обещает быть засушливым. В связи с чем будет много спекуляций на счет проблем с водой в Крыму. Так засуха будет не только в Крыму. Тут бы для обеспечения Херсонщины воды хватило.
Итого.
Хотите поговорить о поставках через канал? Убирайтесь с Донбасса. Без всякого бреда об «особом статусе» и т.д. Вывозите всех боевиков, у которых руки в крови. Начинайте диалог о порядке выплаты компенсаций за вред на Донбассе, оплаты разминирования и всего сопутствующего.
В этом контексте можно и о воде начать говорить. На соответствующей международной площадке, посвященной деоккупации Крыма.
А как иначе?
Из комментариев на УП статьи АЛЕКСАНДРА ЛИЕВА:
