Депутаты узаконили платную медицину в Украине

159

В Кабмине определили пять реформ, которые обещают провести в ближайшее время. Самые противоречивые — земельная и пенсионная.

Большая приватизация госпредприятий — тоже наверняка вызовет так же много споров. Даже несмотря на 80 миллиардов убытков, которые ежегодно эти предприятия наносят стране.

Еще две вызывают меньше ажиотажа — это реформы образования и здравоохранения. Хотя по-новому лечить и лечиться украинцы должны уже с июля! Большинство медицинских услуг станут платными.

Сохранить нельзя, реформировать! Нет бесплатной медицине, привязке к койко-месту и статистике. Чиновники перекраивают «здравоохранение», взращенное Советским Союзом.

«Охрана здоровья живет советской моделью финансирования, когда финансируется абстрактная цифра, больницам дается бюджет, как этот бюджет использован никто не знает», — объясняет народный депутат Ольга Богомолец.

Полежать для профилактики в терапии? В боку закололо — пусть доктор посмотрит? Готовьте деньги. Если помощь не срочная, не угрожает жизни, вы не беременны, не ребенок и не болеете редкими заболеваниями, придется раскошелиться! Парламент узаконил платную медицину. Мол, де-факто она уже и так давно не бесплатная:

«Мы должны полностью убрать эти теневые непонятные средства от пациентов и перевести это все в оплату в первую очередь государства за медицинскую помощь, за медицинскую услугу для людей», — говорит народный депутат из фракции «Самопомич» Ирина Сысоенко.

«Нет ни одной страны, где медицинская помощь вся предоставлялась бесплатно. Если мы работаем, если мы, простите, ездим за границу отдыхать, видимо все-таки надо отложить деньги, чтобы при наступлении какой-либо необходимости оказания медицинской помощи был резерв», — говорит нейрохирург, кандидат медицинских наук, глава Совета общественной организации «Ассоциация медиков Революции достоинства» Андрей Гук.

Правда, часть денег государство будет компенсировать больнице — за услуги, предоставленные пациенту. Но речь идет только об оказании первой помощи. О плановых и хронических больных — ни слова. Неизвестно пока и сколько будут стоить манипуляции. Но это дело времени.

Выдумывать велосипед чиновникам в принципе не надо. Все давно уже просчитано частными клиниками. Внутривенная инъекция — 102 гривни, консультация кардиолога — 420, апендэктомия — 10 тысяч гривен. Не исключено, что подобная калькуляция ляжет в основу стоимости услуг и для государственных больниц.

Но все ли решат такие экономические уравнения? Если в крупных городах медики справятся с такой финансовой независимостью, то что будет с больницами в провинции?

«У нас сельскохозяственный район. Когда закрыты все предприятия. У людей нет денег. Очень трудно сказать, что они могут оплатить сегодня операцию, которая делается лапороскопически — это большие растраты», — объясняет заведующий хирургическим отделением Шаргородской ЦРБ Александр Коновальчук.

Именно за счет денег пациентов и будут выживать больницы. Чиновники дали медучреждениям полную автономию. Хозрасчет — за свой счет.

«Не будет государственной субвенции на заработную плату медикам, а местные бюджеты это все не потянут. Они сейчас уже не могут оплачивать коммунальные услуги по таким драконовским тарифам. А еще надо будет платить заработную плату», — рассказывает председатель Свободного профсоюза медицинских работников Украины Олег Панасенко.

Но все это теперь могут утратить с нового года. Ведь кроме автономизации больниц, медреформа — это еще и оптимизация.

«Положено принцип — 60 километров и 60 минут проезда, не соблюдаются. И положен принцип 200 тыс. населения — округ должен быть», — говорит главный врач Шаргородской центральной районной больницы Виктор Черный.

Эта районная больница в Шаргороде должна стать частью госпитального округа Могилева-Подольского. Возможен вариант и объединения с соседним райцентром — Жмеринкой. Но и в первом, и во втором случае придется закрыть операционные, родильное отделение и реанимацию.

«В эту субботу была внематочная беременность, 22 года, из Михайловки. Три литра крови потеря, привезли без пульса, без артериального давления, через 15 минут в операционной уже разрез. Она бы до Жмеринки не доехала, а до Могилева тем более», — рассказывает главный врач Шаргородской центральной районной больницы Виктор Черный.

А это — село Бережинка, в восьми километрах от Кропивницкого. Сельская амбулатория обслуживает две с половиной тысячи человек. За старшую сегодня — медсестра.

«У нас работают врач-стоматолог, семейный врач, фельшер и две медсестры. Врач сейчас на курсах повышения квалификации», — говорит медсестра Бережинской сельской амбулатории Мария Майборода.

Мария охотно показывает амбулаторию. Есть и манипуляционная, и детский кабинет. Только лабораторию закрыли. Чтобы сдать анализы, нужно ехать в район. А так — для оказания первой медпомощи — есть все!

«Здесь находятся медикаменти для оказания первой помощи… не 100%, ну по возможности, что нам надо, мы виписываем».

Вот на такие амбулатории реформаторы возлагают большие надежды. Уже с первого июля медики первичного уровня будут работать по-новому. За каждого пациента государство будет платить в среднем по 200 гривен. В год.

При полной загрузке, подсчитали чиновники, доктор сможет заработать до 35 тысяч гривен в месяц. Сумма впечатляющая, но есть нюанс — никто не учел расходы!

«Проводился анализ, сколько средств надо затратить на одного пациента, чтобы его обследовать, то есть провести флюроографию, кардиограмму, анализы, прием и это все — это в пределах 150-160 гривен. То ссть за один раз пациент съедает все деньги, которые выделяет ему государство. Что будет дальше, за чей счет будет дальше лечиться этот пациент?», — спрашивает главный врач Шаргородского районного Центра первичной медико-санитарной помощи Виктор Кормош.

Новая медицинская система будет работать по британской модели. Украинские реформаторы решили: она — самая оптимальная для нас. Но, оказывается, пациентам в Британии совсем нелегко! На прием к специалисту — не записаться. Ждать в очереди нужно вечность. У Марка Эдванса — лимфома селезенки. И ему очень повезло, что диагноз поставили всего за несколько недель.

«Изначально, когда мне поставили диагноз, я должен был сидеть в коридоре в больнице по 2-3 часа, я впустую тратил время. Все эти пинания из кабинета в кабинет были утомительными», — рассказывает житель Лондона Марк Эдванс.

Самое сложное — попасть к доктору, говорит Эдванс. Но если уже в кабинет вошел, помощь окажут на высоте. Но многие ее могут и не дождаться.

«У нас берут почему-то худшую систему здравоохранения. Именно британскую. Где к узкому специалисту очереди выстраиваются на два-три месяца. Где семейный врач заинтересован, чтобы ему больше заплатили, заинтересован в том, чтобы как можно дольше не попал больной к узкому специалисту», — объясняет председатель Свободного профсоюза медицинских работников Украины Олег Панасенко.

Но прежде чем реформа Миздрава заработает по-настоящему, Кабмину предстоит утвердить еще ни одно решение. Принять и европейские стандарты лечения, и прокалькулировать стоимости медуслуг. Но из реформаторских формулировок ясно пока только одно: за пациентов медикам придется побороться. И пока не понятно, кто выйдет победителем в этой борьбе.

Елена Митясова, podrobnosti.ua

P.S. 

Как может работать сфера здравоохранения после реформы, предложенной Кабмином, и вообще реально ли за год что-то изменить серьезно, рассказала глава Парламентского комитета по вопросам здравоохранения Ольга Богомолец.

Вы верите в успех реформы здравоохранения, которую начал Кабмин? За год реально изменить что-то серьезно в этой сфере?

Ольга Богомолец:  Хочу отметить, что за эти законы, который предложил Кабмин, буквально, за несколько дней до Пасхи, парламент еще не голосовал. Этими законами Кабмин предлагает сделать парадоксальные, очень вредные, опасные вещи. Собственно, этими законами он предлагает, что государство будет оплачивать людям только неотложную первичную и паллиотивную помощь. Собственно, когда ты рождаешься или когда тебе очень плохо, или умираешь. А все остальные люди будут вынуждены платить из собственного кармана и что-то будет помогать государство. При этом, Кабинет министров не объясняет, в каких пропорциях, как государство будет финансировать человека, оплатив за эту медицинскую помощь.

То есть, согласно их законам, человек, попадая в многопрофильную больницу на плановую операцию обязательно будет платить деньги. Сегодня средств у людей нет. И Кабмин не предлагает ни одной льготной категории, ни ветеранам, которые защищали нашу страну, ни инвалидам, ни детям-сиротам, ни пенсионерам абсолютно никаких льгот. Единственный закон, который они сделали — это закон отдельный, который предлагает, что государство будет все оплачивать только участникам антитеррористической операции.

На мой взгляд, это такое создание конфликта, когда все остальные и те, которые воевали, защищали свою Родину во время Второй мировой войны и ставших инвалидами на войне в Афганистане, и люди, которые служили Родине, они выброшены Министерством на «свалку истории». Как будут себя чувствовать ветераны АТО, понимая, что их выделили в отдельную субкасту?

Проблема понятна, Ольга. Действительно, люди могут чувствовать обиду. Вы говорите, что в Кабмине многое не объясняют, но я уточню. В Кабмине обещают, в частности, врачам, что они смогут получать по 35 тысяч гривен в месяц. Вот такой уровень оплаты. Он возможен? И есть ли в бюджете средства?

Ольга Богомолец: Нет, он не возможен. То есть, тот бюджет, который расписан на сайте Минздрава, для человека, который когда-то вел частную практику, является фикцией. Минздрав предлагает сегодня 210 гривен на человека в год семейному врачу, который будет заниматься двумя тысячами пациентов. При этом, семейный врач не будет ездить на вызовы, потому что у него не будет времени. И эта сумма, 2 тысячи человек по 210 гривен в год, это выходит вместе примерно 35 тысяч в месяц.

Но из этих средств нужно заплатить зарплату медсестре, администратору, уборщице, заплатить за аренду, если это нужно, за коммунальные расходы, за тепло, за свет, за телефон, за медицинскую документацию, за дезинфицирующие средства, провести анализы. Я не знаю, что останется у врача. Ну, возможно, чуть больше, чем та зарплата, которую они получают сейчас.

Я согласна с тем, что реформа очень нужна. Это здравоохранение в том возрастном состоянии, в котором оно находится сейчас, находиться невозможно. Поэтому Комитетом здравоохранения подготовлены совсем другие законы и мы не разделяем и значительная часть депутатов Комитета не разделяет, не поддерживает законы, предложенные Кабмином.

Именно поэтому, собственно, эти законы не расписаны на наш комитет охраны здоровья. Они попали в Комитет социальной защиты, в Бюджетный комитет, а нас так обошли на повороте. Мы не разделяем такое предложение, потому что мы считаем, что первое, что должно сделать государство — дать людям четкие гарантии за что и по каким стандартам будет платить государство.

Поделиться:
Загрузка...