Александр Морозов: вот сидите теперь и делайте работу над ошибками!

10

 Когда все вокруг говорят о тяжести нависшего экономического кризиса и успокаивают друг друга риторикой из серии "а кому сейчас хорошо?", как-то совсем не думается о том, что в наших нынешних бедах виноваты отчасти и мы сами, а вовсе не пресловутый финансовый коллапс, лихо устроенный нью-йоркскими брокерами…
Оно и понятно: кто в здравом уме и при трезвой памяти распишется в собственной глупости, жадности или банальной недальновидности? Проще ведь всю вину за "золотой" уже долларовый кредит (или невозвращенный, но некогда такой привлекательный депозит) списать на "гада-банкира", который без устали "наживается" то на обедневших заемщиках, то на обманутых вкладчиках.

И невдомек ни заемщикам, ни вкладчикам, что "гад-банкир" точно также страдает от нынешней финансовой неразберихи, общеполитической нестабильности, а главное — от полной неуверенности в завтрашнем дне и, как следствие, от отсутствия какого бы то ни было стратегического видения дальнейшего развития ситуации. И хотя власти не отказываются при случае подсобить и в беде не оставить, обещанная помощь есть ведро воды в борьбе с огнем, но никак не профилактика пожарной опасности. Истина, в общем, не Бог весть какая новая, но тем и неприятная. А слышать ее из уст банкира, одного из ведущих банковских кризис-менеджеров страны, и вовсе тревожно.

— Знаете, готовясь к встрече, мы просмотрели сайты 15 ведущих банков, которые, по сути, являются системными для государства, на предмет наличия у них четко выписанной стратегии развития. Оказалось, что такой документ имеется только на сайте Ощадбанка, — начал разговор Александр Морозов, член наблюдательного совета Ощадбанка, любезно согласившийся поговорить с журналистами ИМК ("ИнтерМедиа консалтинг"). — Мало того, это та самая стратегия, которую мы разрабатывали и представляли на суд общественности еще в 2005 году. Понятно, что эту разработку нельзя считать совершенной, но для одного из ведущих банков страны, вклады которого полностью гарантированы государством, она стала первым шагом к достижению четкого видения долгосрочных перспектив. У остальных нет и его. Допустимо ли это? Особенно сейчас, когда стратегические принципы развития должны быть не только широко известны, но и качественно пересмотрены в связи с меняющейся финансовой ситуацией.

Все сегодня "кивают" на то, что банкам не доверяют. Так, господа-коллеги, боритесь за это доверие. Становитесь более открытыми, понятными, демонстрируйте структуру собственности, рассказывайте, что ваши собственники собираются с банком делать — развивать его или, может, объединяться с кем-то.

Чтобы доверие появлялось или восстанавливалось, нужно больше информации. А ее нет. И это печально. Так же как печален и другой факт: в конце прошлого года банкам раздали порядка 40 миллиардов гривень на поддержку ликвидности. Знаем ли мы, как обстоят дела в банках, получивших помощь? Знаем ли мы, какие там зарплаты у руководящего звена, какие бонусы выплачены менеджменту, какие изъяты дивиденды и изъяты ли они вообще. Дай Бог, чтобы такой информацией владели хотя бы в НБУ!

К слову, сейчас в Америке на слуху скандалы с проверками банков, где с одной стороны декларируются убытки, а с другой — выплачиваются баснословные премии руководству. За океаном в таких банках прокуратура работает. У нас — тишина. Ничего доподлинно неизвестно. И если наша банковская система будет по-прежнему закрытой, о перспективах доверия со стороны клиентов можно забыть.

— К слову, в бюджете-2009 тоже предусмотрены порядка 40 миллиардов гривень финансовой помощи, только взять ее теперь сложнее: Кабмин и Нацбанк все никак не согласуют правила рефинансирования…

— Вот именно. Как вообще можно о чем-то договариваться и что-то согласовывать, если люди между собой не общаются. Если на каждом заседании Кабмина звучит уничижительная критика НБУ, из Секретариата Президента только и разговоров, что о том, какой Кабмин плохой. А парламент трижды четырьмя сотнями голосов поддерживает отставку главы НБУ. Что в такой ситуации можно прогнозировать, а главное, как себя вести — и банкам, и вкладчикам? Какое доверие может быть к национальной валюте, если людям, ответственным за ее, валюты, стабильность, выражают недоверие?

— Вы, как банкир, как управленец, доверяете действиям Нацбанка? Вас устраивает этот "плавающий" валютный курс?

— В НБУ прозевали удары и тем самым лишились доверия и банкиров, и населения. Стало быть, ротация необходима даже при условии, что все в НБУ стерильно с точки зрения закона. Понятно, что нынешние руководители Нацбанка без работы не останутся, но свои посты они должны освободить. Ибо такова цена доверия. Кстати наличие вразумительной стратегии развития главного банка страны — тоже ступенька к обретению доверия. И потому человек, который в будущем станет у руля НБУ должен о ней, о стратегии, говорить.

— Курс 8 гривень 60 копеек за доллар, о котором говорил глава наблюдательного совета НБУ Петр Порошенко, — это реально?

— Реален тот курс, который я вижу в обменнике, выходя из дома или офиса. Вот это реально. А цифры вроде 7,75 — это, скорее, разговоры.

— Объясните, пожалуйста, с точки зрения банкира-практика: что происходит с курсом доллара вообще.

— Паника. И тут одно другое подталкивает: любые публичные скандалы, любая плохая информация от МВФ или вскрывающиеся дыры бюджета, критика Кабмина или Нацбанка. Все живут в одном информационном пространстве, и "человеки разумные" стараются поступать рационально — сообразно ситуации. Отсюда и курс доллара. Он, кстати, рыночный. Другое дело, что наш межбанковский валютный рынок нельзя называть полноценным валютным рынком. Истинно валютного рынка у нас нет, и не было никогда. Все и всегда работало, по сути, в ручном режиме. Вспомните курс 5,05 гривни за доллар — все к нему привыкли. А ведь он — искусственный. И потом, кто и когда гарантировал, что он таким и останется?

Я, между прочим, своим коллегам говорил: ребята, у вас большие долгосрочные кредитные пакеты в долларах США, а торгуете вы в гривнях. Кто вам пообещал, что курс 5,05 (гривни за доллар) сохранится на протяжении всех лет вашего кредита? Но кто меня слушал… Срабатывала элементарная жадность и… дезинформация того же Нацбанка, руководители которого утверждали, что даже 5,05 — это не справедливый курс, и доллар должен стоить 3,5 — максимум 4 гривни. Люди слушали, верили этому и набирали кредитов в долларах — потому что доллар ведь мог подешеветь, а процент по долларовым кредитам существенно меньше "гривневого".

В эти увещевания верили и банкиры, которые почему-то решили переложить свои валютные риски на плечи гражданина, взявшего ипотеку и не сильно разбирающегося в курсовых тонкостях. И вот теперь гражданин с ипотекой стоит под банком и просит кредитные каникулы, а другой гражданин стоит под тем же банком и просит вернуть ему депозит с процентами и как можно скорее.

— Некоторые, к слову, решили убить двух зайцев и возвращать депозиты залоговыми квартирами. Вы как к такой инициативе относитесь?

— Это, в определенном смысле, выход. Кстати — только по Киеву 35, а то и все 45% залогового жилья — спекулятивная недвижимость. То есть люди понабирали кредиты и вложили их в квартиры с одной лишь целью — перепродать потом свою собственность и наварить на этом до 70, а то и 100% доходности. Это ведь значительно выгоднее, чем просто хранить деньги на банковских депозитах.

Однако случился кризис, и рассчитываться по кредиту вдруг стало нечем. Какой выход? Забирать квартиры. Это справедливо. Тем более что в таком жилье зачастую даже лампочек нет — голые стены. Вместе с тем, я против того, чтобы лишать квартир тех, кто в них живет и не может по каким-то причинам оплачивать кредит. Я — за разумный подход в этом деле.

Понятно, что сейчас идет кампания дискредитации банков: дескать, мерзавцы, выселяют людей на улицы. Но покажите хоть одного, кто из-за банка-кредитора теперь живет "под мостом"! Этого же нет. Забирают именно спекулятивно купленное жилье.

— Ну, найти "живущего под мостом" — не проблема. Было бы желание…

— А тут дело в чистоплотности и ответственности СМИ. Вообще во всей нынешней банковской истории есть некий налет неразумности и паникерства. Я, к примеру, храню сбережения в гривне, и, как и многие, пострадал от той курсовой политики, которую мы наблюдаем. Но я не побежал снимать деньги, и доллары не скупал. Хотя большинство моих сограждан поступили с точностью до наоборот. Я искреннее не понимаю, на каком таком основании банки должны сейчас принимать платежи по кредитам по курсу 5,05? В кредитных договорах указывался курс 5,05? Может, кто-то обещал держать такой курс все годы займа? Какие в таком случае могут быть претензии?

Претензии могут быть только к собственной жадности и необдуманности поступков. Для меня было и остается загадкой стремление, например, купить дорогой мобильный телефон в кредит. Или вот еще: зачем среднестатистическому гражданину поменять недорогой "Опель" на дорогой "кредитный" "Лексус", если у этого гражданина едва-едва хватает зарплаты на обслуживание "Опеля"?

С другой стороны, разруливать ситуацию ведь как-то надо: стало быть, пора сесть всем вместе за стол переговоров и подумать, как справиться с проблемами.

— Не могу не поговорить в Вами непосредственно об Ощадбанке и о возвращении вкладов Сбербанка СССР. Сегодня об этом как-то забыли — другие заботы на слуху…

— Идея возвращения вкладов Сбербанка СССР действительно правильная, и, будучи главой правления Ощадбанка, на протяжении двух лет я занимался проработкой всех возможных вариантов погашения долга. Считаю это правильным хотя бы по той причине, что в период кризиса люди будут верить хоть в один банк, в котором возвращают накопления, сделанные десятилетия назад. Но вместе с тем я должен снова и снова повторить: Ощадбанк — лишь агент по передаче денег из бюджета людям, но никак не источник этих средств. И в том, что сейчас выплата вкладов застопорилась по причине отсутствия бюджетных ассигнований, — нет вины банка. Хотя рядовому жителю Украины этого, увы, не объяснишь.

И, тем не менее, возвращаясь к теории вопроса, отмечу, что в свое время мы предлагали несколько способов вернуть накопленное — выпустить те же депозитные сертификаты или облигации, или акции. Под облигации граждане могли бы получить потребительский кредит. Это не так сильно ударило бы по уровню инфляции, в отличие от выдачи непосредственно живых денег. К слову, нас отчасти спасло от скачка инфляции то, что денег выдали ровно столько, сколько их выдали. Трудно себе представить, что было бы, если бы люди получили на руки все свои потерянные сбережения — более 100 миллиардов гривень. Добавлю также, что если бы Ощадбанку дали в свое время хотя бы месяц на подготовку даже денежных выплат, не было бы того издевательства над людьми, которое имело место в январе-феврале прошлого года, когда в очередях люди умирали.

— А известно ли, когда продолжится кампания по возвращению вкладов?

— Да в том-то и дело, что сейчас надо взвесить все возможности. Ведь пообещать и не выполнить — это опять подорвать доверие. Причем доверие не столько к правительству, сколько снова к банку, хотя он, повторюсь, всего лишь агент по передаче средств. Впрочем, здесь на первый план выходит даже не столько вопрос доверия банку, сколько вопросы стратегии развития и банка, и правительства, и страны.

К примеру, на днях президент США Барак Обама, выступая в Конгрессе, заявил, что через две недели он представит проект бюджета на будущий год. А что у нас? Мы не знаем, с каким бюджетом будем жить в этом году. И это при том, что сейчас было бы правильно и логично думать не над сиюминутной бюджетной программой, а хотя бы над трехлетним планированием. Через три года у нас пройдет ЕВРО-2012. Вот пусть это событие станет неким этапом. Всем от этого было бы легче и спокойнее. И банкирам, в первую очередь.

А то ведь мы все ждем, что не сегодня-завтра банки возобновят кредитование покупки квартир, машин. С чего вдруг, если оценка кредитных рисков сегодня сродни гаданию на кофейной гуще? Группа ясновидящих, связанных правым полушарием мозга с "космосом", может сегодня смело заменить любой кредитный комитет, состоящий из профессионалов с опытом и знаниями. Эффект от прогнозов одних и других будет примерно одинаковым.

Успокаивает отчасти то, что крах общепринятой системы оценки рисков — не только украинская, но и мировая проблема.

— Как-то пессимистично все выходит…

— Реалистично, скорее. Я вообще по жизни оптимист, но стараюсь начинать свой день с экономических обозрений развитых стран. Так вот, положительных сигналов я пока не вижу. Нигде. А в Украине все усугубляется еще и внутренним раздором.

— А правительственный антикризисный пакет?

— Позавчера видел и слышал, как премьер Тимошенко рассказывала о том, как много у нас стратегических инициатив. Осталось только эти инициативы назвать, чтобы можно было хоть о чем-то говорить, хоть что-то обсуждать. Опять упираемся в констатацию одного факта и полное отсутствие сопутствующей информации…

Пора бы уже быть честными друг с другом, менее агрессивными и более конструктивными, в том числе и в критике. Ненависть друг к другу, панические настроения в совокупности продуцируют такую синергию, благодаря которой и 15 гривень за доллар — не предел.

С другой стороны — кризис тем и хорош, что мобилизует и многому учит. Например, дальновидности и элементарному расчету.

— Вы считаете, что кризис может кого-то чему-то научить?

— Ну, если уж и он не научит… Я допускаю мысль, что пять или семь лет устойчивого роста, плюс относительно стабильный курс гривни несколько развратили и усыпили бдительность. Хотя ведь объективно надо понимать: как только по телевизору идет реклама банка, выдающего кредиты без первого взноса и без справки о доходах, надо срочно вести в банк прокурора. А у нас не только прокурора не ведут, но еще и деньги туда несут. Потом, правда, злятся и винят всех и каждого. Что ж, теперь нужно делать работу над ошибками!

Беседовала Олеся Сафронова

Поделиться:
Загрузка...