Антон Суриков: Вслед за кризисом нас ждет большая война

18

Антон Суриков, член идеологической комиссии Левой партии "России — здравый смысл", комиссар партии по международным связям, член Совета Левого фронта, прокомментировал важнейшие события международной жизни последнего времени.

— Состоялась инаугурация Барака Обамы, ваши впечатления?

— Впечатление такое, что Обама — подставная фигура, как наш Сергей Владиленович Кириенко, принявший на себя груз ответственности за дефолт 17 августа 1998 года. Я пришел работать в аппарат правительства России через несколько дней после дефолта и хорошо помню атмосферу того времени. В дефолте обвинили Кириенко, а также Чубайса, Гайдара, Задорнова, Дубинина и Алексашенко — шесть человек, которые между собой совещались, прежде чем были обнародованы соответствующие решения. Обвинили отчасти справедливо. Но мало кто знает, что настоящим «крестным отцом» российского дефолта были не они, а Лоуренс Саммерс, тогда замминистра финансов США. Сейчас Саммерс — главный экономический советник Обамы. Видимо, на этот раз, как говорят мне мои весьма информированные американские источники, ему предстоит стать «крестным отцом» глобального «кидалова», политическую ответственность за которое предначертано взять на себя Обаме. После того, как будут аннулированы издержки на «избыточное» потребление всякого рода паразитариев внутри США (так называемых «латиносов», «афроамериканцев», негров говоря по-русски, сидящих на «велфере») и за их пределами, вроде «прогрессивных» нефтегосударств типа Венесуэлы, Нигерии и России, Обама уйдет, на его место придет вице-президент Джозеф Байден, и в мире будет установлен глобальный американо-китайский кондоминиум по-Киссинджеру-Бжезинскому.

— Что вы понимаете под «глобальным кидаловом»?

— Детали мне неведомы, я — не Михаил Хазин. Ясно лишь то, что в финансово-экономической сфере США, а значит и всего мира, произойдет нечто из ряда вон выходящее. Может быть даже, уже произошло, но мы пока еще этого не ощутили. Нельзя вечно жить в кредит или за счет сырьевой ренты, как у нас, нельзя вечно накапливать безнадежные долги. Существующая глобальная экономическая система требует аннулирования накопленных долгов и резкого сокращения потребления. Помимо этого, объективно неизбежен процесс радикальных изменений структуры мировой экономики, и прежде всего американской. Один политолог обратил мое внимание на экономическую программу Демократической партии США. Согласно ее разработчикам, есть две стратегии борьбы с кризисом. Первая — реиндустриализация. Ведь значительная часть производств выведена из Америки в Китай, и другие страны. Вернуть производство в США — это реиндустриализация. Но американская элита — не сторонница этого плана. Она — сторонница того, чтобы продолжать движение в направлении создание инновационной экономики. А именно — ставка не на индустрию XX века, а на «хай-тек». Более того, проработаны конкретные направления такого движения, которые им кажутся наиболее важными, и которые вытянут, по их мнению, американскую телегу, а вслед за ней, естественно, и всю мировую телегу, вперед. Это такая сложная комбинация молекулярной биологии, нанотехнологий и когнитивной науки. То есть, это эта тройная комбинация: молекулярная биология, нанотехнологии и когнитивная наука, — туда входит когнитивная психология и целый ряд вещей, связанных с компьютерами, физикой, и так далее. Это мотор, который, по их представлениям, потянет США вперед. Еще они говорят о новых технологиях в области энергетики, об альтернативной, не углеводородной энергетике. Это очень важный момент, который не сулит России ничего хорошего, но снимет в дальней перспективе конфликт между ведущими странами, прежде всего между США и Китаем, за доступ к запасам нефти и газа.

— Этим вы объясняете появление идеи американо-китайского глобального кондоминиума, о котором в последнее время говорят Збигнев Бжезинский и Генри Киссинджер?

— Этим в том числе, но не только. Экономики США и Китая — не конкуренты, они существуют в разных плоскостях. Америка (как и некоторые страны Западной и Северной Европы и Израиль) идет к инновационной модели, и нынешний кризис, призванный снять накопившиеся издержки, лишь ускорит это движение. Китай строит индустриальную модель, конкурирую с Индией, Индонезией, Южной Кореей, отчасти с Японией, но не с США. Китай — крупнейший экспортер американских технологий, крупнейший импортер ширпотреба и крупнейший государственный инвестор в США. Противоречия между Америкой и Китая — это противоречия продавца и покупателя на рынке, которые вообще-то друг без друга не могут, а не противоречия двух продавцов, каждый из которых мечтает, чтобы другой исчез. Как выразился один эксперт, «не прав тот, кто говорит об американо-китайском антагонизме. Противоречия между США и Китаем существуют, антагонизм — нет. В силу этого американо-китайская война невозможна, а американо-китайский глобальный кондоминиум не просто возможен, но и практически неизбежен».

— Между тем Бжезинский и Киссинджер, авторы идеи кондоминиума, не занимают в США официальных должностей…

— Да, они не занимаются оперативным управлением американской внешней политикой. Они занимаются стратегией, идеологией если хотите. Нам в России сложно понять значение стратегии и идеологии, потому что у нас этим не занимается никто, все во главе с Путиным занимаются ситуационным «разруливанием». Поэтому говорить с российской так называемой элитой, с провинциальными чекистами о стратегии и идеологии — это все равно, что обсуждать с домашним зверьком алгебраические формулы — не поймет, хоть ты тресни. Впрочем, люди старой школы еще могут понять или почувствовать грядущее. Смотрите, пока все были увлечены газовой войной и войной в Газе, в Пекине состоялось мероприятие, посвященное очередному юбилею восстановления отношений между США и КНР. В ходе его Збигнев Бжезинский в интервью агентству «Синьхуа» заявил: «На фоне стремительных перемен в международной обстановке США и Китай должны укреплять взаимодействие в глобальном масштабе». На следующий день Бжезинский в интервью Financial Times развил свою мысль: «В практическом плане нам следует укреплять и углублять наше геостратегическое сотрудничество, не ограничиваясь, естественно, такой текущей задачей, как тесное взаимодействие в борьбе с экономическим кризисом. .. Необходимо образовать неформальную «двойку» США-Китай. Отношения между Китаем и США должны носить характер всеобъемлющего партнерства». Буквально следом Генри Киссинджер в Independent указывает: «Ядро» будущего мирового порядка должны составить США и Китай». И практически сразу же в Москве выходит книга Евгения Примакова под характерным названием: «Мир без России? К чему ведет политическая близорукость». По работе в аппарате правительства я хорошо знаю, как ответственно Евгений Максимович к работе над своими текстами. Не сомневаюсь, он понял или почувствовал нечто, чего не в состоянии понять Путин и, тем более, его интеллектуально убогое окружение.

— Вы полагаете, кондоминиум США и Китая будет создан за счет России?

— В первую очередь за счет Российской Федерации и Центральной Азии, а за чей же еще счет? Тот же Бжезинский в Financial Times, доказывая важность американо-китайского партнерства, сделал такой исторический экскурс: «В 1978 году президент Картер направил меня в Китай для тайных переговоров, результатом которых стала нормализация отношений между США и КНР, и практически сразу мы начали сотрудничать в сфере безопасности, что обернулось реальными выгодами как для США, так и для Китая. Результатом этого сотрудничества стало изменение расстановки сил на глобальной шахматной доске холодной войны — не в пользу СССР». Любопытная аналогия. Есть еще показательные моменты. После 5-дневной войны с Грузией Путин дал понять российским держателям частных и групповых счетов в западных банках, что было бы неплохо от греха подальше перевести их куда-нибудь в другое место. Но куда? В самой России такую денежную массу невозможно стерилизовать. Такие новые финансовые центры как Дубай, Мумбай или Сан-Паулу не подходят из-за наличия там значительного американского или британского или саудовского влияния. Остановились на банках стран Восточной Азии, подконтрольных китайцам. Но скоро выяснилось, что российских держателей счетов там стали бесцеремонно и грубо «кидать» на огромные суммы, исчисляемые десятками миллиардов долларов, если не больше. Но если китайцы кого-то «кидают», это значит, что этих людей, эту страну в данном случае, они мысленно уже похоронили.

— И что нам теперь делать?

— Пока существует режим Путина, ничего сделать нельзя. Когда этот режим развалится, появится шанс, который может быть использован, а может быть не использован. Единственный способ выжить такой стране как Россия — как можно скорее уйти от моносырьевой модели экономики, означающей разлагающее паразитирование как «элиты», так и всего общества, за счет нефтегазовой ренты. Нам нельзя забывать, что произошло с СССР. Участник тех событий, известный польский диссидент Лешек Мочульский, организатор Конфедерации Независимой Польши, если кто помнит, пишет: «В 1970-е годы произошли два серьезных нефтяных кризиса, которые помогли Советскому Союзу занять главное место на мировом рынке. Во время первого кризиса, в 1973 году, пертурбации были страшные, особенно в США, позже в Голландии, но уже во время второго, в 1979 году, мировая экономика и наиболее развитые страны были подготовлены значительно лучше. Поворот в обратную сторону совершил в 1986 году Рейган, склонив Саудовскую Аравию к резкому и значительному увеличению добычи нефти — цена за баррель упала с 32 до 8 долларов. Для СССР это был coup de grace — последний удар, которым добивают раненого, чтобы прекратить его страдания». И это при том, что СССР обладал несоизмеримо большим запасом прочности, чем нынешняя Российская Федерация. Мочульский продолжает: «Советскую экономику нельзя сравнивать с нынешней российской экономикой. В советские времена, где-то с 1960-х годов наверняка, решающее значение имела перерабатывающая промышленность. Парадоксально, но СССР при всем своем отставании старался быть для того времени страной современной. Разными методами добывались новые технологии, а некоторые из них, такие, например, как технологии космические, ракетные или ядерные, по уровню равнялись западным. Все-таки СССР совершил огромный индустриальный и технологический скачок — хотя и не в состоянии был сократить дистанцию, отделявшую Советы от Запада, где уже происходили постиндустриальные процессы. Это правда, что он функционировал от кризиса к кризису, что в 1970-е годы уже не мог существовать без западной помощи — и именно тогда сделали ставку на добывающую промышленность. Такая сырьевая, а точнее, моносырьевая экономика характерна, скорее, для стран третьего мира. Только нефть и газ сегодня дают России половину ВВП. Россию можно сравнить с банановыми странами, которые в больших количествах предлагали другим один лишь этот привлекательный товар. Классическим примером является Сан-Сальвадор в 1930-х годах прошлого века: если бананы не уродились, и цена была высокой, то страна процветала, а катастрофа урожая вгоняла страну в нищету. В России за последние три-четыре года нефтегазового бума ВВП вырос в два раза, но в экономически развитых странах такого не бывает. Реально российская экономика по величине соответствует южнокорейской, только южнокорейская гораздо современнее».

— Давайте перейдем к только что завершившимся конфликтам начала года. Начнем с сектора Газа. Комментируя итоги войны, глава МИД Ирана Манучехр Моттаки дословно заявил: «Объявленное сионистским режимом одностороннее перемирие говорит о поражении этого режима в достижении заявленных им целей». С другой стороны, выступая вчера на воскресном заседании правительства, министр обороны Ихуд Барак сообщил, что Израилем были достигнуты все цели операции «Литой свинец», в частности, организации ХАМАС был нанесен самый тяжелый удар за все время ее существования, а также прекратились ракетные и минометные обстрелы израильской территории. По словам Барака, другим результатом операции стало «создание эффективного механизма борьбы с контрабандой оружия в сектор Газы, при участии Египта, США и Европейского союза». Одновременно представитель Исламского движения сопротивления в Ливане Усама Хамдан заявил: «Ни авианосцы, ни воздушное и морское наблюдение не смогут помешать нам вооружить сектор Газа и Западный берег реки Иордан». Так он прокомментировал усилия по предотвращению контрабанды оружия в прибрежный анклав. Ваше мнение?

— Барак выдает желаемое за действительное. Не надо иллюзий: оружие в Газу будет поступать, через короткое время у организации ХАМАС появятся ракеты, способные достигать Телль-Авива. В начале января я уже говорил , что международная обстановка для Израиля сложилась крайне благоприятно. Обама еще не вступил в должность и поэтому был волен воздерживаться от комментариев, которые в любом случае были бы для него невыигрышными. Буш досиживал последние дни, но этого было достаточно, чтобы заблокировать принятие в международных организациях любого антиизраильского решения. Евросоюз, ставший синонимом политической импотенции и конформизма, никто в мире не воспринимает всерьез. Умеренные арабские режимы — Саудовская Аравия, Египет, Иордания — в тайне мечтали, чтобы Израиль разгромил ХАМАС. Об этом же мечтало руководство Палестинской автономии. И что же произошло, чем все закончилось? Об этом я тоже уже говорил наделю назад: ХАМАС остался в Газе у власти, его военная инфраструктура не уничтожена, большинство его лидеров живы. Это значит, что ХАМАС выстоял, а у Израиля не хватило политической воли его разгромить.

— Но ведь потери палестинцев были намного больше, чем израильтян?

— Ну и что? Вы полагаете, ХАМАС беспокоят потери среди палестинцев? Для ХАМАС чем больше потери среди палестинцев, особенно среди гражданского населения, тем лучше для их пропаганды. К тому же сейчас выясняется, что число жертв среди гражданских лиц преувеличивалось как минимум на порядок. Это типичная тактика ведения информационной войны. Кстати, тем, кто симпатизирует ХАМАС, полезно было бы знать, что во время войны его руководители находились в бункере, оборудованном в подвале крупнейшей в анклаве больницы, полной пациентов и медперсонала. Израильтяне легко могли бы верхушку ХАМАСа уничтожить, но не стали этого делать, так как тогда погибли бы сотни больных и врачей.

— Каковы последствия войны в Газе для ситуации в регионе?

— Израиль продемонстрировал свое безволие и свою беспомощность. Это значит, что полностью снят с повестки дня активно будировавшийся израильтянами вопрос о нанесении авиаудара по ядерным объектам Ирана, вероятность которого и так была невелика после избрания Обамы. Наоборот, сейчас резко интенсифицируется американо-иранский диалог: и по ситуации в Ираке, и по энергетическому сотрудничеству. В частности, по поставкам в Турцию и далее в Европу иранского газа, а также иракского и туркменского газа через Иран, и подключению Ирана к проекту Nabucco и, в перспективе, к проекту White Stream — газопроводу по дну Черного моря на Украину, о котором год назад говорила Юлия Тимошенко. На этом фоне США и Европа окончательно закроют глаза на иранскую ядерную программу, и через 2-3 года Иран станет полноценной ядерной державой. Следом, ядерными державами станут опасающиеся иранцев Саудовская Аравия, Египет и, возможно, Турция.

— Перейдем к другому январскому конфликту — газовой войне между Россией и Украиной. Как теперь выясняется, после опубликования текста контракта между «Газпромом» и «Нафтогазом» на сайте «Украинской правды», с финансовой точки зрения интегральные показатели — стоимость транзита через Украину и среднегодовая стоимость газа для Украины — мало отличаются от того, что было согласованно между Алексеем Миллером и Олегом Дубиной еще 30 декабря, но не было тогда подписано. Зачем надо было начинать 20-дневную, совершенно беспрецедентную по скандальности газовую войну, если в конечном итоги пришли к тому, с чего начали?

— Глубоко неправы те, кто ищет в газовой войне финансовые причины, будь то желание «Газпрома» заработать лишний миллиард, когда в российской газовой сфере расхищаются десятки миллиардов долларов в год, или будь то желание Тимошенко перехватить денежные потоки от Ющенко и Януковича — напомню, что Путин «сдал» Тимошенко и Медведчуку «Росукрэнерго» и Фирташа, а значит Януковича и Партию Регионов, еще в октябре. Тем более странно читать, когда серьезные эксперты пытаются доказать, что газовая война была нужна для того, чтобы Тимошенко с большей для себя выгодой могла бы поспекулировать на спотовом рынке газа в Восточной Европе. Абсолютно прав Бжезинский, заявивший в New York Times: «В газовом споре Москвы и Киева решалась стратегическая, а не финансовая проблема».

— Что это за проблема?

— В украинской политике важно отличать форму от содержания. По форме это цирк, на арене которого мы видим одних и тех же актеров — Ющенко, Тимошенко, Януковича, Литвина и других. Но это лишь видимость. Ведь что при Кравчуке, что при Кучме, что после «оранжевой революции» политика Украины, в том числе внешняя, принципиально не менялась, изменялся лишь ее стиль. Это, по логике, должно было бы подтолкнуть тех, кто хочет понять сущность, задаться вопросом: почему так? Если принципиальные моменты украинской политики слабо зависят ее публичных персонажей, может быть дело не в них, а чем-то другом? Я уже говорил и продолжаю настаивать, что существует такой фактор, как идеология украинского национализма. К ней можно относиться по-разному, но она — реальность. В России нет никакой идеологии, объединяющей большие группы, кроме идеологии радикального исламизма, охватывающей в основном лиц нерусской национальности, и нацеленной на уничтожение Российской Федерации как таковой, и на создание на ее месте Халифата. Правда в России существуют еще такие идеологии, как либеральная, националистическая и левая, неотроцкистская, если кому-то нравится так ее называть. Но эти идеологии охватывают ничтожно малую часть политизированного населения. Власть же в России полностью деидеологизирована, ее интересуют лишь коррупционно-финансовые операции и аппаратная интрига. На Украине, в отличие от России, носителями националистической идеологии является как минимум миллион человек, в основном на западе страны. Это явное меньшинство в 43-миллионном государстве. Однако это вполне достаточное число людей, чтобы навязать свои политические цели, свою волю лишенному всякой идеологии большинству — люди идеи всегда сильнее людей без идеи. И второе — роль спецслужб. На Украине она внешне не так видна, как в России. Но, видимо, правы те, кто утверждает, что при принятии принципиальных, стратегических решений она там даже больше, чем в России. И это при том, что убежденные носители националистической идеологии глубоко интегрированы в украинские спецслужбы и госаппарат. В такой ситуации реальное содержание украинской внутриполитической интриги следующее. Ющенко — полностью подставная фигура, хотя и идеологизированная. Янукович — тоже подставная фигура, но безыдейная. Тимошенко — также безыдейная, но она не подставная фигура, не марионетка, ее цель — единоличная власть. Все последние три года носители националистической идеологии в украинских спецслужбах и госаппарате пытаются договориться с Тимошенко о передаче ей власти под гарантию реализации ею их стратегических установок, но надежных гарантий пока придумать никак не получается. Возможно, это получится сделать в оставшиеся до президентских выборов 9 месяцев. Тогда Тимошенко — президент. Если же не получится, тогда продолжится нынешний политический цирк. И еще одна проблема. Носители националистической идеологии убеждены, что Украина, формально независимая, на деле является страной с ограниченным суверенитетом, нечто наподобие стран социализма в период существования СССР. Они объясняют это тем, что Российская Федерация и режим Путина де-факто пытаются ограничить возможности Украины по своему разумению вступать в военно-политические блоки, торговать оружием с третьими странами, ликвидировать базу ВМФ РФ в Севастополе, проводить необходимую, с точки зрения националистов, языковую и церковную политику, интерпретировать украинскую историю. Я не хочу сейчас обсуждать, правильно ли это, или нет, я говорю о восприятии. Особенно, если речь идет о тех случаях, когда Кремль и спецслужбы РФ создают так называемые «пророссийские» политические группы на Украине, в частности, в Крыму и Закарпатье, финансируют их деятельность и их политические мероприятия антиукраинской направленности, особенно этого не скрывая. Результатом подобного восприятия является то, что носители идеологии украинского национализма считают себя в состоянии войны на уничтожение с режимом Путина и РФ как государством. Газовая война — это одна из форм этой большой войны. Хотя есть для газовой войны и другие причины. В частности, желание США продемонстрировать уязвимость газоснабжения Европы, совпавшее с желанием украинских националистов наказать Европу за отказ интегрировать Украину в ЕС и НАТО, и лоббистскими устремлениями сторонников газовых проектов Nabucco и Nord Stream, а также сторонников развития атомной и угольной энергетики в самой Европе.

— Что вы думаете о последствиях газовой войны?

— Украина убедилась, что она может игнорировать и Россию, и Европу. Более того, на период кризиса отработана схема теневого управления украинским политикумом в кризисной ситуации. Если вы заметили, все украинские политики, до 31 декабря поливавшие друг друга помоями, с 1 по 19 января вдруг как по команде дружно замолчали, как в рот воды набрали, а когда газовая война завершилась, они вновь принялись прилюдно поливать друг друга грязью. Полагаю, следующим крупным шагом станет дефолт, отказ Украины платить западным финансовым институтам корпоративный долг. Полагаю, это вновь легко сойдет украинцам с рук, ничего им Европа не сделает и на этот раз. А затем произойдет формальное возвращение Украине статуса ядерной державы, что случится, как только это же сделает Иран и следом крупные арабские страны. Важно понимать, что с технологической точки зрения Украина — не Иран и не КНДР, а Советский Союз. Также важно вспомнит историю с передачей стратегических крылатых ракет Х-55 Китаю и Ирану в 2000-2001 годах и трезво оценить, что из себя реально представляла международная сеть «отца пакистанской ядерной бомбы» доктора Абдул Кадир Хана, за счет чего и кого она поддерживалась. Ну и, наконец, следует знать, что в понимании украинских националистов, им нет необходимости иметь крупные ракетно-ядерные силы, достаточно нескольких боезарядов на авиационных средствах доставки.

— Мрачная перспектива…

— Почему? Ядерное сдерживание между СССР и США обеспечивало мир на протяжении 40 лет, а худой мир лучше доброй драки. 

— Что из этого следует?

— Разрастается кризис, кончаются резервы, только за вторую неделю января они уменьшились на 32 миллиарда долларов! Скоро нефтедолларов вообще не останется, и тогда схватка на вершине власти неизбежна. А по 1990-м годам мы хорошо помним, что московские политические разборки всегда отображались и во многом вершились на Кавказе. Достаточно вспомнить «Операцию «Преемник» в 1999 году, вторжение Басаева и Хаттаба в Дагестан, взрывы домов в Москве и Волгодонске, «учения» в Рязани. Не исключено, что нас ждет своего рода очередной повтор…

 

Поделиться:
Загрузка...