«На протяжении почти всего XX века Украина была жертвой двух одинаково злонамеренных империй — Германии и России», — утверждает профессор Университета Рутгерса в Ньюарке Александер Дж.Мотил.
Его статью публикует Newsweek.
«XXI век, возможно, станет свидетелем фундаментального изменения трагической геополитической ситуации на Украине. В то время как Россия действует в соответствии с традиционным сценарием, Германия после Холокоста и после объединения, кажется, становится благонамеренным гегемоном Европы», — полагает автор.
«По иронии, обе страны не признали своей ответственности за опустошение, которому они подвергли Украину. Россия прославляет сталинизм, в то время как Германия пока еще полностью не осознала, что народ под названием «украинцы» в государстве под названием «Украина» — это нечто большее, нежели придаток России», — возмущается Мотил.
«Германия и Россия проводят диаметрально противоположную внешнюю политику по отношению к Украине», — отмечает политолог. Большая часть немецкого политического класса и интеллигенции осознала, что односторонний пересмотр Путиным государственных границ является неприемлемым нарушением послевоенной архитектуры системы безопасности, которая обеспечила Европе более семи десятилетий беспрецедентного мира, и что Украина как жертва ничем не спровоцированной российской агрессии нуждается в защите, рассуждает автор.
«Путинская Россия, напротив, вернулась к поведению советской России XX века, настаивая на своей «мессианской роли» в бывшем советском пространстве и отказываясь признать хоть какую-то долю вины за свои преступные деяния по отношению к Украине и другим нерусским государствам», — говорится в статье.
«Таким образом, продолжающаяся на Украине война является тестом для Германии и тест-драйвом для России. Германия должна решить, основывается ли ее роль благожелательного гегемона и на этике, и на интересах. Россия же решает, может ли вторжение в Крым и Донбасс служить моделью для ее действий в отношении Эстонии, Латвии, Белоруссии и Казахстана», — считает автор.
«Если Германия провалит этот тест, то Россия вполне может решить, что ее тест-драйв прошел успешно», — предостерегает Мотил.
