В ходе выставке «Оружие и Безопасность 2015» была возможность задать несколько вопросов заместителю генерального конструктора ОАО «Мотор Сич» Леониду Пирогову. Импровизированный блиц-разговор состоялся возле представленной в холле выставки летающей лаборатории Ми-8, на которой отрабатываются различные элементы узлов, агрегатов и систем для дальнейшей модернизации и совершенствования этой основной тягловой лошадки армейской авиации ВС Украины.
— Ми-8 был принят на вооружение как десантно-транспортный вертолёт. Модернизированный Ми-8 после ремоторизации с нашими новыми двигателями может летать и выше, и дальше. Причем в условиях, когда наши конкуренты порой бояться подниматься в воздух. Здесь двигатели — самые лучшие в мире, самые долговечные. Мы им даём ресурс в 5000 часов.
На машину ставится новая навигационная система, элементы цифрового борта, средства для выполнения задач в ночных условиях. Также предприняты действия для того, чтобы существенно повысить выживаемость вертолета на поле боя. Уставлены новые отечественные системы защиты – станция оптоэлектронной защиты «Адрос» для противодействия переносным ЗРК противника, экранирующие выхлопные устройства, системы отстрела тепловых ловушек. Теперь мы завершаем работы, чтобы машина стала ударной и могла выполнять все задачи, которые, например, выполняет Ми-24 или американский Black Hawk.
На Ми-8 устанавливается единый прицельный комплекс, который будет обеспечивать обнаружение целей как днем, так и ночью, а также дальнейшее целеуказание средствам поражения, которыми оснащен вертолет. Например, единый прицельный комплекс будет управлять новыми противотанковыми ракетами, применятся при работе с широким перечнем неуправляемых средств поражения, при ведении огня с помощью автоматического авиационного вооружения. С сентября мы проводим очередной этап испытаний этого прицельного комплекса и надеемся на достижение позитивного результата в кратчайшее время.
— Узким местом отечественных вертолетных инициатив были редукторы и композитные лопасти. Редукторы для Ми-24 и Ми-8 ремонтировалась в Луганске, где находилось одно из отечественных авиационных предприятий. А лопасти несущего и рулевого винтов Украина в мирные времена покупала в России. Теперь работа как с Луганским ремзаводом, так и с Россией в военном секторе невозможна. Как с этими сложностями справляется «Мотор-Сич» в новых реалиях?
— Что касается редукторов, то у нас два больших цеха. Один цех делает редукторы для всех авиационных двигателей, а второй мы специально развернули под вертолётные редукторы. Для их производства закуплено оборудование в Соединённых Штатах. Также мы уже освоили ремонт редуктора ВР-8 для вертолета Ми-8Т, ремонт главного вертолетного редуктора ВР-14, который вместе с двумя двигателями ТВ3-117 входит в состав силовых установок средних вертолетов Ми-14 и Ми-8МТ/Ми-17. Также мы разработали свой редуктор – ВР-17, он в габаритных размерах как и ВР-14, но если у ВР-14 мощность взлетного режима на два двигателя около 2000 л.с,. то у нас обеспечивается больше, чем 3200 л.с. Поэтому вся трансмиссия переделывается, также будут новые лопасти. Что же касается лопастей, то это задача сложная. Для того, чтобы освоить их производство, нужно, по нашим оценкам, около $50 млн.
— Эти работы ведутся под модернизацию существующих машин, тех же Ми-2, или есть задел и на новые? Например, хотелось бы от вас услышать подробности по проекту «Атаман».
— Полным ходом ведём работы по этому проекту. Это будет лучший в мире вертолёт…
— Я не сомневаюсь.
— Я Вам говорю с полной серьёзностью. Это очень хороший вертолёт, за основу взят В-3, легкий многоцелевой вертолет, который проектировался еще во времена Советского Союза. Там старые двигатели, редуктор, композитные лопасти и так далее. Но выполнен он очень разумно, небольшой, хорошо «сбитый», что обеспечит ему очень высокую манёвренность. Заменив двигатели, мы почти удваиваем мощность вертолёта, на единицу веса у него будет самая высокая удельная мощность. Работа идёт полным ходом. Поскольку там новый двигатель, то и новый редуктор, другая компоновка, трансмиссия лопасти, вооружение, кабина, и так далее.
— Это будет вертолёт массой до 6 тонн?
— Ну, где-то так оно получается. Поскольку мы ставим новый двигатель, то выйдет приблизительно на 7 тонн. А по грузоподъёмности он приблизится к Ми-8, хотя объем кабины значительно меньше. Если у Ми-8 боевая нагрузка 3-4 тонны, там тоже будет 3 тонны, но этот весит 12,5 тонн, а там — 7 тонн. Вот, считайте, лётный час будет в два раза ниже чем у Ми-8.
— Он будет позиционироваться как ударный, транспортно-боевой или многофункциональный?
— Многофункциональный, он сможет взять 12 десантников, или на нижней подвеске поднять те же 3 тонны.
— Как Вы относитесь к попыткам завести компанию «Белл» на украинский рынок?
— Я скажу так. Вот наши польские друзья, с которыми мы хорошо сотрудничаем, проводили тендер для замены устаревших транспортных вертолетов Ми-8 и Ми-17, а также многоцелевых морских вертолетов Ми-14. Выбрали вертолеты H225M Caracal производства компании Airbus Helicopters. Оказалось, что один стоит 38 миллионов евро. Кроме вертолета, нужно готовить пилотов, по два на каждую машину. Также нужно создавать инфраструктуру, чтобы обслуживать новые вертолеты. Так как для Ми-8, для «Сокола» система обслуживания есть, а для вертолета Caracal нет. В итоге на все это вертолетное перевооружение Польша должна потратить почти $3 млрд. И сейчас все польские издания пишут о том, что «еврокоптеры» аж никак не выигрывают — они там по восьми или десяти параметрам сравнивают, — у того же Ми-8, если его модернизировать. Объём салона у Ми-8 в разы больше и пошло поехало, но этот стоит $6 миллионов, а тот – 38 миллионов евро. Вместо одного можно было семь взять, и выполнять на порядок большее количество задач.
— Но для Польши решение отказаться от вертолетов «Ми» было политическим, так как в их обслуживании нужно было завязываться на Россию. А что касается «Белла», есть ли у него перспективы в Украине, или, как мне пришлось слышать от некоторых, это преступная инициатива?…
— Это не преступно. Это невозможно. Сколько уже пытались, вон МЧС покупала два «еврокоптера», ну и что, они летают? Нет. Все наши вертолёты — они не ангарного хранения, а те все — ангарного. Полетают тут у нас те же «Беллы», а потом через 2-3 месяца их всех на пароходе увозят.
— Означает ли это, что Вы убеждены, что компания «Мотор Сич» способна решить задачи по обеспечению украинской армии своими вертолётами?
— Не только Украину. Украина это для нас — очень маленький рынок. Полмира мы можем обеспечить, что мы сейчас с успехом и делаем на примере нашей продукции. Мы продажи осуществляем в почти 140 стран мира.
Что же касается вертолетов для Украины, то мы и сейчас занимаемся этим делом. Но это проблема и задача не «Мотор Сичи», а задача государства. Поскольку не может «Мотор Сич» содержать всю украинскую армию за свой счёт. Мы и так все, что производим, во-первых, мы в два раза дешевле отдаём для нашей армии, во-вторых – нам никто ни копейки не даёт на наши разработки. Хотя те же американцы, имея триллионы, все разработки ведут за бюджетные деньги, так же в России, так же в любой другой стране мира. Мы же все разработки ведем за счёт своих продаж, деньги, которые заработали — вкладываем и в новые проекты, и поставляем технику военным. И при этом на нас еще санкции пытаются наложить. Этим пилят сук, на котором сидит украинская армия.
— Под санкциями Вы имеете в виду национальные ограничения на поставки запорожских двигателей в Россию?
— Да нет, сейчас всех на России заклинило. Россия для нас — это тоже очень маленький рынок. В советское время для всего мира мы в год производили пять с половиной тысяч двигателей. Это больше, чем вся нынешняя Европа вместе взятая. Сейчас, допустим, у российского рынка емкость только 300 двигателей, а мы делаем 2000. И все эти двигателя продаются. А вы мне про Россию говорите…»
