Что нового мы услышали в интервью президента? Для начала тезисы:
- Признание во лжи по факту проведения спецоперации — Зеленский знал о ее проведении.
- Президент, оказывается, доволен провалом совместной со странами НАТО — США и Турцией — спецоперации Украины, направленной против России.
- Сравнение плана задержания 28 террористов, причастных к убийствам граждан Украины и атаке на «Боинг» МН-17, с захватом оппозиционного журналиста Протасевича в Беларуси.
- Президент сказал, что он сам передал информацию о «вагнеровцах» Лукашенко, но не указал время. Для расследования важно понимать, кто передал информацию в КГБ — Зеленский, Ермак или Демченко, и в какое время это произошло?
- Почему ГБР провело опрос свидетелей, включая меня, но до сих пор не опубликовало результаты расследования, почему целый год заблокирована работа следственной комиссии ВР?
А теперь детали:
Пункт 1.
Сразу после публикации о провале спецоперации по захвату «вагнеровцев» президент Зеленский опроверг сам факт события: «Бред. Я об этом читал. Печально, что некоторые средства массовой информации перепечатали «Комсомольскую правду» (кажется, российскую), сделали из этого сенсацию на Украине. Я не знаю ни о каком «сливе» какой-то там операции». Владимир Зеленский, 20 августа 2020 года.
«Детективная история, которая выдумана от самого начала и до конца». Андрей Ермак, 18 сентября 2020 года.
А вчера Зеленский изменил показания: «Идея этой операции, скажем так, была идеей других стран. Точно не Украины. То, что Украину максимально затягивали в этот вопрос — это правда. И то, что этого не произошло, еще раз, проводя параллель с тем, что произошло в Беларуси, я считаю — слава Богу. Что мы проявили вопрос субъектности в этом важном вопросе… Когда «вагнеровцы» были на территории Беларуси, я позвонил Александру Григорьевичу, я сказал ему, я его предупредил, я сказал, я готов передать всю информацию, которая касается этих людей. Я был уверен, что он передаст нам тех убийц. Этих «вагнеровцев». Но потом произошло то, что произошло». Владимир Зеленский, 24 июня 2021 года.
Это означает, что президент:
а) Знал, что операция проводилась;
б) Считает, что захват российских террористов — это была «идея других стран», и при этом имеет ввиду не Россию;
в) Рад, что операция не состоялась.
Итак, самое важное и новое, что Зеленский признал — операция была.
Самое важное, чего Зеленский не сказал: почему вместо законной отмены спецоперации кто-то в Офисе Президента совершил предательство и «слил» операцию Украины и США союзнику Путина? На этот главный вопрос ответа не прозвучало.
Пункт 2.
Здесь также неотвеченные вопросы:
а) Почему Зеленский считает, что проявить «субъектность» — это провалить спецоперацию? Цель операции — задержание террористов, причастных к убийствам граждан Украины. В конечном итоге, это еще и ценный обменный фонд, благодаря которому нам удалось бы заставить Россию пойти на обмен пленными — в тюрьмах и подвалах РФ свыше 250 наших сограждан, которых надо освобождать.
б) Что значит «Украину затягивали в этот вопрос»? Это спецслужбы НАТО затягивали? Так ведь сам Зеленский выдвинул претензии к Байдену, почему Украина до сих пор не в НАТО. Если президент доволен срывом совместных спецопераций с НАТО, то зачем тогда требовать интеграцию?
в) Такой тон — это просто оскорбление и неблагодарность по отношению к нашему стратегическому союзнику, который помогал нам провести операцию в интересах нашей безопасности.
Пункт 3.
Сравнение задержания вагнеровцев с задержанием Протасевича показывает, что Зеленский до сих пор просто не владеет необходимой информацией. Эти две ситуации объединяет только одно — технический метод. Человек, который летит по трассе со скоростью 200 км — преступник, но если полицейский с включенной сиреной со скоростью 200 км/ч догоняет преступника — он действует законно и в интересах государства. Технический метод один — а правовые ситуации разные.
28 российских террористов дали полные признательные показания по фактам своих преступлений, убийств, в том числе по «Боингу» МН-17, подтвержденные документами. Законность их задержания — неоспорима, они находились в розыске в Украине и в ряде других стран. Самолет и экипаж были турецкими, и посадка самолета с террористами была бы осуществлена согласно разрешению страны-владельца самолета. Согласно соглашению между спецслужбами Украины и Турции, мы также выдаем турецким спецслужбам подозреваемых в терроризме, то есть наша операция опиралась на закон. Более того, само задержание благодаря сотрудничеству с США и Турцией прошло бы максимально безопасно, безоружных террористов надежно контролировали сотрудники спецслужб.
Роман Протасевич — оппозиционный журналист, был задержан за занятие журналистикой и публикации в Телеграм-канале. Он законно проживал в Евросоюзе, и самолет одной из стран ЕС, который летел в другую страну ЕС, незаконно перехватил белорусский истребитель без всяких согласований со страной флага. Кроме слов «внеплановая посадка», ничего общего в этих двух случаях нет.
И даже если бы Зеленский принял решение отменить спецоперацию, он должен был сделать это в законном порядке, а не путем «слива» информации в КГБ Беларуси.
Пункт 4.
Зеленский сообщил о своих личных контактах с Лукашенко. Однако ничего не сказал о контактах связанного с Кремлем Андрея Ермака и начальника комитета по разведке Руслана Демченко. Президент озвучил в общем свое мнение о Ермаке, что он вне всяких подозрений, однако на фоне тайных переговоров с Кремлем эти заявления доверия вызвать не могут. Нужны факты, проверяемая официальная информация. Президент обязан уточнить детали своих контактов и контактов своего окружения с режимом Лукашенко — и это теперь надо делать не на интервью, а на допросе, расписавшись за уголовную ответственность за дачу ложных показаний.
Пункт 5.
Меня допросили в ГБР по этому делу 29 сентября 2020 года. С тех пор нет никаких следственных действий. И вот еще вопросы:
а) Почему спустя 11 месяцев Зеленский, Ермак и Демченко не дали показаний в Государственном бюро расследований?
б) Почему Временную следственную комиссию ВР создали только спустя 10 месяцев, но блокируют проведение заседаний?
в) Почему до сих пор не состоялось ни одного заседания по делу «вагнеровцев» ни в комитете по обороне ВР — хотя бы просто официально пригласить свидетелей, участников? Или большинство «слуг народа» боится даже узнать что-либо об этом деле?
г) Почему вместо решений следователей и прокуроров власти отмахиваются языками своих многочисленных пиарщиков? Когда будут решения правоохранительных органов и следственной комиссии ВР?
Вывод:
В демократической стране, такой, как США, куда так хочет попасть с визитом Зеленский, в случае такого скандала уже давно отработал бы парламентский контроль, было бы решение комитета, и по его результатам, возможно, был бы назначен независимый прокурор, который бы изучил основания для процедуры импичмента президента. Так выглядит контроль. Но в Украине постыдно молчат ГПУ, ГБР и СБУ, молчит парламент. Никакого импичмента быть не может, потому что пропрезидентское большинство срывает работу временной следственной комиссии. Комиссию создали спустя 10 месяцев после начала скандала, но она создана «слугами» вместе с пророссийской партией «ОПЗЖ» и до сих пор не провела ни одного заседания вообще. Так выглядит бесконтрольность. Логичные вопросы по делу власти пытаются заболтать. Президент Украины во время войны обязан был бы сам возглавить расследование и требовать результатов, но вместо этого Зеленский возглавил парад лжецов.
Эта история является одним из ответов, почему мы до сих пор не в ЕС и не в НАТО. Потому что наша власть считает, что править украинцами при помощи лжи и манипуляций гораздо легче и удобней, чем при помощи закона. И никакой Bellingcat, никакой Байден, никакой добрый волшебник нам не поможет, если украинское общество не будет защищать демократию и добиваться от власти ответственности.
Когда меня вызвали на допрос по этому делу в подконтрольной Зеленскому ГБР — я сразу пришел.
Направлю заявку на интервью с президентом в его Офис по делу «вагнеровцев», укажу эти вопросы, чтобы Владимир Зеленский не смог манипулировать тем, что он открыт для граждан и не скрывает информацию.
Люди должны знать, насколько смел и честен перед обществом наш президент и готов ли отвечать за свои поступки.
