Российский валютный рынок продолжает с завидным упорством игнорировать рост цен на нефть.
С начала сентября на фоне сокращения добычи странами ОПЕК и стагнации буровой активности на сланцевых месторождения США сорт Brent подорожал на 12%, а в понедельник достиг максимумов за 2 года, не дотянув 75 центов до круглой отметки 60 долларов за баррель.
Несмотря на эйфорию на нефтяном рынке и заявления ОПЕК о готовности и дальше ограничивать свою добычу, рубль за сентябрь смог отыграть всего 36 копеек у доллара (меньше 1%), а с начала недели и вовсе снизился.
На 16.46 мск вторника сделки с расчетом завтра на МосБирже проходят по 57,7 рубля за доллар. Это на 13 копеек выше, чем на закрытии торгов накануне и на 20 копеек превышает уровень прошлой пятницы.
Слабость рубля вопреки рывку нефти связана с исчерпанием у российских банков запасов валюты, приток которой поддерживал курс в последние два года, следует из данных, которые приводит в обзоре Райффазйенбанк.
На начало августа объем в банковской системе оставалось всего 1,8 млрд долларов свободной валютной ликвидности — на такую сумму собственные валютные активы банков превышали их же обязательства перед клиентами по расчетным счетам.
В начале 2015 года эта «подушка безопасности» рубля превышала 40 млрд долларов. Когда нефть рухнула до 27 долларов за баррель, из нее изъяли около 20 млрд; год назад, накануне выборов в Думу — еще около 15 млрд.
Те же запасы, что оставались в начале года, упали более чем в 7 раз — ввоз валюты покрывал дефицит платежного баланса, возникший летом.
С июня по август, по данным ЦБ, российская экономика потеряла на 6,2 млрд долларов больше, чем заработала, из-за сезонного спада в сырьевом экспорте, спроса на импорт, а также вывода дивидендов зарубежными держателями российских акций.
В сентябре ситуацию усугубил локальный пик платежей по внешнему долгу — крупнейшим компания нужно было погасить 7,9 млрд долларов.
Как итог за месяц рубль ослабел на 15% относительно нефти — цена барреля в рублях, отражающая соотношение курса и цены «черного золота» поднялась до рекордных с февраля 3374 рублей. Настолько высокий уровень обычно наблюдается в конце года, когда приток валюты первого квартала (традиционно максимальный) полностью истрачен, отмечает аналитик Райффайзенбанка Денис Порывай.
Отток валютной ликвидности уже виден на денежном рынке, говорит он: разница между ставкой по рублевым кредитам MosPrime и ставкой валютных свопов с нуля в начале года выросла до 100 б.п.
«Следующий пик выплат приходится на декабрь (13,9 млрд долларов по корпорациям и 4 млрд долларов по банкам), что, как мы ожидаем, приведет к удорожанию валютной ликвидности на локальном рынке, а также может способствовать дальнейшему ослаблению рубля, поскольку накопление валюты для выплат по долгу в декабре сократит ее предложение на продажу или увеличит спрос на покупку», — говорит Порывай.
Возникшая летом дыра в платежном балансе РФ — рекордная за все время статистики ЦБ. Аналогичная ситуация, хотя и в меньших масштабах, наблюдалась в третьем квартале 2013 года, а до этого — лишь перед дефолтом 1998 года, что каждый раз сопровождалось падением российской валюты, напоминает ведущий эксперт «Центра развития» ВШЭ Сергей Пухов.
В августе «держать» рублю помог рекордный с марта приток капитала в российский госдолг — 121 млрд долларов, по данным ЦБ. Но потенциал роста на рынке ОФЗ почти исчерпан — в него уже заложено снижение ключевой ставки центробанка до 6,5-6,75%, говорит аналитик Просвязьбанка Роман Насонов.
«Вполне возможно, что часть инвесторов просто пользуются удачным моментом для фиксации прибыли в значительно подорожавших за последний месяц бумагах», — добавляет он.
В условиях, когда валютная прибыль экономики близка нулю, рубль становится заложником потоков «горячего капитала», и именно риск резкого выхода из «кэрри трейд» становится основным для российского рубля», — предупреждает начальник операций на валютном и денежном рынке Металлинвестбанка Сергей Романчук.
finanz.ru
