Я не знаю, был ли я достаточно внимателен, но в действительности я не смог найти в произведениях Тараса Григорьевича Шевченко ни одного упоминания россиян как руських…
Мир, его природа устроена таким образом, что не приемлет ничего искусственного. Все синтетическое, поддельное, фальшивое отмирает. В то время как живое, натуральное, органическое — этническое выживает. Сколько бы при этом его не жгли напалмом.
Так случилось и с Русью — сегодня Украиной, которая несмотря на все старания «братьев по вере» сохранила свои язык и культуру, но все еще живет в идеологическом плену российской версии своей истории. Сохранила несмотря (а может и благодаря) на всю ту ненависть которую россияне испытывают ко всему украинскому: языку, культуре, истории и даже государству. Которое они по старинке считают несостоявшимся, неестественным и всегда вражески настроены против украинского национального во всех его формах и проявления.
В своей статье «Голос нации» я писал:
«Устами поэта с нами говорит Бог. Поэт никому ничего не должен. Ему предначертано свыше быть душой народа, выразителем его мысли, праведником, проводником, совестью нации. Чем талантливей поэт, тем сложнее он для понимания, тем жестче пропагандируемые им смыслы».
Поэт переносит нас в область смыслов не имеющих применения в нашей рутинной жизни. Он видит прошлое и будущее. Он чувствует вселенную, она говорит с ним и он изливает мысли которые она навевает ему на бумагу.
Собственно поэтому, чтобы понять Украину, ее трагедию, увидеть ее будущее Шевченко читать стоит.
Я не знаю, был ли я достаточно внимателен, но в действительности я не смог найти в произведениях Тараса Григорьевича Шевченко ни одного упоминания россиян как руських.
Он называл их «Москали».
Везде, всегда, неуклонно и непреклонно, Тарас Григорьевич писал только о москалях, о нации московской, кацапах.
Я читал его Сон. Этот обвиняющий московское самодержавие манифест.
Жесткий, отвратительный для любого номенклатурного писаки текст.
Сон — это приговор.
Прочувствовав сон я понял за что Шевченко так ненавидели, за что его так не любили, почему не понимали.
Почему холуи и лакеи времен и тех времен и наших не могли принять его, как не старались.
Наверное потому что я его почувствовал, когда сравнивают двух великих поэтов Украины и Московии — Шевченко и Пушкина, я не нахожу причины или критерия, по которому можно было бы объединить их, сравнить.
Да, Пушкин — великий поэт, но мне кажется, его основана заслуга, во многом, именно в том, что он сделал из смеси испещренного тюркизмами болгарского церковно-славянского и украинского языка новояз известный нам сегодня как «русский». При этом не просто мертвым новоязом, а живым, дышащим — художественным, литературным.
Шевченко не делал украинский ни литературным ни художественным. Он уже был живым — певучим до него. Таким остался и после.
Многое множество образованных русинов — украинцев потрудились до него, чтобы сделать украинский язык культурным, литературным, художественным.
Роль Шевченко важна в другом — он стал голосом страны, голосом Украины.
Он нашел в себе силы отказать себе в возможности разбогатеть и жить в достатке. Так как ценой тому было предательство своей родины — Руси Украины.
Шевченко не стал номенклатурным подпевалой режима, не стал лакеем, рабом власти. Не стал ее преданным слугой, в то время как никто кроме него не поступил иначе.
Как же легко, и без особой помощи, может человек пасть, продаться, стать шутом государевым, верным слугой, рабом.
Предавать ведь легко!
Каждый кто поступает так, делает это без особого принуждения, без пыток и без боли. А даже наверное наоборот — с удовольствием.
Почему?
Да потому что он отдавая свое право на мнение, на слово, на родину получает материальные вместилища счастья.
Право — ответственность, долг тяготит. Бесправие — рабство, предательство — освобождает.
С кем бы я действительно сравнил Шевченко так с Яновским.
Их дала миру одна земля, один край.
В их жилах течет кровь особого украинского народа — руського, вольного, козачьего рода.
Они современники, они писатели, они, как бы кому не хотелось — украинцы.
Во только один — сторонник режима, а второй не нашедший в себе силы ради славы, ради признания, ради денег изменить родине.
Да, Яновский смог стать популярным московским писателем только потому что перешел на «русский» новояз.
Пиши он на украинском он бы повторил судьбу Шевченко.
Но Яновский не только изменил языку родины, он стал и пропагандистом идеологии ненависти к живым этническим братьям.
Вот отличный пример из его великого произведения «Тарас Бульба». Оригинальный текст выглядел так:
«Когда Бульба очнулся немного от своего удара и глянул на Днестр, он увидел под ногами своими козаков, садившихся в лодки. Глаза его сверкнули радостью. Град пуль сыпался сверху на козаков, но они не обращали никакого внимания и отчаливали от берегов. Прощайте, паны-браты, товарищи! говорил он им сверху, — вспоминайте иной час обо мне! Об участи же моей не заботьтесь! я знаю свою участь: я знаю, что меня заживо разнимут по кускам, и что кусочка моего тела не оставят на земле да то уже мое дело… Будьте здоровы, паны-браты, товарищи! Да глядите, прибывайте на следующее лето опять, да погуляйте, хорошенько»!
Данный текст не прошел московской цензуры, так как в нем не было ненависти, которую так уважают и культивируют на Московии.
Поэтому он переписал его с учетом идеологических вставок:
«Когда очнулся Тарас Бульба от удара и глянул на Днестр, уже козаки были на челнах и гребли веслами; пули сыпались на них верху, но не доставали. И вспыхнули радостные очи у старого атамана: Прощайте, товарищи! кричал он им сверху, — Вспоминайте меня и будущей весной прибывайте сюда вновь да хорошенько погуляйте! Что, взяли, чертовы ляхи? Думаете, есть что-нибудь на свете, чего бы побоялся козак? Постой те же, придет время, будет время, когда узнаете вы, что такое православная русская вера! Уже и теперь чуют дальние и близкие народы: поднимается из Русской земли свой царь, и не будет в мире силы, которая бы не покорилась ему»!
Гоголь дал превратить свою литературу в пропагандистскую.
Это было частью платы за обеспеченную жизнь предателя — продавшего родину.
Польский историк Януш Тазбир пишет: «У Гоголя российское национальное самосознание всегда боролось с украинским»!
Пафосно, напыщенно, красиво, но вряд ли верно.
Гоголь не особенно переживал по поводу своего истинного, природного национального. Его псевдоним — «HOHOL» или «хохол» очень хорошо отражал позицию которую он принял. И тут не важно называл он себя «хохлом» ради смеху, в наказание, или в пример.
Это был его осознанный выбор.
Выбор, который грыз его всю оставшуюся жизнь.
Но вернемся к нашим «братьям» — насильникам.
Есть известное выражение Винниченко: «Там, где начинается украинский вопрос, исчезает российский демократ».
Никто никогда не задавался вопросом: почему так?
Причина в характере, в истории, правде которую россияне знают.
Истине — от которой они с остервенением отворачиваются, открещиваются. Истине за которую люто Украину ненавидят.
Основная причина ненависти к украинцам лежит в том, что Украина — Русь натуральная, живая, органическая, а Россия — фальшивка, пародия, жалкая подделка под Русь. Ну и как следствие россияне или «русские» такая же нелепая подделка. Жалкая, дешевая, неполноценная подделка, а от того нарочито гордая тем: что это она оккупировала, топтала, изводила свою если не историческую, но наверное культурную прародину — Русь Украину!
О том, что Россия подделка под Русь, под Украину, под нашу культуру, под наши традиции, под нашу историю, было известно давно, но истина эта утаивалась. И можно сказать: была главной тайной государства Российского.
И если и знали ее, то были это избранные российские баснописцы, фальсификаторы и как следствие ненавистники.
Сколько лжи и фальшивок они не наделали — истина была непреклонна — украинские корни постоянно пробивались и вся парадигма «русского мира» рассыпалась как карточный домик.
За это Русь Украину снова ненавидели.
Вот только ненависть это была, есть и будет бессильной.
Глупой и бессмысленной, потому как основана на страхе. Страхе разоблачения.
Разоблачения беспримерного по своей низости и подлости преступления.
Ненависть к органическому, чистому и искреннему сидит у россиян как заноза на уровне их национального сознания, их национальной гордости.
И ни удалить ни победить они ее не могут.
Русь Украина остается религиозным, культурным и историческим фундаментом России.
Да этот фундамент тщательно скрываем. Да на нем уже надстроена новая фальшивая история.
Но только истины это не отменяет.
Собственно поэтому россияне генетические украинофобы.
С молоком матери они впитывают ненависть ко всему национальному украинскому: неприятие, отрицание украинских традиций, языка, культурного наследия.
Ненависть к Украине у них передается как некая культурная ценность, как достижение.
Как древняя реликвия, которая передавалась, от отца к сыну многие годы, века…
Они ненавидят нас за первородство, за старшинство, за наше достояние, за нашу культуру, изнасилованную Москвой. Москвой с ее имперщиной, ее шовинизмом, ее самодержавием, ее мракобесным Третьим Римом.
Из-за этой своей ненависти и называют они нас: малороссами, недорусскими, хохлами.
И при всем при этом украинцы никогда русофобами не были и быть не собирались.
Ибо зачем?
Мы не рабы идеологии, не сторонники секты — мы свободные люди.
Да мы бунтовщики, да мы своенравны, да мы горды, да мы достойны.
Мы знаем, что такое честь, достоинство, что такое рыцарство.
Если хотите это мы построили тот Руський мир, который они взяли в плен и извратили добавив в него семена византийщины, ксенофобии и шовинизма.
Поэтому нам так сложно навязать монгольско-византийский «Русский мир». Эту страшную сказку — пародию на идеологии прошлого.
Рудимент, анахронизм, пример тупикового развития государственности, основанной на воровстве и ненависти ко всему органическому, натуральному, естественному.
