Ответственность КНР за пандемию SARS-CoV-2 огромна. Во-первых, китайские коммунистические вожди совместно с эфиопским марксистом Гебреисусом сознательно скрывали масштабы эпидемии и уверяли мир, что коронавирус не передается от человека к человеку.
Отчаянные предупреждения Тайваня (который сам блестяще справился с эпидемией) Гебреисусом отбрасывались. Для его классового сознания Тайвань был мятежной провинцией Китая.
Более того, довольно быстро выяснилось, что мирный вирус вырвался в 2019 году из лаборатории Уханьского института вирусологии, руководимой госпожой Ши Чжэнли, так же как мирный атом вырвался в свое время из 4-го реактора Чернобыльской АЭС. Досадная оплошность увлеченных своими экспериментами ученых.
Smoking gun (дымящийся пистолет) обнаружился на страницах престижного научного журнала Nature Меdicine: статья Ши Чжэнли и ее коллег, работавших с ней вместе в университете Северной Каролины «A SARS-like cluster of circulating bat coronaviruses shows potential for human emergence» Nat Med 21, 1508–1513 (2015).
В ней авторы провидчески констатировали:
«We generated chimera virus which may pose future threats».
Созданный Ши Чжэнли с коллегами гибридный (chimera) вирус унаследовал, как они с гордостью за свой успех доложили научному сообществу, полезные свойства обоих своих «родителей»: от SARS’а — способность поражать людей, а от безобидного для человека коронавируса летучих мышей — гораздо большую, чем у SARS’а, скорость распространения.
В США столь опасные исследования были запрещены, и часть научного коллектива перебралась со всеми рабочими материалами в 2015 году в Ухань, где и продолжила свои исследования уже в институте Китайской Академии Наук в лаборатории, которую возглавила Ши Чжэнли. Из этой лаборатории опасной химере и суждено было вырваться на свободу.
В марте — апреле лидеры США и других западных держав стали все более жестко поднимать вопрос об ответственности Китая за пандемию.
Гневную отповедь клеветникам Китая в свойственной ему яркой образной манере дал 15 апреля министр иностранных дел РФ Лавров:
«Это абсолютно недопустимо. Не надо судить обо всех по себе. Волосы встают на голове от таких рассуждений западных коллег, переходящих всякие пределы и приличия».
Можно только догадываться, что произошло с волосами г-на министра, когда дискурс об ответственности Китая неожиданно переместился на кремлевские пропагандистские каналы. Он переходил там все пределы и приличия в течение пары дней. Апофеозом стала передача В. Соловьева 20 апреля.
Во-первых, впервые широкому российскому зрителю была подробно рассказана со ссылкой на знаменитую статью в Nature история легендарной Ши Чжэнли: создание в 2014 году искусственного коронавируса (potentialfor humanemergence), запрет на эти исследования в США, переезд в Ухань, где она возглавила лабораторию.
Настоящей сенсацией стали ценнейшие для всех будущих международных расследований и судебных процессов показания и.о. директора института Дальнего Востока РАН Алексея Маслова. Маслов — номенклатурный китаист №1, постоянно входит в свиту Президента РФ при посещениях тем Китая, часто мелькает в телевизоре, разъясняя и проповедуя идею глубочайшего стратегического партнерства России и Китая.
Но 20 апреля вечером мы услышали своего рода «Не могу молчать!» маститого синолога, поток его обвинений в адрес Китая, гораздо более жестких и конкретных, чем любые заявления трампов и прочих джонсонов:
«Очевидно, что утечка произошла из Уханьской лаборатории, Китай давно финансирует проводимые в ней опасные эксперименты, включая прививку вируса людям. Смертность в лаборатории очень высокая. Карантин в Ухане начался с блокировки лаборатории Ши Чжэнли, затем всего Института вирусологии и только потом распространился на город».
И.о. директора института Дальнего Востока РАН А.Маслов
Что это было?! Чиновник такого уровня (а Маслов прежде всего чиновник и только потом уже китаист и мастер ушу) не мог произнести на знаковой передаче группенфюрера информационных войск такие кощунственные в контексте наших с Китаем «братских отношений» вещи без санкции и, более того, прямого указания сверху. Иначе они оба уже были бы расстреляны или даже хуже — подключены в процессе лечения к чемезовским (китайским) аппаратам ИВЛ.
После 20 апреля, однако, тема китайской ответственности никогда более не появлялась в российских официальных СМИ. Маслов регулярно возникает на экране, но высказывается, как и прежде, исключительно в рамках политически корректной парадигмы: «Москва — Пекин, вместе идут народы, Путин и Си слушают нас, слушают нас».
Чтобы ответить на вопрос, что произошло a) между 15 и 20 апреля и b) после 20 апреля, обратимся к общему контексту российско-китайских отношений.
Власти посткоммунистической России последнюю четверть века последовательно и беззаветно идут на односторонние стратегические уступки Китаю, что можно назвать уникальным в мировой истории геопсихологическим феноменом. Китайцы великолепно использовали в своих интересах глубочайший комплекс, испытываемый тщеславной российской политической «элитой» в результате ее поражения в холодной войне, потери статуса мировой сверхдержавы и распада империи.
Вдруг ставшее таким модным во властных и околовластных кругах «евразийство» было идеологически вторичным, явилось функцией обиды на Запад и выполняло для российской «элиты» роль психологической прокладки в критические дни ее отношений с Западом. Блоковским скифам с раскосыми и жадными глазами очень уж хотелось попугать и пошантажировать вечно притягательный и вечно ненавидимый ими Запад, повернувшись к нему своею азиатской рожей. Постепенно маска (ничего, кстати, не имеющая общего с современной Азией) приросла и никакой другой рожи у российской «элиты» не осталось.
Китайцы все это прекрасно понимали и относились к российским заигрываниям скептически и в то же время деловито, с неизбежной дозой снисходительного и высокомерного презрения.
Шли годы. Тяжелая душевная болезнь Русского пациента заметно прогрессировала. «Обида на Запад», «конфронтация с Западом» постепенно переросли в полномасштабную гибридную войну православно-воровской Дзюдохерии с декадентским англо-саксонским миром. Соответственно возрастала не только психологическая, но уже и политическая и экономическая зависимость от КНР нашего арийского племени, спустившегося с Карпатских гор, помахивая своей дополнительной хромосомой духовности.
24 мая 2014 года заместитель Председателя КНР тов. Ли Юаньчао заявил на Санкт-Петербургском экономическом форуме, обращаясь непосредственно к вождю северных варваров: «Вся земля ваша велика и обильна. Порядка только на ней нет. Придут трудолюбивые китайцы и установят свой Порядок Неба».
Пекин не настаивает пока на формальной капитуляции РФ перед Новым Порядком, потому что действующая российская администрация активно, чистосердечно и плодотворно сотрудничает с державой-победительницей на Дальнем Востоке и в Сибири, способствуя планомерному расширению «зоны жизненных интересов» Поднебесной. Китай получил от Москвы все, что ему сегодня необходимо для переваривания «зон опережающего экономического развития».
Процесс становится необратимым, и в какой-то (выбранный Пекином) момент фактические параметры братского сотрудничества сырьевого придатка и метрополии будут оформлены и юридически. Земли, принадлежавшие Срединной Империи согласно Нерчинскому контракту 1689 года, в любом случае вернутся в состав исторической Родины. Остальные территории, входящие в зону жизненных интересов Китая, будут в той или иной форме институизированы как дружественные ему субъекты.
Российская «элита» с чувством глубокого удовлетворения принимает свое историософическое возвращение в родную гавань империи Юань, грозя из китайского обоза сухоньким кулачком надменному пиндосу: «Нас с великим Китаем 1,5 млрд человек».
Четыре минуты правды аппаратчика Алексея Маслова были не только и не столько о коронавирусе. Это была отчаянная попытка неких акторов на вершине российской власти вырваться, может быть, в последний момент из удушающих объятий Большого Брата. Обязательно посмотрите в видео-ссылке, как Маслов говорит в эти свои четыре минуты. Человек, наиболее информированный в России об истинной природе российско-китайских отношений и давно встроенный в систему этих фальшивых отношений, произносит порученный ему текст с видимым удовольствием на эмоциональном подъеме, как бы широко расправив плечи и сбросив с себя огромный груз ежедневной рутинной лжи. Правду говорить ему было легко и приятно.
На следующий день дерзкая попытка неизвестных влиятельных фигур изменить самоубийственный внешнеполитический курс РФ была решительно пресечена резким окриком из Пекина на самом высшем уровне.
Есть тысяча причин, по которым антинациональный, насквозь коррумпированный, ничтожный и пошлый, оскорбительный для достоинства России путинский режим должен уйти. Но достаточно только первой: этот режим — ликвидационная комиссия РФ.
