Нидерланды официально потребовали от Российской Федерации выдачи обвиняемого по делу о сбитом «Боинге» Владимира Цемаха, только что приземлившегося во «Внуково» вместе с другими обмененными лицами.
Об этом сообщает The Insider.
Официальный представитель МИД Мария Захарова отказалась отвечать на вопрос о том, выдаст ли Россия обвиняемого: «Сначала надо определить его правовой статус, а этот вопрос комментирует не МИД, а Татьяна Москалькова. Когда его правовой статус будет определен — тогда обращайтесь к нам».
Уполномоченный по правам человека Татьяна Москалькова заявила: «Цемах остается обвиняемым по делу, которое Украина пока не закрыла. В соответствии с действующим законодательством он может давать показания по видеосвязи, либо приезжать для показаний в суд, а затем возвращаться в Россию. О требовании Голландии о выдаче мне неизвестно, с этим вопросом следует обращаться в Генпрокуратуру».
P.S.
Цена Цемаха: Потрясающие подробности секретной операции, в которой погиб военный разведчик Александр Колодяжный
После выдачи Владимира Цемаха детали этой спецоперации уже не будут секретом для противника, российские спецслужбы смогут установить ход событий со слов террориста.
Президент Украины Владимир Зеленский, комментируя ход обмена, заявил, что Цемаха успели допросить и выполнить пожелания прокуратуры Нидерландов, и в результате переговоров Нидерланды потребовали выдачи Цемаха от РФ. Похищение и обмен Цемаха в любом случае войдет в историю как одна из самых успешных операций украинских спецслужб. Именно Цемаха президент РФ Владимир Путин согласился обменять на одного из самых известных украинских заложников – Олега Сенцова. Я решил написать эту статью, потому что имена тех, кто брал в плен российских террористов, должны называться в этот день с уважением, это их заслуга в полной мере, иначе президент Зеленский не смог бы провести обмен.
Эта история еще долго не будет озвучена официально и все, что здесь сказано, – моя личная информация. Готовилась операция украинскими спецслужбами несколько месяцев. Впервые планировался не просто вывод на нашу территорию ценного свидетеля, а похищение террориста и вывоз в стиле «Моссада». Цемах проживал в Снежном, это было за 80 км от ближайших украинских позиций. Это было максимально дерзко и максимально рискованно – на оккупированной территории действует жесткий контрразведывательный режим, российские спецслужбы контролируют обстановку. Ранее силовых захватов и вывоза террористов наши спецслужбы не проводили – подозреваемые и свидетели выводились в Украину в результате разведывательных операций.
Украинское руководство поставило задачу обеспечить задержание Цемаха живым любой ценой. Он был необходим для суда в Нидерландах по делу «Боинга» МН-17, как единственный подозреваемый, которого сумело достать следствие.
Террорист Владимир Цемах, бывший начальник ПВО бригады наемников РФ.
И вот на оккупированную территорию под надежной легендой были выведены агенты Службы безопасности Украины. Они обнаружили Цемаха, и поселились в Снежном, в подъезде того же дома, чтобы иметь возможность постоянно наблюдать за объектом. 27 июня утром Цемах завез на машине свою жену к месту работы. Когда он вернулся, к нему в квартиру ворвались двое сотрудников СБУ. Цемах вначале подумал, что это зашли местные «мгбшники», которые действуют без всяких ордеров, по «беспределу», и когда он решил оказать сопротивление, было уже поздно, его взяли и повели.
И здесь началась вторая часть операции – как вывезти террориста?
Действовать надо быстро, в квартиру могут зайти, его вывод могут заметить, вечером вернется жена и поднимет тревогу. Надо обеспечить эвакуацию – Цемаха обязательно будут искать.
Самый быстрый способ – это сесть в машину, обездвижить Цемаха, и под видом больного вывезти в Украину. И вот машина с пожилым человеком подъехала на контрольный пункт для выезда. Родственники везли в Украину на операцию парализованного дедушку, все справки при нем. У всех тщательно проверили документы. Но нет. Нет. Это не Цемах, по документам это другой человек. И его документы подлинные. Разговорить парализованного и проверить, насколько он болен, оснований не нашлось. Ну что ж – проезжайте. И машина выехала в Украину среди бела дня. Получилось!
Жена Цемаха пришла домой, увидела следы борьбы и подняла тревогу. Но она предположила, что мужа могли арестовать российские спецслужбы, на оккупированных территориях адвокатов нет, никто не церемонится. Но вскоре Цемаха стали искать. И первой информацией, которую получили россияне – Цемах проехал в Украину через пункт пропуска «Марьинка». Россияне поняли, что украинцы их полностью переиграли и добились громкого успеха.
А между тем, Владимир Цемах оккупированную территорию никак не покидал! На КПВВ «Марьинка» был разыгран спектакль, чтобы сбить врага с толку и повести по ложному следу! А на самом деле, чтобы устранить все риски, Цемаха решили не везти через блокпосты, чтобы случайно обман не был раскрыт. Их могли заподозрить, Цемах мог подать сигнал, или могла начаться проверка. И был избран самый надежный вариант – переход линии фронта.
Вскоре после похищения Цемах был передан сотрудниками СБУ офицеру военной разведки, также нелегально выполнявшему задание на оккупированной территории.
Этот молодой офицер в одиночку должен был провести Цемаха прямо через линию фронта, там, где враг этого никак не ожидал. Ночью. Вдвоем. Цемах был здоров, он должен был идти на своих ногах, без всяких наручников, чтобы никто ничего не заподозрил, поскольку их не могли не заметить. Трое – это уже рискованно, идти должны были вдвоем. Риск был в любом случае, но решили, что чем меньше группа – тем меньше внимания.
Через позиции 100-й мотострелковой бригады оккупационного корпуса РФ в районе Донецка! Через часовых, через позиции снайперов, которые ночью выискивали свои цели. Через минные поля, наставленные где попало за долгие годы, где нет никаких карт. С одним пистолетом. Настоящий сюжет для кинофильма.
И вот они пошли там, где было труднее всего предположить. Там, где днем и ночью до сих пор идут перестрелки.
Сразу после преодоления позиций врага в «серой зоне» Цемаха и военного разведчика должны были встречать, чтобы провести по ночным тропам и не попасть под огонь своих, не подорваться на наших минах.
Это особо важное задание было доверено шести военным разведчикам 74-го отдельного разведывательного батальона — группе Александра Колодяжного, Народного героя. Колодяжный воевал на фронте уже пять лет, получил два тяжелых ранения, но каждый раз возвращался в строй. Он должен был проложить дорогу от вражеских позиций до наших.
Украинский воин, киборг, старший сержант 74-го отдельного разведывательного батальона, Народный Герой Украины, кавалер ордена «За мужність» 3-й степени Александр Колодяжный.
Офицер-разведчик и конвоируемый им террорист вышли к точке встречи, туда же подходила группа Колодяжного. Но тут прозвучал взрыв. Прокладывая маршрут выхода Александр Колодяжный подорвался на российской мине. К нему бросился напарник – и тут второй взрыв. Оба наших воина получили тяжелые ранения.
Однако разведгруппа продолжила выполнение боевой задачи. Они разминировали тропу, чтобы по ней можно было безопасно провести Цемаха. Произошла встреча.
На помощь к месту взрыва ночью пошли те, кто ждал группу на позициях 24-й механизированной бригады.
Офицер 24-й бригады и два добровольца «Правого сектора» пошли на помощь без всяких команд. Они добрались до места взрыва и участвовали в эвакуации и выводе Цемаха, офицера разведки, раненых бойцов и их снаряжения. Противник открыл беспорядочный огонь, не понимая, что происходит. Цемах находился в крайне нервном состоянии, и тут он завопил: «Расстреляйте меня здесь! Я не пойду!» Все это было в паре сотен метров от российских огневых позиций. Офицер 24-ки не церемонясь врезал Цемаху рукояткой пистолета, от которой на лбу террориста и остался хорошо заметный синяк, на который затем наклеили пластырь. Террорист сразу замолк и покорно пошел куда следует.
На наших позициях обоих прибывших для начала посадили в один подвал – вот в этот, на фотографии.
Фотография подвала, в который был помещен захваченный террорист Цемах. Фото сделал Юрий Бутусов.
Затем офицер-разведчик и террорист Цемах были отправлены в СБУ, а раненых разведчиков переправили в больницу медики добровольческой эвакуационной службы «Госпитальеры».
11 июля от полученных тяжелых ранений Александр Колодяжный ушел из жизни. Его товарищ выжил.
Именно Цемаха решил вернуть Владимир Путин прежде всего. Фактически, Россия признала этим требованием справедливость подозрения, предъявленного Цемаху прокуратурой Нидерландов. Первая попытка обмена была сорвана властями РФ, поскольку ради освобождения украинского заложника Олега Сенцова Путин потребовал от президента Зеленского освободить Цемаха.
После консультаций с Нидерландами Служба безопасности осуществила обмен в день военной разведки – 7 сентября. Профессиональный праздник Александра Колодяжного. Он отдал свою жизнь, чтобы другие украинцы, и эти 35, и все мы, могли жить свободными…
Завершуючи тему Цемаха.
1. Не порівнюйте останній обмін з ізраїльським по Шаліту. Там це був жест сильного (навіть з елементами зневаги до ворога), а у нас — слабкого, який втратив волю до спротиву.
2. Тільки дебіл може твердити «а чому його голландці в попередні два місяці не допитали»? Підозрюваний дає покази тоді, коли розуміє, що це єдиний (або найліпший) вихід для нього. Це може взяти й роки.
Та й не це головне. Що б він не розповів досі на допитах, його основна роль була свідчити на самому трибуналі, перед суддями, бо ж до інших свідків та обвинувачуваних правосуддя за життя Путіна точно не добереться. Тобто, в частині доведення умислу цього теракту з російського боку та цілеспрямованих зусиль із приховування його слідів сторона звинувачення втратила дуже серйозний козир.
3. Повторю ще раз для найтупіших. Затримуючи Цемаха, ми не голландцям послугу робили. Головний інтересант доведення ролі РФ у збитті Боїнга — Україна. Саме цей військовий злочин був донедавна одним із центральних факторів, котрі цементували міжнародну коаліцію проти Кремля і змушували європейських партнерів ставити покарання чекістського злочинця вище за меркантильний інтерес заробляти в Росії. Відмовляючись від покарання режиму Кремля (а іншим чином звільнення Цемаха трактувати не можна), ми позбавляємо легітимності будь-які серйозні санкції проти РФ, бо Захід точно не має підстав займати жорсткішу позицію до неї, ніж ми.
Люди й справді надзвичайно важливі. А нормальні країни в таких перемовинах, за визначенням, не рівні з авторитарними режимами, котрим на своїх традиційно начхати.
Тому, я спокійно сприйняв би очевидну нерівність обміну.
І втрату переваг, які ми отримали в Морському трибуналі ООН.
Я, навіть, спробував би змиритися із очевидними руйнівними наслідками цього обміну (через Цемаха) для антикремлівської коаліції, що невдовзі залишить нас практично сам-на-сам із чекістським людожером.
На жаль, я розумію, що зроблений тільки перший крок для врегулювання конфлікту на умовах Путіна — із реінтеграцією Донбасу з федералізацією, відмовою від НАТО (можливо, і ЄС) і всім букетом радощів повернення в «рускій мір».
І це сильно псує мені святковий настрій від повернення наших людей додому
