Ничего другого и не могло получиться

104

На Майдане в День Независимости произошло соприкосновение двух миров. Украины реальной, и Украины телевизионной.

Украина реальная, воевавшая, делавшая революцию, потом пошедшая на фронт, вязавшая масксети, отдававшая зарплату, возившая волонтерку, хоронившая своих — соприкоснулась с Украиной, певшей песенки, дрыгавшей по сценам ножками, стучавшей писькой по роялям и шутившей шуточки.

Оставим в стороне тот факт, что певица, вошедшая в историю как «девушка с тарелкой», в 2017 году постила фоточки с Красной площади, Алан Бадоев ставил клипы доверенным лицам Владимира Путина Стасу Пьехе, Полине Гагариной и Валерию Меладзе, а Президент снимал кино про поручика Ржевского на деньги Государственного Комитета по кинематографии Российской Федерации. 
Дело сейчас не в этом.

Когда все воевали и кишками тащили свою страну из ямы, Тина Кароль скакала по сценам — ну какого вы от неё еще исполнения гимна ждете, кроме как все той же демонстрации своего содержимого декольте в платье от кого там, Габана, что ли. 
Алан Бадоев всю жизнь клипики ставил — какого еще дня независимости вы от него хотите?
Ничего другого и не могло получиться. 
Кто на что учился.

Бадоев, может, и сам хотел сделать здорово и хорошо, но вот представление об Украине у него — такое. С Тиной Кароль на крыше Консерватории. Откуда, собственно, последние самые жуткие события Майдана и начались. Да только откуда ему это знать. 
Но дело, повторюсь, даже не в этом.

Дело в том, что активная часть общества, живущая полностью в реальной жизни, знающая, как устроена эта жизнь и тащащая её на своих плечах, встретилась с избранной властью, живущей полностью в своем телевизоре, полностью в отрыве, полностью в параллельном виртуальном мирке-тусовке, и ничего понятия не имеющей про жизнь реальную. 
Точнее, ровно наоборот.
Виртуальная власть столкнулась с реальной страной.

И, надо признать, страна выглядит намного лучше. 
Точнее, активная её часть, безусловно. 
Активное пассионарное меньшинство.
То, которое и составляет любую нацию.

Да, я, как и многие, в значительной мере тоже успокоился после марша ветеранов. Реальная Украина выглядит и логичнее, и цельнее, и рациональнее, и разумнее, чем её телевизионная сериальная власть. 
Она никуда не делась. Она по прежнему готова. И отстаивать страну, и развивать её, и тащить на себе дальше. То ощущение силы, единства, скалы, которое, надо признать, было утеряно после выборов — я его опять почувствовал. 
Я опять почувствовал гордость.

То, что произошло на Майдане… Это даже не обрушение рейтинга. И не потеря легитимности. 
Это всё не правильные слова. Рейтинг, конечно, поплыл. Но не обрушился. 
И легитимность никуда не делась — у президента, избранного тремя четвертями страны, легитимности хоть отбавляй.
Это было событие другого порядка. 
Это было осознание того, что власть не принадлежит этой реальности. 
Что она существует в каком-то своем параллельном, измерении. И со страной не соприкасается никак. Совершенно. 
Вот просто нет никаких точек пересечения. 
Ну не Тина же Кароль на крыше и не девушка с тарелкой являются точками соприкосновения этой сериальной власти с этими мужиками в камуфляже.

Правительство на другой планете живет, родной…

Потому что власть, живущая в каком-то своем телевизоре, перестает восприниматься, как власть. 
Ну вот на Майдане есть какие-то люди. Они что-то там ставят. Ну и бог с ними. Пусть ставят. Пусть играются. К нам они никакого отношения не имеют. У нас свои, взрослые дела. А это — не власть. Это не Главнокомандующий. Это не руководители нации, определяющие её стратегию и способные взять на себя ответственность за это.

Лучшее определение я прочитал в ленте: «Стало понятно, что президента у нас таки нет. А нация у нас таки есть»
Очень точно.

И, в общем-то, эта ситуация совсем не так уж и плоха. Какая-то певичка играется в то, что она лицо нации, исполняющее её гимн, да и пусть играется. Бог с ней. 
Певичка допела, ушла — и нация вышла на Крещатик. Десятками тысяч человек. И никуда не делась. 
Нация — вот она. 
Здесь.

И, вроде бы, можно успокоится. Не вся страна сошла с ума. Как могло показаться в последнее время. 
Отставить истерику.

Но. Ложка дёгтя заключается в том, что это — классические два центра силы.

Абсолютно легитимный президент, а, повторюсь, у президента, избранного тремя четвертями страны, легитимности хоть отбавляй, и большинство — пассивное, но большинство — стоящее за ним. А также государственные инструменты насилия. В виде лояльных силовых министров.
И прошлый президент, который сейчас начнет становится лидером оппозиции и, даже, вполне возможно, лидером нации — я все еще имею в виду активную часть населения — который идет по Крещатику во втором ветеранском марше. У которого есть неофициальные инструменты насилия. И лояльные командиры подразделений.
Что вы не говорите, ветеранский марш был демонстрацией — еще не силы, нет, и даже не намерений , но — красной черты. Демонстрацией готовности. 
Это вот прям просто классические два центра масс. 
Два центра силы.
И это не лучшая ситуация для воюющей и еще так и не вставшей до конца на определенный путь страны.

Даже не два центра масс. 
Две Украины. 
Телевизионная, Украина «Сватов», и реальная — Украина масксетей. 
И у каждой есть свой лидер. 
И у каждой есть своя масса.

Да, масса второй будет потихоньку истончаться, и даже, возможно, перетекать к массе первой.
Но окончательно она не растворится.

И это — фундамент, основа любого гражданского противостояния.

Нет, нет, упаси Боже, я сейчас совсем не хочу пугать. 
Такая ситуация совсем не обязательно приведет к гражданскому противостоянию. Развитие ситуации совсем не предопределено. Вот вообще. Ситуация совсем еще не втянулась с воронку безальтернативности. Возможно сотрудничество сторон. Возможен нейтралитет. Возможно даже слияние. Совсем не обязательно жесткое противостояние.
Но если это все же случится — то фундамент был заложен здесь. 
На Дне Независимости.
Двадцать четвертого августа две тысячи девятнадцатого года.

И вот тут мы подходим к вилке, у которой, при наличии нескольких ветвей развития, по сути, все же только два основных варианта.

Либо власть считывает этот сигнал, понимает его, принимает к сведению и дальше начинает — нет, не возвращаться в реальность, она не может вернутся в реальность, потому что никогда в ней не была — но она начинает двигаться из телевизора в строну реальности — и тогда ситуация уже гарантированно не достигает критического уровня, либо…

В Порошенка Зеленский, конечно, не превратится, но если он поймет, что его главная задача не превратится в поручика Ржевского — уже полбеды сделано. Общественный договор между нацией и властью в данном случае будет выглядеть так: «Ок, ты там сиди, записывай свои видосики, но только, блин, руками ничего не трогай. Мы сами все сделаем. А если захочешь — и тебе поможем, расскажем и подскажем и начнем сотрудничать». 
И это хороший вариант.
Потому что стать ещё одним Януковичем общество власти уже не позволит, это уже очевидно. 
Либо…

В общем, либо власть отдупляет, что происходит, и тогда мы просто теряем пять лет, которые она потратит на то, чтобы понять реальность, а созданный предыдущей властью задел прочности окажется достаточно большим, чтобы перетянуть эти пять лет без развала страны.
Либо — не либо. 
И тогда это будет плохой вариант.

Но я сейчас в любом случае смотрю на ситуацию оптимистичнее, чем полгода назад. 
Хоть и с ложкой дёгтя. 

Аркадий Бабченко

P.S.

Полагаете, не найдется одного, кто выстрелит первым? Вот я уже не уверен.
А дальше — всё. Никакого мирного Майдана уже не будет. Сразу кровавая каша. Сразу гражданская война. 
Армия, воюющая во внешней войне, внутри страны тоже начинает стрелять гораздо легче, чем в мирное время.
Мне кажется, Украина совершенно не понимает, на каком волоске она сейчас висит. 
В какую точку бифуркации сейчас входит.
Добавьте сюда лояльного министра внутренних дел — и вы можете представить, какой хаос может создать даже один человек в государственной системе управления.
Вы думаете, бред параноика?

Аркадий Бабченко, 21 марта 2019 года.

Леночка, я напишу позже об этом пост. Представляю себе атаку «Фейсбука» на всю фракцию «Слуга народа». Хочу только тебе написать: мы оставляем Авакова. Другого пути нет. Порошенко готовит переворот. И очень серьезно готовит. Он ждет, что мы отправим Авакова в отставку, чтобы сразу начать. Сегодня, скорее всего, снимем неприкосновенность. Но оставим министра МВД. Я расстроена очень, но другого пути пока нет. Он останется до декабря. Именно на декабрь Петя готовит путч

Лиза Богуцкая, сегодня. 
Ваш дедушка Ванга.

А, нет, еще один момент. 
Человек живет в том мире, в каком он живет. 
И действует так, как он видит тот мир, в котором живет. 
Но проблема в том, что тут точно так же верна и обратная корреляция — человек видит мир так, как он действует. Его действия влияют на его восприятие мира. 
То, что пришедшие к власти люди становятся параноиками, не новость. Ситуация совершенно стандартная. 
Конечно, тот факт, что человек полностью улетел с катушек на теме заговора с карбонариями в первые же четыре часа первого же рабочего дня — случай совершенно уникальный. 
Но говорит он не только об уникальности нервной системы пани Богуцкой. 
Самое главное, он говорит о её мировоззрении. 
Которое у неё сложилось под результатом её действий. 
Мне вот, например, в голову не придет мысль о том, что Порошенко готовит переворот. 
Потому что он избран демократическим путем. Ушел демократическим путем. В Раду избрался демократическим путен. 
Но самое главное — мне в голову не придет эта мысль потому, что если бы я пошел во власть — я бы действовал тоже только и исключительно демократическим путем. 
Потому и всех остальных людей я в первую очередь воспринимаю так же. Как и себя. Как действующих законными демократическими методами. 
Так вот.
То, что Лиза Богуцкая в первую очередь думает о готовящемся Порошенко госперевороте — характеризует не Порошенко. 
Это характеризует Лизу Богуцкую. 
Братцы, а они реально во время сбора трусов на Михо-майдан переворот-то готовили. 
А мы ржали…
Это та реальность, в которой живет Богуцкая. 
И эта ровно та реальность, которой она и боится. 
Она не боится проиграть демократически, потому что никогда в этой реальности не жила. 
Она боится переворота — потому что жила в такой реальности. 
Реноме. 
Теперь мы имеем в Раде психически неустойчивого человека, который обладает не последней степенью влияния и активности, который видит вокруг заговоры Порошенко и который готов этим заговорам противостоят путем заключения сделок с Министром МВД, создавшим свои частные подконтрольные ему дружины. 
А мы еще над фотографами с тамадами ржали…
Вот теперь — 
Ваш Дедушка Ванга.

Механизм агрессии заключается в том, что государство-агрессор раскалывает страну-жертву изнутри. Для этого всячески инспирируются, разжигаются имеющиеся внутренние противоречия, неважно какие – национальные, религиозные, социальные или территориальные. Затем эти противоречия трансформируются в открытое противостояние оппозиционных сил и правительства. Если правящий режим пытается сохранить власть, то следующим этапом становится гражданская война. Страна – жертва агрессии при руководстве и поддержке извне сама убивает себя. В ходе внутреннего вооружённого конфликта уничтожается людской потенциал государства, разрушается экономика, теряется политическая самостоятельность. У населения страны -жертвы агрессии происходит полная потеря ориентации в системе координат «свой – чужой». Вместо того чтобы объединиться перед лицом внешней агрессии, часть населения вступает в борьбу против другой части своего народа. Агрессор при этом выступает в роли «защитника» одной из сторон внутреннего конфликта, им же спровоцированного. Страны-жертвы, зачастую так и не осознав, кто агрессор, оказываются побеждёнными и отброшенными в своём развитии на 15–20 лет назад.
Это, напомню, из выступления начальника ГОУ ГШ ВС РФ генерал-полковника Владимира Зарудницкого на III Московской конференции по международной безопасности под эгидой МО России 23 мая 2014 года.
Так, чисто напомнить.
Если кто забыл.

Поделиться:
Загрузка...