После беспрецедентной высылки десятков российских дипломатов из ряда стран цивилизованного мира – от Австралии до Канады, после отзыва другими странами послов из России, после того, как даже самым далеким от политики россиянам стало ясно, что их страна превращается во всемирного изгоя, в российских медиа и социальных сетях все чаще появляется вопрос: «Неужели это нас наказывают за Крым»?
Этот вопрос контрастирует с настроениями, превалировавшими в российском обществе в трагические дни оккупации и аннексии Крыма. Тогда преобладало мнение, что Запад быстро успокоится, да и Украина признает, что «Крым наш» – куда же она денется? Помните это наглое и самодовольное «не смешите мои «Искандеры»? Хочется спросить обладателей этого ценного арсенала: и что «Искандеры»? Отсмеялись?
Конечно, это никакое не наказание за Крым. Это жест гнева после, как считает Великобритания, российской химической атаки в Солсбери. Это ответ на вмешательство России в избирательные процессы в странах Запада. На действия Кремля в Сирии. На войну на Донбассе. Но все начиналось в Крыму.
Конечно, это никакое не наказание за Крым. Но все начиналось в Крыму
Некоторые могут сказать, что пленку нужно отмотать на куда более раннюю стадию – например, на начало войны против Грузии. Да, это была позорная война, которая сопровождалась отвратительными этническими чистками. Но аннексия Крыма сопровождалась еще и совершенно беспрецедентным, с точки зрения международного права, поступком Владимира Путина. Впервые со времен Второй мировой войны одно государство присоединило к себе оккупированную территорию другого. Это не было похоже ни на Абхазию, ни на Южную Осетию, ни на Северный Кипр, ни на Косово, ни на Нагорный Карабах.
Слабая аналогия просматривается и с аннексией Восточного Тимора Индонезией – но Восточный Тимор был не неотъемлемой частью территории Португалии, а ее заморским владением, которому метрополия собиралась предоставить независимость.
Рано или поздно пленку придется отмотать назад – к черному дню аннексии Крыма
Этой «крымской операцией» Путин перешел все красные линии, которые только можно было перейти. И вся последующая российская политика – следствие этого перехода, этого головокружения от успехов, этой наивной веры, что после Крыма можно все.
Оказалось, что не все. Россия попала в очевидный дипломатический тупик – и этого не могут не замечать даже те, кто все еще верит, что не сегодня, так завтра Запад договорится с Кремлем и разделит с ним мир.
Но это не означает, что из тупика нет выхода. Выход есть – отказ от внешнеполитических авантюр, от дестабилизации цивилизованного мира, от издевательств над Украиной и ее гражданами, от поддержки диктатуры в Сирии. И отказ от Крыма. Это, как говорится, даже не дискутируется. Уверен, рано или поздно пленку придется отмотать назад – к черному дню аннексии.
