75 лет назад, 23 августа 1943 года, завершилось крупнейшее сражение Второй мировой войны и одно из самых грандиозных танковых сражений в истории — битва на Курской дуге, продолжительность которой составила около 50 дней.
В ней участвовало, в общей сложности, около 3 миллионов солдат и офицеров, почти 8 тысяч танков и самоходных артиллерийских установок, не менее 4500 самолетов. Немецкие историки дают оценку этой битве.
Операция «Цитадель»
Летом 1943 года «третьему рейху» в последний раз удалось объединить столь крупные силы на Восточном фронте. Это было сделано для того, чтобы нанести удар по наступавшим советским войскам и отрезать сосредоточенные на Курской дуге — выступе на линии фронта, который образовался по итогам зимней кампании 1942-1943 годов — силы Красной армии, а затем их уничтожить. Однако операция «Цитадель» (так она называлась в планах командования вермахта) провалилась. Курскую битву немцы проиграли.
«Главный результат Курской битвы заключается в том, что после поражения в ней у немцев больше не было возможности развертывать крупные наступательные операции. Это было последнее масштабное наступление вермахта на немецко-советском фронте в период Второй мировой войны, после которого нацистская Германия окончательно утратила инициативу на Восточном фронте», — подчеркивает куратор Военно-исторического музея бундесвера в Дрездене Йенс Венер (Jens Wehner).
Как поясняет мюнхенский историк Роман Тёппель (Roman Töppel), «именно поэтому многие генералы вермахта, выступавшие за проведение Курской битвы, потом стали утверждать, что идея развернуть это сражение принадлежала исключительно Гитлеру (Adolf Hitler). Однако это не так. Как раз Гитлер был поначалу против Курской битвы. С идеей провести операцию «Цитадель» выступил командующий 2-й танковой армией генерал-полковник Рудольф Шмидт (Rudolf Schmidt). А затем в ее необходимости убедили и Гитлера».
Вся ответственность — на Гитлере?
Изучением истории битвы на Курской дуге Роман Тёппель занимается уже много лет. Он даже написал о ней книгу под названием «Kursk 1943. Die größte Schlacht des zweiten Weltkrieges» («Курск — 1943. Крупнейшее сражение Второй мировой войны»). Она издана в 2017 году и уже переведена на испанский, английский, французский языки, а осенью нынешнего года должна появиться и на русском. В качестве источников использованы архивные материалы и военные дневники. Роман Тёппель — один из немногих историков, получивших доступ к архиву немецкого генерал-фельдмаршала, участника Первой и Второй мировых войн Эриха фон Манштейна (Erich von Manstein), который считался наиболее одаренным стратегом вермахта. Архив хранится у сына Манштейна.
Работая над своей книгой, Тёппель не ставил перед собой цель подробно описывать ход сражения на Курской дуге. Вместо этого он попытался развеять существующие по сей день многочисленные заблуждения относительно Курской битвы. Так, некоторые историки и мемуаристы утверждают, что предпринятая немцами операция «Цитадель», явившаяся прологом сражения под Курском, могла бы завершиться успешно, если бы Гитлер начал ее раньше. Но он хотел дождаться поставок новых танков и поэтому перенес ее на июль.
«В ряде военных мемуаров приходится читать, что если бы немцы начали эту операцию в мае 1943 года, то она бы прошла успешно. Но это совершенно не соответствует действительности: в мае начать ее было невозможно, поскольку погодные условия на Восточном фронте этого не позволяли: беспрерывно шли дожди», — напоминает Роман Тёппель.
Подбитая немецкая самоходная артиллерийская установка «Фердинанд»
Гитлер действительно возлагал большие надежды на новые модели танков. «К Курску немцами было стянуто очень много новейшей техники, например, около 130 тяжелых танков «Тигр». В сражении на Курской дуге также впервые использовались танки «Пантера». Они были задействованы там в количестве примерно 200 машин. В боях участвовали более 1300 самолетов люфтваффе», — перечисляет Йенс Венер. Надо, правда, заметить, что эти и другие цифры, которые приводят историки и мемуаристы, порой заметно различаются в зависимости от источников.
Битва под Прохоровкой: кому досталась победа?
Как бы там ни было, но успех сначала был на стороне вермахта — во время развернутого 12 июля 1943 года танкового сражения под Прохоровкой, ставшего самой известной частью операции «Цитадель». По данным военного историка Карл-Хайнца Фризера (Karl-Heinz Frieser), в этом сражении участвовали 186 немецких и 672 советских танка.
И хотя германским войскам не удалось взять станцию Прохоровка, потери Красной армии были очень чувствительны: она потеряла 235 танков, а немцы — меньше десятка.
«В битве под Прохоровкой советские войска потерпели сокрушительное поражение. Однако их командование преподнесло итог сражения как победу и сообщило об этом в Москву. В свете окончательной победы Красной армии в Курской битве это выглядело потом достаточно правдоподобно», — рассказывает историк Маттиас Уль (Matthias Uhl).
Но как же Красная армия, чьи силы значительно превосходили силы противника (почти вдвое больше танков и 130 тысяч солдат и офицеров против 70 тысяч немцев), могла проиграть это сражение? По словам Карл-Хайнца Фризера, в битве под Прохоровкой советские генералы наделали множество ошибок, потому что их торопил Сталин. Расплачивались человеческими жизнями. Так, 29-й танковый корпус, посланный в наступление без достаточной предварительной разведки, был встречен огнем спрятанных в укрытии немецких танков. И был почти полностью уничтожен.
Легенда от военачальника Эриха фон Манштейна
Есть утверждения, что немцы проиграли Курскую битву из-за преждевременного приказа Гитлера прекратить наступление на северном участке и перебросить отдельные танковые части из Курска на Сицилию, где высадились британские и американские войска. Роман Тёппель и Йенс Венер это опровергают.
Как пояснил Тёппель, «изначально такой миф появился в мемуарах Эриха фон Манштейна. Однако это всего лишь легенда. Наступление 9-й германской армии на северном участке Курской дуги уже 10 июля было отбито. Кроме того, Гитлер отдал приказ о прекращении наступления к северу от Курска не из-за высадки союзников на Сицилии, а из-за начавшегося 12 июля наступления советских войск под Орлом».
Генералы, сваливавшие вину за поражение в Курской битве единственно на «фюрера», утверждали также, что в результате провала операции «Цитадель» немцы не понесли бы столь тяжелых потерь, если бы летом 1943 года на Восточном фронте они не перешли в наступление, а оставались на оборонительных позициях.
«На самом деле и это не так. Начнем с того, что операция «Цитадель» не стоила немцам таких уж огромных потерь. Во всяком случае, они не превышали потерь, понесенных во время оборонительных боев. А во-вторых, в 1943 году у немецкой стороны просто не было возможности оставаться в обороне и сохранять силы, так как Красная армия все равно перешла бы в наступление, и тяжелых боев, которые привели бы к не меньшим потерям, было бы не избежать», — поясняет Роман Тёппель.
Переоценка в России, недооценка на Западе
В советской и российской историографии битву на Курской дуге считают окончательным переломным моментом Второй мировой войны и третьим по значимости сражением после обороны Москвы и Сталинградской битвы. Однако немецкие историки такую установку опровергают.
«Курская битва была крупнейшим и одним из самых кровопролитных сражений Второй мировой войны, но ни в коем случае не решающим. Ведь самое позднее уже в 1942 году, после провала операции «Барбаросса» и двух неудачных германских наступательных операций на Восточном фронте, а также с вступлением в войну США, после сражения у атолла Мидуэй, в результате которого инициатива на тихоокеанском театре военных действий перешла к американцам, стало ясно: эту войну Германии не выиграть», — констатирует Роман Тёппель.
А вот на Западе Курскую битву, наоборот, недооценивают. По словам Йенса Венера, тут больше знают о Сталинградской битве и высадке союзников в Нормандии, а также о военном противостоянии между англо-американскими и итало-немецкими войсками в Северной Африке. Однако тем, кто по-настоящему интересуется историей Второй мировой войны, о Курской битве хорошо известно, поскольку она имеет большое военно-историческое значение.
Как бы то ни было, точку в работе по изучению Курской битвы ставить рано, считает Маттиас Уль. «Чтобы получить истинное представление о реалиях этого сражения, ученым необходимо еще много работать в советских и немецких архивах, изучить массу документов и материалов. Сейчас, например, историки занимаются анализом немецких документов военного времени, которые после Второй мировой войны на долгое время осели в архивах министерства обороны СССР, а потом России. В настоящее время эти бумаги оцифровываются, и скоро они будут доступны в интернете», — сообщил немецкий историк.
dw.com
