Кстати. Крымские реестры закрыты. Итак, продав или купив что-то там, нужно проводить дополнительное соглашение купли-продажи здесь. Два соглашения, два налогообложения и куча потерянного времени.
К тому же не всегда есть возможность притащить человека с оккупированной территории для оформления еще одного договора. Именно поэтому многие переселенцы, продав недвижимость в Крыму и приобретя на материке, согласно реестрам обладают теперь двумя объектами недвижимости, хотя по факту имеют только один. Поэтому они ограничены в доступе к субсидиям и жилищным льготам. Такова реальность.
Помню даже как борцуны за переселенческое счастье даже поднимали вопрос признания по факту договоров купли-продажи по законодательству оккупанта. К счастью этого удалось избежать, но оформление сделок с крымской недвижимостью на материке — дело сложное и неблагодарное.
Поэтому когда судья Тупицкий говорит, что не знал, как вносить новоприобретенную землю, я ему верю. Я тоже не знаю. Никто не знает.
А вот что меня интересует, так это вопрос паспорта. По указу Путина, украинские граждане не могут владеть крымской землей. До 1 января 2021 года у них есть время, чтобы или продать ее, или получить российский паспорт и оформить, как собственность российского гражданина. Это ставит вопрос о наличии гражданства страны-агрессора у многих украинских чиновников и бизнесменов.
Напоминаю, что Украина не признает паспорта только жителей оккупированного Крыма. Прокуроров, судей и чиновников, имеющих постоянную регистрацию на материке, тайно меняющих гражданство, чтобы не потерять крымское имущество, это не касается. Представляете, какое количество украинских чиновников может потерять должности, если Россия обнародует факт их российского гражданства? Поэтому вопрос не в невнесенной в декларацию земле. Вопрос в гражданстве и возможном давлении со стороны оккупанта на тех, кто сегодня выполняет властные функции.
