Когда российские журналисты обратились к депутатам Госдумы с просьбой прокомментировать заявление украинского президента Владимира Зеленского о поручении, которое он дал главе своего офиса Андрею Ермаку готовить встречу с Владимиром Путиным, одна из опрошенных – депутат Светлана Журова – сказала, что лучшим местом для президентской встречи мог бы стать Крым. Мол, именно с Крыма началось ухудшение российско-украинских отношений, пусть с Крыма начнется и улучшение.
Это пожелание, пожалуй, как нельзя лучше демонстрирует, что на самом деле в Москве думают о целях своего диалога с Киевом. С украинским президентом стоит встречаться вовсе не для того, чтобы найти взаимопонимание, а, видимо, чтобы заставить Украину признать правомочность и легитимность нынешней политики России по отношению к Украине.
Крым, конечно же – самое лучшее место для украинской капитуляции. С точки зрения Кремля, разумеется
И Крым, конечно же – самое лучшее место для украинской капитуляции. С точки зрения Кремля, разумеется. Ведь если международное сообщество отказывается признать российские претензии на Крым и продолжает считать аннексированный Россией полуостров неотъемлемой частью Украины, то, видимо, нужно сделать так, чтобы сама Украина отказалась от Крыма. Лучше всего – в Крыму.
С точки зрения Кремля, лучше всего, чтобы президент Украины начал свой визит в Россию с Крыма – это даже приятнее и полезнее, чем коленопреклонение в Москве. А там уже дальше можно будет решать все остальные вопросы двусторонних отношений. Даже вопрос Донбасса. Потому что в случае признания российского права на Крым, думаю, вся Украина будет как оккупированный Донбасс – уже не столько государством, сколько территорий, которую будут курировать российские спецслужбы.
В Москве видят решение проблем Крыма и Донбасса вовсе не в договоренностях с Украиной, а в дальнейшей дестабилизации Украины
И это, уверен, совершенно логичная цель современной России. Уже приходилось объяснять, что в Москве видят решение проблем Крыма и Донбасса вовсе не в договоренностях с Украиной, а в дальнейшей дестабилизации Украины, в подрыве ее государственности, в попытках заставить Киев признать правомочность оккупации Крыма и автономию оккупированного Донбасса.
И это почти по-сталински, только куда шире. Уже нет «нет человека – нет проблем», а «нет государства – нет проблем». Вот если не будет Украины, то и проблем у России, видимо, будет гораздо меньше.
Могут сказать, что это политическая теория. Но вот только предложение российского депутата организовать встречу Путина и Зеленского в Крыму – это уже не теория, а вполне реальное политическое заявление, которое тиражируют российские медиа. Это то, уверен, чего Кремль реально хотел бы от Украины и ее президента. Понятно, что Владимир Зеленский не поедет в Крым. Но, наверное, ему стоит знать, чего от него на самом деле хочет Владимир Путин.
P.S. У меня три новости. По сути опять началась холодная война между цивилизованным миром и мордором. Счет стран выславших дипломатов РФ уже идет на десятки. Больше одного десятка так точно. 14, если точно. Так уже было при СССР и закончилось развалом. Это хорошая новость.
Украина самый близкий к мордору заложник, на который будут давить. Нас будут запугивать и через нас будут пытаться делать больно цивилизованному миру. Мордор любит локальные военные конфликты. Умеет и любит их применять. Это плохая новость.
И самое главное — мы проехали сотни километров по фронту. Мы общались с сотнями бойцов и офицеров. Страха нет ни у кого. Вообще. Просто готовность. Воевать. Вот и все. Возможно часть заробитчан и боится, но это не наша аудитория и они не сделают погоды. Запугать ЗСУ не получится. Уже не получилось. Спокойно и деловито все готовятся к любым развитиям событий. Как картошку весной сажать и огороды копать, вот точно так же будут делать двести. И да, если политики решат капитулировать, плохая новость для них. Управление будет потеряно. Потому что есть Конституция Украины и есть обязанность и ПРАВО защищать Украину. И збройныки будут защищать. И всегда найдутся те, кто сможет заменить испугавшихся в Киеве.
Доверяйте армии. Армия воюет. Армия будет воевать. Это наша армия.
