Тише, тише! Что он прячет?
Если прячет, это значит —
Тайну прячет он от нас!
Тише, тише! Осторожно —
Догадаться невозможно,
Что скрывает Карабас!
Песня кукол из к/ф "Приключения Буратино"
Самое парадоксальное – это то, что нашлись политики и политологи, которые совершенно искренне верят, что подписание московских газовых контрактов, или, скажем, выводы докладной записки Виктора Пинзеника, сулят Юлии Тимошенко неминуемую электоральную погибель.
Как будто живут эти эксперты в какой-нибудь Швейцарии, где кругом одни французы, и последние лет пять Украину не рассматривали даже на глобусе.
А Юлия Владимировна, как всегда в аналогично острых ситуациях, действует сверхэнергично: раздает интервью, проводит пресс-конференции, выступает в ток-шоу. То, что при столь напряженном графике она выкраивает время еще и поруководить правительством, — уже само по себе достойно особого восхищения.
На фоне бурной деятельности госпожи премьера даже наступление, развернутое её фракцией по всем ключевым направлениям — Нацбанк, СБУ, импичмент, etc. – воспринимается, как отвлекающий маневр.
Напрасно педанты высчитывают колебания электоральных полей. Тут и без дифференциального исчисления понятно, что в своей очередной великой победе Тимошенко убедила далеко не всех. Но и 40% верующих – тоже хороший результат. И даже 30% — неслабый, учитывая общее падение доверия сограждан к отечественным политикам.
Вполне возможно, что лучших соглашений по разрешению газового конфликта в сложившейся ситуации добиться было уже практически невозможно.
Но именно поэтому и не должно быть никаких недомолвок в том, какие, собственно, обязательства приняли на себя договаривающиеся стороны. Однако, как свидетельствуют тексты документов, полагаться на победные реляции Юлии Владимировны было бы опрометчиво.
Очевидны нюансы. Во-первых, вопрос цены на газ фактически свелся к игре в "орлянку": если мировой кризис продолжится – цена будет падать, если начнется восстановление мировой экономики – цена сначала перестанет падать, а потом начнет расти.
При этом снижение цены — факт сам по себе, безусловно, отрадный — в качестве симптома может оцениваться только отрицательно. Как свидетельство того, что глобальный кризис продолжается, а это отодвигает и надежды на восстановление украинской экономики.
Правда, есть и позитив. Когда, наконец, начнется восстановление, украинская экономика будет иметь поддержку – невысокие, а, может быть, к тому времени даже низкие на первых этапах цены на газ.
Нюанс №2 заключается в том, что хозяева заводов, газет пароходов, в частности, из Партии регионов, без явно выраженной благодарности восприняли торжественное обещание правительства отдавать им газ по $228 – в нынешних условиях практически задаром.
Казалось бы, Кабмин все так популярно объяснил: возьмем дорогой газ, смешаем с дешевым, разделим на коэффициент, прибавим плюсы, вычтем минусы, и — ахалай-махалай! — получаем искомые $228! Alles!
Но нет в глазах благодарного блеска. То есть, радуются, конечно, но почему-то скрывают. То ли с детства боятся верить иллюзионистам, то ли заранее ознакомились с секретным докладом министра финансов.
Впрочем, ощущение странности происходящего появилось до обнародования документов. И до подписания контрактов. Оно появилось еще при первых залпах "газовой войны".
Ну да, когда делегация "Нефтегаза" покинула переговоры, и когда затем в новогоднюю ночь было оглашено совместное заявление президента Виктора Ющенко и премьера Юлии Тимошенко.
В этом была бросающаяся в глаза иррациональность — учитывая раскаленную атмосферу их абсолютного взаимного неприятия. Учитывая, что лишь несколькими днями ранее премьер рубанула наотмашь: "Все заявления президента, причем все без исключения, не имеют под собой ни одной составной правды".
Уже тогда эмоциональная филиппика главы правительства навеяла автору невольные ассоциации с известным логическим парадоксом: "критянин Эпименид утверждает, что все критяне – лжецы".
А уж провозглашение Юлией Тимошенко совместной с Ющенко декларации превратило неясную ассоциацию в полное тождество. Словно персонаж из учебника логики сам прокричал на всю Элладу: "А я – натуральный критянин"!
В учебнике это – классический парадокс, для которого давно найдено несколько решений. Для нашего случая решение пока не предложено.
Точнее, — не предложено непротиворечивого решения.
Противоречащих логике событий и просто логике предлагалось множество. Начиная с патриотической версии, согласно которой руководители страны стали плечом к плечу, защищая государственные интересы.
И заканчивая утверждением, что "Заявление" вообще не имеет никакого значения, поскольку фактическими его авторами вовсе не являются гражданин Ющенко В.А. и гражданка Тимошенко Ю.В.
Собственно, никто и не предполагал, что премьер с президентом самолично подбирали слова своего воззвания, запершись вдали от глаз людских в отдельном кабинете.
Высшие руководители Украины текста своего "Заявления" могли и в глаза не видеть! Но он был обнародован от их имени. И никем из них это обнародование не было опротестовано.
А вот действовали стороны диаметрально противоположным образом. Сначала в кулуарах, а потом в СМИ все громче звучал рассказ о том, как Виктор Ющенко сорвал подписание контракта. Как он телефонным звонком отозвал украинскую делегацию с переговоров, пытаясь добиться сохранения коррупционного (так объявлено) посредника — "РосУкрЭнерго".
А потом эту скорбную весть многократно повторила и сама госпожа премьер — в тех самых своих многочисленных интервью, на пресс-конференциях и ток-шоу.
И картинка перестала быть парадоксальной. Она стала вопиюще, вызывающе абсурдной.
С одной стороны — нет никаких оснований сомневаться в том, что скандальный звонок Виктора Ющенко имел место. И наша делегация действительно покинула переговоры. Это и стало началом безнадежной и дорого обошедшейся "газовой войны".
Но, с другой стороны, — никак не объяснимо и поведение премьер-министра. Никаких своих нынешних разоблачений она в те дни не делала, но, совершенно напротив, – подписала совместное заявление с Ющенко, тем самым солидаризировавшись с ним и поддержала его позицию.
То есть, в свете озвученных самой же Тимошенко реалий – фактически она "подписалась" за РУЭ? А также, заодно, одобрила отъезд нашей делегации?
Следует, видимо, уточнить: одобрила и срыв переговоров, и факт выполнения делегацией указаний президента?
Тут уместно задаться вопросом — с каких это пор подчиненные Тимошенко стали безропотно выполнять противоречащие премьерской воле президентские указания?
Если, конечно, это не "засланные казачки" — по изящному выражению Юлии Владимировны. От них она как раз собирается беспощадно избавиться.
Но главу НАК "Нефтегаз" Олега Дубину, возглавлявшего украинскую делегацию, премьер-министр к "казачкам", похоже, не относит. Наоборот, Олега Викторовича с неподдельным сочувствием выводят из-под удара…
Неудивительно, что в БЮТе совместное заявление сейчас стараются не вспоминать. Совсем.
Но вот то, что о нем не вспоминают в президентском секретариате – объяснения не имеет.
"Война" шла тоже странно.
Виктор Ющенко – тот вообще с чувством выполненного долга уехал кататься на лыжах, явив тем самым разительный контраст с российским властным дуэтом.
Владимир Путин и Дмитрий Медведев включились в сражение буквально с первого же дня. Интервью, выступления на официальных мероприятиях, пресс-конференции, объяснения с официальными лицами Евросоюза и стран Европы, "синхроны" в выпусках новостей – весь арсенал был задействован по самой полной программе.
На этом этапе тоже бросались в глаза два загадочных обстоятельства.
Положим, для Ющенко всегда было характерно самоустранение и ожидание того, что все сложные проблемы сами собой разрешатся к вящей его славе.
Но для Тимошенко молчание, затянувшееся на неделю, да еще в столь драматичных обстоятельствах, являлось фактом совершенно исключительным.
Госпожа премьер чего-то ждала?
И второе. С российской стороны все участники баталии – от Путина с Медведевым до пресс-секретаря "Газпрома" — день ото дня последовательно озвучивали одно и то же, разумеется – свое, видение событий.
С украинской же стороны на огневом рубеже оказались лишь чиновники второго, а преимущественно – третьего-четвертого эшелонов. И в их выступлениях не было ни последовательности, ни системы.
Можно утешаться тем, что именно такой – непричесанной и не прилизанной – иногда предстает истина. Но позиций Украины это отнюдь не укрепляло.
Все это очень, очень странно. Но не "необъяснимо", а всего лишь не объяснено. И это симптом мрачный.
Поскольку, даже выдавая на-гора пиар-версии любых событий, любого кризиса, наши лидеры пуще огня боятся, что приоткроется действительная подоплека – пусть даже сильно порочащая конкурентов.
Потому что – кто в большей, кто в меньшей мере – в этой подоплеке все они связаны одними и теми же проектами, одними "гешефтами", одними поведенческими моделями.
И – одной на всех — надеждой на светлое будущее. Которое непременно настанет, когда в заведении сменится "мамка". И когда можно будет смело менять и мебель, и обои, и "девочек".
Хотя подобные грандиозные преобразования с каждым разом все труднее выдавать за радикальные реформы, призванные вести Украину по пути к высотам европейской цивилизации.
Валерий Зайцев
