За семнадцать с лишним лет путинского правления слышали ли вы когда-нибудь такие жалкие просительные почти стыдливые интонации, исходящие от его аппарата:
"Дайте старенькому бедненькому Пу посидеть на троне ещё 6 лет. Он даёт честное слово, что это будет в самый последний раз. Поверим ему, люди добрые!"
И этот удивительный текст в ночь с 19 на 20 февраля срочно в обязательном порядке вбрасывается во все федеральные СМИ. Что это – Слово к народу предвыборного штаба вождя Русского мира или протокол комиссии по организации его торжественных похорон?
Как Владимир III Таврический, сакральный березопомазанник, гроза пиндосов и национал-предателей, гордый повелитель самых лучших в мире проституток мог впасть в такое ничтожество, заискивающе выпрашивающее у бесправных смердов еще несколько безопасных годков во власти?
И всего за какие-то 5 суток с ночи на 14 февраля, когда провалился самый ценный агент его вашингтонской капеллы. Стало ясно, что никакой "сделки" по разделу миру не предвидится, и отношение США и Запада в целом к путинской гибридной агрессии будет только резко ужесточаться. Что уже отразилось и в риторике американских политиков на мюнхенской конференции и в последних кадровых назначениях президента Трампа.
И это еще не все. Есть один очень личностный сюжет. В последнее время один из его самых бюджетных агентов влияния Генри Киссинджер, 94-летняя проститутка, которая никак не может насытиться бешеными кремлевскими деньгами, повадилась льстиво называть Пу героем Достоевского. Не знаю, какие именно герои Достоевского и какие стороны их натуры вдохновили Киссинджера на столь изысканное литературное сравнение. Надеюсь, не сексуальные девиации Ставрогина или Свидригайлова.
Но вот одна навязчивая черта в поведении Родиона Романовича Раскольникова – возвращение на место своего преступления – с пугающим постоянством проявляется в последнее время у Владимира Владимировича Путина. В своем потоке сознания он вновь и вновь возвращается к теракту на Бостонском марафоне, совершенном братьями Царнаевыми. И каждый раз повторяет один и тот же заученную легенду:
"В 2011 году мы предупредили наших американских партнеров об исламистских связях проживавшего в США Тамерлана Царнаева. Коллеги не восприняли нашу информацию. Ну что ж, я распорядился Бортникову не ставить больше перед американцами этот вопрос. А через несколько месяцев Царнаевы совершили теракт на Бостонском марафоне. Вот видите, они не готовы сотрудничать с нами в борьбе против международного терроризма, даже когда речь идет об их собственной безопасности".
Царнаевы совершили теракт на Бостонском марафоне не через несколько месяцев, а через год и несколько месяцев – в апреле 2013 года. А в 2012 году Тамерлан Царнаев шесть месяцев провел в России, прибыв не какими-то тайными лесными тропами, а совершенно легально прилетев в аэропорт "Шереметьево". Царнаев никогда на это не решился бы, если бы не был абсолютно уверен, что в России он будет в полной безопасности.
Естественно, "исламист", чьей судьбой занимались в 2011 году Путин с Бортниковым, оказался с первой секунды его появления в Шереметьевском аэропорту под плотным контролем центральных структур ФСБ, т.е. в заботливых руках своих кураторов, включая лично Путина и Бортникова.
За эти 6 месяцев, как подробно об этом рассказывала "Новая газета", "Бостонский взрыватель был заряжен".
А 17 июля Царнаев беспрепятственно и благополучно вылетел из того же Шереметьевского аэропорта обратно в Бостон. Навстречу своей миссии и своей судьбе.
Ставший затем стандартным темничек "Сотрудничайте с Кремлем, иначе вас будут продолжать взрывать" впервые был полномасштабно отработан путинской пропагандой и ее зарубежной агентурой после теракта на Бостонском марафоне.
Обамовская администрация и руководители американских правоохранительных органов, наверняка, знали правду об организаторах бостонского теракта. Однако они не решились взглянуть этой правде в глаза – слишком она была чудовищна и слишком серьезных требовала выводов.
А вот для администрации Трампа одна из важных внутриполитических задач сегодня – отбиться от обвинений в путинофильстве, обрушившихся на нее после скандала с Флинном. И самый радикальный способ решения этой проблемы – перебросить "путинскую бомбу" на половину поля своих оппонентов, возобновив расследование всех обстоятельств бостонского теракта.
Вот таковы ближайшие перспективы российско-американских отношений. Крайне неблагоприятны они для частного лица В.В.Путина, оказавшегося бы вдруг без статуса главы государства.
Андрей Пионтковский
