Одна из самых удивительных ситуаций в украинском информационном поле – регулярный процесс натягивания совы на глобус.
Новая картина словацкого художника Радо Явора "Зимняя война". Как пишет сам автор, на создание этой работы его вдохновило увиденное в репортажах из Авдеевки
Обострение в Авдеевке – это попытка привлечь внимание Трампа к украинскому кризису и получить бонусы на переговорах. Артиллерийские дуэли сразу в трёх участках фронта – это потому, что новый американский президент поговорил с Путиным и дал ему добро на развитие событий на Востоке.
Или опросы, чем закончится ситуация в Авдеевке на сайтах ведущих украинских телеканалов – полномасштабным вторжением, как в ДАП или как в Дебальцево. Сюда же идут рассказы о том, что завтра ВСУ начнут наступление и войдут в миллионный Донецк, а в Краматорске уже начали раздавать повестки. Речь даже не идёт о слухах в социальных сетях или волнах – выходят аналитические статьи, подобное заявляют каналы с несколькими миллионами человек аудитории, идёт обсуждение на радио и ТВ.
Банально хочется схватить людей за воротник и кричать им в ухо о том, что происходит на фронте. Как ещё осенью бойцы на приморском направлении сидели без связи по 7 часов и принимали по 200 входящих за сутки. Как с наступлением ночи выбрасывались тонны железа через фронт с эффективностью в 1-2 раненых в сутки, но канонада стихала только под утро. Как шла кровавая незаметная возня за серые зоны – столкновения в посадках, подрывы на управляемых минах, огонь на десяти метрах в упор и вынос раненых под вой миномётов. Идёт война и любые обострения, даже такого масштаба, как под Авдеевкой – почти норма для позиционной войны.
Нет никакого Трампа, никакого хитрого плана – обе стороны пытаются улучшить своё тактическое положение (даже если в процессе выполняются другие цели). И совсем не важно – это капитан Кизило отправился отбивать позиции «роты Креста» и «Алмаз», а «Грека» перебросили туда отбивать, или всё было наоборот. Одна сторона пытается занять изолированные позиции с простреливаемыми неудобными коммуникациями, а другая начинает обострять, контратаковать и вести огневое поражение в глубину – раз за разом от Широкино и Светлодарска до стычек по фасу Донецка. Зачем в этой схеме конспирология – не особо понятно.
По итогам боёв под Авдеевкой – ВСУ сбили противника с опушки и опорного пункта возле разрушенного моста. Подход к ним был только с восточной стороны по «зелёнке» и быстро оказать помощь или отойти там нереально – именно поэтому на месте и остались «подснежники» в виде покрошенного гарнизона.
Теперь фланг противника на дачных участках в районе виноградников под угрозой – сидеть на «малых дачах» с нависающими зданиями промышленного комплекса, позициями возле Песочницы и так было не подарок. Сейчас же снабжение передовых секретов, НП и блиндажей становится настоящей проблемой для «гибридов». Есть небольшое продвижение под Бутовкой, возле прудов фильтровальной станции, рынок «Господар» хорошо просматривается со стороны зелёнки, есть в перспективе шанс выйти в сторону «депо» и «7-го километра» – мы продолжаем сковывать противника, охватывать его укреплёнными позициями с общей системой огня, максимально ограничивать ничейное пространство.
В идеале цель – соприкосновение с врагом до 500-700 метров, полная невозможность разворачиваться в серой зоне, ставить мины, выводить на ударные позиции станковые гранатомёты, выдвигать снайперов на нейтралку. Только жизнь в блиндажах, только пуд глины на ботинках, только вода по колено и бесконечные миномётные прилёты, выстрелы СПГ и пулемётные очереди.
Начиная с 2015 года – с попыток подрыва того же моста под Раздольным, пусков поездов под откос, поджогов техники и ликвидации одиозных командиров чётко видны поставленные задачи. И системная диверсионная работа, и уменьшение серой зоны, и локальные операции в спорной по Минску зоне преследуют примерно одну задачу – лишить противника инициативы и выматывать.
Просто мешаем им козлить. Никаких больше прорывов под аэродромы с ПЗРК, засад в тактическом тылу, постановок СВУ и весёлых рейдов с целью «покосить укропа». Только страдания, окопная война, нехватка людей и проблемы с ротациями. На фронте в 460 км в 2017 году Украина всегда будет иметь преимущество перед огрызками двух областей в плотности боевых порядков, частоте ротации и возможности провести слаживание. А «добровольцы» из РФ ресурс тоже конечный. Особенно на фоне примеров с Бушуевым, подрывами военного руководства ЛНР под домом и бунтов с простреленными ногами.
Одно дело приезжать на весёлую войнушку как Мильчаков – фотографироваться с убитыми, пытать пленных и отжимать машины. А другое дело сидеть в дырке в земле месяцами, получать по шее за проколы по службе и озираться в редких отпусках в пределе Донецка, чтобы не сгореть на работе. Кстати, одна из причин некомплекта до 40% в корпусах народной милиции (как повеяло совочком, ага) это именно окопная война – бесперспективное сидение на ноле под огнём, соблюдение Минска, пока в тылу подрывают и расстреливают первых лиц ополчения, а только ленивый не ездит «к укропам за едой», лекарствами и социальной помощью. Сохранять давление в котелке, не давая противнику выйти на оперативный простор и вести маневренную войну, одновременно воздействуя на мораль, пока у Украины получается неплохо.
Обострение под Авдеевкой одно из самых жестких с зимы 2015 года – только ОБСЕ зафиксировали до 8 тысяч разрывов, массово применялись реактивные системы, включая «Ураганы» и 152 мм артиллерию. Как таковые штурмовые действия закончились в первые трое суток – после нескольких попыток сбить «черную бригаду» взводными группами начались массированные обстрелы подходов к мосту и опушке с обеих сторон, поражение тактического тыла, обработка населённых пунктов за 20 км от линии боевого соприкосновения и артиллерийские дуэли.
О плотности огня может говорить то, что исходящие РСЗО несколько раз были замечены прямо в эфире российских каналов – гул канонады под Авдеевкой, в треугольнике под Донецком и вплоть до Марьинки иногда не стихал больше 11-12 часов. Опытное, Пески, многострадальная промка – плотный огневой бой, миномёты, ствольная артиллерия.
Под вражеским огнем Галициновка, трасса под Карловкой – там были погибшие, накрывались подкрепления и оперативно-тактический тыл, несколько тяжело повреждённых автомобилей.
Судя по тому, что у противника гибли ротные и комбаты, а у безвременно ушедшего от нас Гиви вышло из строя 6 человек охраны, шёл и обратный процесс, причём достаточно плотно. А вот взрыв на Мотеле 2.02.2017, в котором испарился грузовик вместе с сапёром из «Востока», это или детонация или удар ВТО – там нет ни воронок от «плюсов», ни следов осколков на стенах.
На Трудовских расстреляны «Камазы» гибридной армии, ещё одна машина была поражена ПТУР 92-ой бригады – в итоге по всем эпизодам больше десятка погибших и хватает раненых, там тоже продвижение ВСУ в районе дороги и перекрёстка, по всей подкове система НП, секретов и окопчиков постепенно превращается в укреплённые опорные пункты, которые не дают противнику продохнуть.
Обрезается снабжение, наносятся удары во время ротации и попыток командования выдвинуться на рекогносцировку. Танки, которые активно применялись гибридной армией в период наибольшего обострения вплоть до 5 февраля, в этот раз не пытались разминировать поля своими гусеницами или повторять «Валеру». Работа идёт с дальней дистанции группами по 3-4 машины, в связке с бронегруппой на БМП и кочующими огневыми точками.
Почти в каждом случае контакта выход на позицию прикрывался плотным обстрелом из ЗУ-232, снайперскими парами, передок обрабатывался миномётным огнём – чтобы не давать ВСУ маневрировать расчетами с ПТО. Пробовали шатать «промку», сбивать ВСУ из «Алмазов», вести беспокоящий огонь по опорникам вдоль фаса Донецка, но, натыкаясь на огневое противодействие, откатывались на исходную, а по вскрытым точкам начинала насыпать артиллерия. Пехота противника действовала как по линии возле насыпи железной дороги, близ ДФС, так и под Спартаком – но это скорее были демонстративные действия и разведка боем.
Потери ощутимые у обеих сторон – по официальным данным у ВСУ 27 погибших, включая двух капитанов из 72-ой и 80-ой. Есть павшие как среди ветеранов, прошедших горнило боёв с 2014 года, так и среди молодёжи.
У гибридной армии 28 бойцов, что они признали, включая несколько пленных, правда, выжил только один – оператор ПТУР. С ранеными, обмороженными, травмированными, контужеными и пропавшими без вести вышло из строя до двух штатных рот с каждой стороны – естественно, что эти цифры размазаны по подразделениям, но 130-140 человек санитарными и безвозвратными в наших условиях это очень немало. С другой стороны – десятки тонн снарядов, ракет и мин на линии в десятки километров приводят к 5-6 погибшим в сутки и продвижению за две недели на 500 метров. Вторая мировая война в цвете.
Касаемо накрытия стадиона «Химик», ударов по кварталам Авдеевки, прилётов по Донецку, обесточивания «Коксохима» и гуманитарной катастрофы. Обе стороны специально не таргетируют застройку – смешно говорить о каких-то обстрелах мирняка, когда в центре Донецка до сих пор, спустя тяжелейшие обострения, функционирует бывшее здание СБУ, «министерства» и «дом правительства» «молодой республики», а с нашей стороны как часики трудятся Углегорская ТЕС, «Метинвест» и тот же «Коксохим» останавливается за 3 непростых года только второй раз.
777 млн военного сбора с предприятий, расположенных в «ЛДНР», тоже намекают на многое, как и то, что несколько городов запитаны водой и энергией со стороны боевиков, и наоборот. Была бы реальная военная необходимость – 20-30 км вглубь по обе стороны фронта превратились бы в лунный ландшафт.
При помощи «Смерчей» и «Пионов» вполне реально и глубже – включая даже низвержение территории на пару веков назад с полным уничтожением любой инфраструктуры передачи электроэнергии. Мы же имеем то, что имеем – бои в спорных по Минску участках, политический пат и обвинения друг друга в геноциде населения, с обстрелами посёлков, но работающими заводами и налогами для обеих сторон.
Что тут можно сказать? Украинские танки с «Саксонами» в Авдеевке, которые не сфотографировал только ленивый, всё же не сравнимы с исходящими реактивными снарядами из дворов Донецка и стоянки «Ашана». Тем не менее, во всех конфликтах нового времени войска укрывались в застройке. В Сараево в центре Европы, во время войны за независимость Израиля, во время операции на Фолклендских островах. Это работает, хотя ВСУ и пытаются выносить свои огневые точки за пределы застройки и городов. В той же Авдеевке танки просто некуда деть, если ты, конечно, решил Авдеевку защищать. Города на Донбассе часто переходят один в другой почти без разрыва.
Во время КББ или охоты за целями в тактическом тылу мирным жителям обязательно будет прилетать, а гибридные «реакторы» прятаться на площадках между домами – думаете, для тех «минусов», которые были видны в репортажах российских каналов, не нашлось пустырей или позиций на кольцевой (которая много где идёт вплотную к застройке)?
Можно возмущаться, писать в Европейский суд, телеграфировать в ООН и угрожать Гаагой. Но есть только два способа перестать изображать из себя мишень и жертву во время регулярных обострений – бежать или сражаться, как мы неоднократно писали ещё два года назад.
Можно, конечно, верить в озабоченность, международное сообщество и то, что ответственные наведут порядок. В конце концов, верят же, что Гиви взорвала украинская ДРГ – та, которая действует в кафе «Ветерок», поит специальным чаем Болотова и дарит Беднову машину, в которой он взрывается.
Но по-честному – ситуация продлится ещё месяцами. С каждым разом ожесточение нарастает: удары по объектам инфраструктуры, тепловой генерации, котельным, системам очистки воды – лишь вопрос времени. Если вы живете в «красной зоне» с любой стороны от линии соприкосновения – рано или поздно вам не повезёт, ничего личного, банальная математика от участников боевых действий.
Радует только одно – реакция украинской системы на обострение в Авдеевке или Светлодарске. И волонтёры, и медики, и военно-гражданская администрация, и подразделения Civil-Military Cooperation, и волонтёры с БПЛА, и бойцы бывшего ДУК, и ОТУ «Донецк» действовали как единый механизм – тонны грузов, пункты обогрева и эвакуация, точечная адресная помощь на передке, санитарный транспорт, жёсткая активная оборона на линии соприкосновения.
Время же сейчас играет против самой идеи «русского мира» – с зарегистрированным ребёнком Моторолы в Украине, с пенсиями и деньгами на переселенцев, с заменой паспортов и визами, с продуктами и лекарствами в Волновахе. Социальная база боевиков и гибридной армии деградирует, а про нехватку личного состава, о том, что приходится оставлять позиции, потому что нет людей, у них прямо пишет тот же Ходаковский.
Между жизнью на грани нищеты и смертью за непонятно что, со взрывами первых лиц «ополчения» на улицах местные всё-таки выбирают жизнь, голосуя ногами против «республик». И это не может не радовать, несмотря на все смерти и разрушения в Авдеевке.
Оставайтесь на связи и оставайтесь с нами. Мы победим.
Кирилл Данильченко ака Ронин
P.S.
Я не знаю, кто это снял. Я не знаю, кто это смонтировал. Я не знаю, кто это разместил. Но я точно знаю, что эти герои уже вошли в историю современной Украины. И на их подвигах будут воспитаны следующие поколения украинцев. Эти воины уже часть истории. Истории войны за независимость Украины против Московии.
Вечная слава и почет украинским военным и добровольцам!
Я не знаю, кто это снял. Я не знаю, кто это смонтировал. Я не знаю, кто это разместил. Но я точно знаю, что эти герои уже вошли в историю современной Украины. И на их подвигах будут воспитаны следующие поколения украинцев. Эти воины уже часть истории. Истории войны за независимость Украины против Московии. Вечная слава и почет украинским военным и добровольцам!
Опубліковано Бориславом Березою 13 лютого 2017 р.
