Катастрофа российского военного самолета привела к новому витку напряженности между россиянами и украинцами
dw.com
Это было неожиданно. Трагедии случались и раньше — и при желании всегда можно было найти людей, которые отзывались о происшедшем без сочувствия и даже со злорадством. Так было, когда российские военные или их наемники уничтожили украинский самолет с десантниками. Так было, когда россияне сбили малайзийский "Боинг". Российского массового сочувствия особо тогда не просматривалось. Когда был уничтожен самолет с российскими туристами, летевшими из Египта, тоже, наверное, можно было найти украинцев, утверждавших, что это результат путинской политики на Ближнем Востоке. Показательно, что этих украинцев тогда никто особо не искал. Когда у людей настоящая трагедия, они не ищут чужой скорби — это закон человеческой природы.
История с Ту-154 примечательна прежде всего "поиском скорби". А еще тем, что некоторые представители либеральной части общества неожиданно для украинцев — а, возможно, и для самих себя — оказались в одном лагере с охранителями и шовинистами. Это немедленно заметила мидовская горлопанка Мария Захарова, призвавшая либералов нещадно банить тех, кто не выражает достаточно сочувствия российскому горю. То есть перепалка в социальных сетях была переведена на государственный уровень. Потому что, по словам Захаровой, либералы и охранители могут между собой спорить, а вот Россия у них одна.
Но дело вовсе не в том, что Россия на всех одна. Важнее то, что на всех одна Украина, вернее — ее отсутствие. Разница между многими либералами и охранителями в том, что одни считают войну против "братской страны" недопустимой, а другие уверены в своей миссии "освободить" эту самую братскую страну от американцев, "бандеровцев" и даже, если понадобится, самих украинцев. Но обе категории — при всей своей взаимной нелюбви — продолжают воспринимать Украину как еще одну Брянскую область. Просто для либералов это хорошая область, а для шовинистов — расшалившаяся. Но обе стороны не понимают, почему в Брянской области не выражают сочувствия и интереса в связи с гибелью российского самолета. Это же и в самом деле странно.
Может быть, все дело даже не в том, что Россия почти три года назад напала на Украину и не дает ей нормально жить, а в том, что Украина все в большей и большей степени не Брянская область? Да, собственно, никогда ею и не была — просто существовала часть населения, ассоциировавшая себя с "русским миром" и Россией, но с каждым годом войны таких все меньше и меньше. "Русский мир" Украины сжимается, как шагреневая кожа, — и вскоре вообще исчезнет.
Для украинцев разбившийся самолет — чужой самолет. Россия — не просто чужая страна, но еще и агрессивная страна. Много ли интереса вызывают в России чужие катастрофы? Прочитали и забыли. А где-нибудь в Париже или Берлине люди могут неделями не успокаиваться. Кстати, о Париже. Карикатуры в "Шарли Эбдо" продемонстрировали, что не склонных сочувствовать российскому горю можно легко отыскать и на Западе. Но только никто среди российских "общественников" и политиков не занимался поиском отступников среди французов, американцев или поляков. Просто потому, что они чужие. А украинцы, несмотря на все страдания, причиненные их стране Россией, для россиян все те же свои. Все та же Россия.
Только вот для самих украинцев россияне уже давно не свои. Возможно, придет время, когда уже при новой власти, способной извиниться за преступления и ошибки предшественников, Россия перестанет восприниматься украинцами как враг. Как опасность. Превратится просто в соседа. Как написал один известный в прошлом сатирик — "соседа по карте".
Но только своей она для украинцев не будет больше никогда. А это означает, что русское горе никогда не будет украинским.
Виталий Портников
