Бульвар в украинской столице, который многие годы носил имя прочно забытого большевистского профсоюзного деятеля Ивана Лепсе, теперь переименован в честь Вацлава Гавела.
patrioty.org.ua
А в Москве обсуждают, удастся ли назвать именем Фиделя Кастро одну из улиц в Медведкове. И надеются, что решение президента России или мэра столицы позволит избежать долгого ожидания — и табличка с фамилией вурдалака осчастливит дорогих москвичей.
В этом выборе имен отражается различие между Украиной и Россией в цивилизационном выборе. Гуманист, благодаря которому даже революция была "бархатной". И кровавый диктатор, ради власти и честолюбия уничтоживший тысячи людей в своей стране и за рубежом, убийца и маньяк, само имя которого стало символом авторитаризма и мракобесия. Две улицы — как две разных эпохи, в которых сейчас живут Украина и Россия. Как различие представлений о свободе, личном достоинстве, ценности человеческой жизни.
В России много говорят об украинской декоммунизации, удивляясь исчезновению с географической карты знакомых названий и падению с постаментов бронзовых истуканов. Но никто не говорит, что происходит потом. После того как улицы и площади украинских городов и сел лишаются имен убийц, бандитов и насильников. О том, что тот или иной проспект назван именем Степана Бандеры, Симона Петлюры или Ивана Мазепы, вам расскажет любая российская телевизионная программа. Но это ведь всего три улицы в Киеве. А что происходит на других улицах, в других городах и селах страны?
Самый яркий пример — переименование Кировограда в Кропивницкий. Город, который долгие годы носил имя одного из самых одиозных персонажей коммунистической мифологии — а до этого был назван в честь "самого" Григория Зиновьева, которого позже обвинят в убийстве Кирова, — теперь переименован в честь корифея украинского театра, человека, спектаклями которого восхищалась петербургская и московская публика, герою книги Суворина — знаменитый литератор сравнивал Кропивницкого с другим уроженцем Украины, великим Щепкиным. И, положа руку на сердце, где бы вы хотели жить — в городе, который носит имя палача, или в городе, который назван именем человека, создавшего национальный театр?
В Киеве долго дискутировали, как назвать бульвар Лепсе, — и остановились на Вацлаве Гавеле, как на человеке, который символизирует именно ту Европу, в которой украинцам хотелось бы жить. И этот выбор — не прихоть власти: за Гавела высказалось большинство участников общественной дискуссии в социальных сетях и членов комиссии по переименованию.
А в маленьком городке Тетиеве под Киевом одну из улиц назвали в честь легендарного руководителя отрядов местной еврейской самообороны Гирша Турия, защищавшего общину в годы Гражданской войны, а другую — именем родившегося здесь знаменитого израильского поэта-песенника Яакова Орланда. И что это, как не символ примирения — при этом не спущенного откуда-то сверху, а осознанного и одобренного жителями современного города, где о евреях напоминают только кладбища и эти две улицы.
А современная Россия — это мечта об улице Кастро. Собственно, только в Москве — мечта. В Перми, Брянске и Кирове (опять Кирове!) эти улицы уже есть, на них живут люди, на них рождаются дети, которым будет очень трудно объяснить, что модель успеха — это не диктатура, не всевластие банды убийц, не человеконенавистническая идеология, не желание показать фигу в кармане богатым соседям, живя на иждивении другого авторитарного государства. Как поверит в это ребенок с улицы Фиделя Кастро? Как поймет, что убийство и нищета — это не романтика?
Меня всегда поражали люди, которые даже после краха коммунизма готовы были жить на улицах окаменевшего Ленина и одуревшей Крупской, кровавой Землячки и бандита Котовского, уничтожившего собственную армию Ворошилова и измывавшегося над диссидентами Андропова. Я не понимаю, как может существовать город, в котором жители одновременно бегают поклоняться мощам убитого императора и настаивают на сохранении за станцией метро имени его убийцы. Я думаю, что в головах этих людей смешалось понимание добра и зла — еще и потому, что сами они воспитывались на улицах вурдалаков, в разнообразных Кировых, Ленинградах, Ульяновсках, Куйбышевых, Молотовых, Сталинградах, Калининых, Свердловсках и прочих непотребствах. И теперь хотят, чтобы их дети стали легкой добычей на этом вампирском пиру. Не получится на бульваре Сталина — так пускай хоть на улице Фиделя.
Виталий Портников
