В зоне АТО происходит эскалация на мариупольском направлении. Кроме того, боевики расширили географию обстрелов, включив туда Станицу Луганскую, из-за чего в районе этого населенного пункта было сорвано разведение сил противоборствующих сторон, предусмотренное рамочными соглашениями от 21 сентября.
inforesist.org
Уже в середине января Россия может попытаться захватить новые украинские территории. При этом главный удар может быть направлен на Одессу.
Я считаю, что до Нового года, точнее до середины января, большая война маловероятна. Но стычки местного значения, конечно, возможны, чтобы оказать на Украину давление. Эти боевые действия — не самодеятельность местных боевиков. Там сформирована танковая армия из двух корпусов, где командуют российские военные. И она полностью интегрирована в систему российского военного командования.
Это раньше там были «казаки и разбойники», а сейчас все достаточно серьезно.
Что касается допустимой атаки на мариупольском направлении, то я не думаю, что сегодня она возможна. Повторюсь, до середины января можно более или менее спать спокойно. Сейчас время непригодное. По многим причинам. Россия мобилизовала силы, подходящие для ведения большой войны в регионе. Это 220 с лишним тысяч человек, которые были задействованы для маневров «Кавказ-2016», в основном проходивших в Крыму. А теперь происходит демобилизация, и 120 тыс. солдат, призванных год назад, готовятся покинуть вооруженные силы. Основное их количество начнет демобилизовываться в конце ноября — в начале декабря.
В то же время начальник Генштаба России Валерий Герасимов заявил, что количество тактических батальонных групп в эти осенние месяцы будет резко увеличено — с 66 до 96. В течение 2017 года этих групп станет 115, а к 2018 году — уже 125, то есть в два раза больше, чем сейчас. Тактические батальонные группы — это войска только первой линии, где в общем будет собрано 70-80 тысяч бойцов. Они получат соответствующую поддержку. Для сравнения, в августе 2014 года украинскую границу перешли 10-12 БТГ, а НАТО сейчас развертывает в Польше и Прибалтике 4 тактических батальонных группы.
Скорее всего, эти войска готовятся против Украины, потому что такую массированную группировку в 300-400 тыс. против Прибалтики, например, собирать бессмысленно.
А против американцев или НАТО — форменное самоубийство. Там настолько точное и эффективное оружие большой дальности, что российскую армию просто перестреляют, как это произошло с иракской в 2003 году. Такая концентрация сил и средств, в стиле Второй мировой войны, против Запада опасна, а вот против Украины — в самый раз. Здесь будет преимущество примерно один к двум или даже один к трем. Цель России – любым путем не допустить евроатлантической интеграции Украины и добиться смены режима в Киеве.
Почему я считаю, что Мариуполь вряд ли станет целью. Осада Мариуполя — это долгая, кровавая, противная история, потому что он уже подготовлен к обороне. А вот Одесса к обороне не очень готова. Как и Херсон с Николаевым. Поэтому, если говорить о возможных направлениях наступления, то это может быть именно Одесса.
«Освобождение» Одессы, которую многие в России считают русским городом, вызовет в РФ, наверное, такой же подъем, как и «освобождение» Крыма.
А главное, что это выход на Приднестровье, которое тогда тоже можно присоединить. Россия сможет задействовать флот, высаживать десанты, используя Крым как базу. При этом ВСУ, основные силы которых собраны в районе АТО, окажутся там вне игры.
Но это все только предположения. Лавров (глава МИД России, Сергей Лавров) говорил на встрече с западными дипломатами, что сейчас открылось окно для каких-то дипломатических усилий в вопросах Украины и Донбасса. Я с ним согласен, но это окно будет открыто где-то до Нового года. После чего, наверное, закроется, и тогда станут возможными масштабные боевые действия.
Тем более что сейчас отношения России с Европой очень сильно испортились из-за Сирии и портятся дальше потому, что продолжается бомбежка Алеппо. Просвета там не видно, а значит и нет оснований надеяться на отмену санкций. Для России это, в свою очередь, означает, что не надо особенно стараться, показывать, «какие мы хорошие» и «какие украинцы плохие», – ведь много на этом не «наваришь».
Павел Фельгенгауэр, российский военный эксперт
