Визит главы украинского государства в Турцию, безусловно, можно назвать результативным. Результативным для обеих стран, поскольку в Анкаре Петр Порошенко достиг ряда соглашений сразу в нескольких сферах.
Договоренности носят декларативный характер, как и все публично объявленные намерения. Однако за ними следует уже практическая часть.
Итак, президент в Турции заявил о трех векторах сотрудничества: сугубо политический, экономический и оборонно-промышленный/аэрокосмический. Все они объединены в один общий вектор — геостратегический, т.е. "дружбу против России" в регионе.
Политический вектор — это конечно же вопрос Крыма. В частности, Порошенко на пресс-конференции с турецким лидером Реджепом Тайипом Эрдоганом сообщил, что страны будут вместе работать над деоккупацией аннексированного полуострова и его возвращением в объятия Украины в рамках международных организаций. "Мы с господином президентом высказались за совместные шаги, которые будут направлены на деоккупацию Крыма, и для этого планируем объединить усилия в рамках международных организаций, а также на основе новых международных форматов, включая формат "Женева плюс" с участием гарантов Будапештского меморандума, Турции и Украины", — заявил Порошенко, который также в ходе визита призвал турецкий парламент признать депортацию крымских татар в 1944 году геноцидом.
Экономический вектор заключается в первую очередь в создании зоны свободной торговли. Порошенко и Эрдоган договорились завершить переговоры по вопросу ЗСТ до конца текущего года. В принятой декларации также сообщается, что обе стороны будут принимать меры, направленные на всестороннее содействие двустороннему экономическому и инвестиционному сотрудничеству и развитию инфраструктуры, а также намерены подписать двусторонние соглашения о взаимной защите инвестиций. Если говорить о цифрах, то, как сказал президент Турции, цель — увеличить товарооборот между в 2020 году до 20 млрд долларов. Кроме того, глава украинского государства сотрудничество сделал еще более соблазнительным, предложив Турции участие в приватизационных процессах и украинские подземные хранилища газа. Газовый вопрос, стоит заметить, для Анкары после резкого ухудшения отношений с Москвой стоит так же остро, как и для Украины. Турки ведут переговоры, к примеру, с Израилем о поставках газа из этой страны. Голубое топливо Турции пообещал и Азербайджан.
Военный вектор сотрудничества заключается, как заметил Порошенко, в углубленном взаимодействии в оборонно-промышленной и аэрокосмической отраслях. Что могут дать друг другу Украина и Турция?
Сразу напомним, что турецкая армия является одной из самых боеспособных в мире и фактически второй в НАТО после американской. Так, согласно индексу Global Power, турецкие вооруженные силы замыкают Топ-10 самых боеспособных в мире, где на первом месте находятся США, а на втором Россия. Справедливости ради скажем, что и в технологическом, и количественном плане турки проигрывают россиянам. У Турции, в принципе, довольно сильная и современная авиация и мощный флот. В общей сложности, у России, безусловно, преимущество в численности по миру, однако, что касается Черного моря, то в регионе у РФ есть 1 ракетный крейсер, 1 большой противолодочный корабль, 3 сторожевых корабля дальней морской зоны, 6 малых противолодочных и 4 малых ракетных корабля, 2 дизельные подлодки. У турков: 16 фрегатов, 8 корветов, 13 дизельных подлодок. Ну и не будем забывать про огромное геостратегическое и геополитическое значение проливов Босфор и Дарданеллы — ворот в Средиземное море.
В то же время, Турция испытывает острую необходимость в транспортной авиации, а сотрудничество с Украиной, в частности с КБ "Антонов" обещает изменить ситуацию в лучшую сторону. На данный момент Турция располагает таким авиапарком: европейские Airbus А400 — две единицы (ожидается еще восемь), американцы Lockheed С130 Hercules — 19 единиц, франко-германские Transport Allianz C160 середины 60-х годов прошлого века — 16 единиц, американцы Boeing K135 — 43 единицы. Поэтому заинтересованность Анкары в новеньких Ан-178 — транспортных самолетов, которые произвели фурор на международном авиарынке, вполне объяснима. Более дешевый Ан-178 представляет угрозу для аналогичных итало-американского C-Alenia 27J Spartan, бразильского Embraer KC-390 и собственно молодящегося старичка Lockheed Martin C130 Hercules. КБ "Антонов" уже подписал контракт с авиакомпанией Объединенных Арабских Эмиратов Maximus Air Cargo, однако количество серии Ан-178 по нему пока не известно. Но точно известно, что Саудовская Аравия намерена купить 30 единиц, азербайджанская Silk Way Airlines — больше 10. Очень заинтересован не только в приобретении, но и получении лицензии на производство и Китай.
Чем вызван такой успех? В первую очередь, как уже писалось выше — разницей в себестоимости при аналогичном качестве. По своим характеристикам украинский Ан-178 больше походит на американский Hercules, но загвоздка в том, что американец — это исключительно военно-транспортный самолет, в то время как украинец — универсал, который может перевозить 10 тонн груза, в частности стандартный морской контейнер, не требуя специальных средств погрузки и оснастки. К тому же украинец может садиться на любую полосу. Кроме того, данный самолет может выполнять роль патрульного, поискового, противолодочного и т.п., а потому выглядит еще более привлекательным для Турции в контексте усиления ее присутствия в регионе. Тем более что схема такого морского самолета достаточно хорошо опробована еще в ходе проработке аналогичного проекта для индийских ВМС на основе Ан-148.
Предположения о возможности совместной разработки истребителя выглядят довольно смело. Но потребность в подобной кооперации назрела у обеих стран, причем возможное сотрудничество Турции и Украины по этой теме может в общих чертах наследовать китайско-пакистанский проект по разработке и производству многоцелевого истребителя "Ченду" FC-1 "Сяолун"/FJ-17 Thunder. Общую разработку проекта вел Китай, а пакистанцы вкладывались деньгами, параллельно перенимая опыт проектирования и готовя у партнера специалистов для своей промышленности. В 2009 году был дан официальный старт серийному производству. Если применить эту аналогию к Турции и Украине, то роль Пакистана отведется первой, а на Киев может лечь планирование, разработка, налаживание технологической цепочки. К тому же, заключение соответствующих контрактов может запустить цепочку дальнейшей кооперации с другими странами, в первую очередь стран Персидского залива.
В контексте потенциального (и, очевидно, неформального) черноморского военного союза, Украина может усилиться на море за счет Турции, "заплатив" за это технологиями, предприятиями из списка приватизации и ПХГ. Такой "вертикальный" региональный альянс представляет серьезную угрозу доминированию России в Черном море, и что немаловажно — поставкам живой силы, оружия, амуниции, военной техники в Сирию. Да и аннексированный Крым, используемый Москвой в качестве перевалочного пункта и по сути военного склада, окажется в украинско-турецких тисках.
Владислав Гирман
