В своем выступлении перед российским Федеральным собранием президент Владимир Путин назвал турецкое руководство "кликой".
Это новый расхожий термин российской пропаганды. Украинское руководство тот же Путин тоже величал "кликой", но реже. Гораздо чаще от российского президента и его пропагандистов можно было услышать термин "хунта" — в Кремле старались доказать, что в Украине произошел переворот, в результате которого в соседней стране к власти пришли узурпаторы — и именно этим оправдывали аннексию Крыма и оккупацию Донбасса.
Но в Украине Путину удалось хотя бы спровоцировать бегство в Россию президента Виктора Януковича, заявлявшего о своей "легитимности". Из Турции никто никуда не бежал. Этой страной правит законное руководство, которое пришло к власти в результате демократических выборов. Поэтому — "клика".
В 1948 году московская пропаганда тоже рассказывала своим жертвам о "клике" — тогда югославской. Иосип Броз Тито, международно признанный лидер этой страны и глава югославских коммунистов, до конфликта был одним из ближайших друзей Сталина. Но кремлевский диктатор влез грязными сапогами в сферу региональных интересов Тито и возмущался, почему тот не понимает, что интересы могут быть только у него — Сталина. Когда Тито не согласился с этим пониманием политики, Москва начала против его "клики" пропагандистскую и диверсионную войну. И проиграла ее.
Эрдоган до последнего времени был одним из лучших друзей Путина. Турция не ввела серьезных санкций против России, готова была участвовать в амбициозных — и по сути антиукраинских — проектах кремлевского правителя вроде того же "Турецкого потока". Но кремлевский диктатор влез грязными сапогами в сферу региональных интересов Эрдогана и возмущался, почему тот не понимает, что интересы могут быть только у него — Путина. И готов начать против Турции пропагандистскую, диверсионную и экономическую войну. И проиграет ее.
Что интересно — в последние годы жизни Сталина, при таком же оболваненном обществе, соратники вождя понимали, что он не в себе — прежде всего именно благодаря поведению диктатора в югославском конфликте. Есть ли у российской элиты такое же понимание неадекватности Путина? Ведь если в конфликте с "хунтой" путинскую истерию можно было списать на веру правителя в то, что вся территория бывшего СССР — зона его исключительных интересов, то в конфликте с "кликой" нет ничего, кроме неадекватности и непонимания мира, в котором находятся Путин и Россия.
Виталий Портников
