Саммит в Париже принес мало конкретных результатов, однако он четко выявил одно обстоятельство: во внешней политике все взаимосвязано.
Ожидания, возлагавшиеся на встречу Путина, Порошенко, Олланда и Меркель в Париже, не оправдались. Трое переговорщиков не смогли договориться с четвертым, dw.com
Нельзя говорить о конфликте на Украине, не обсуждая при этом войну в Сирии и миграционный кризис в Европе. При этом все нити в своих руках держит, несомненно, президент России Владимир Путин.
На встрече в Париже с президентами Франции и Украины Франсуа Олландом и Петром Порошенко, а также канцлером Германии Ангелой Меркель (Angela Merkel) Путин проявил себя как искусный тактик. Он, несомненно, задавал тон. Отправив российские ВВС бомбить оппозиционные группировки в Сирии, Путин обостряет ситуацию в этой охваченной гражданской войной стране и оказывает сильное давление на Запад. На востоке Украины президент в настоящий момент ведет себя спокойно, однако ясно дает понять, что в любой момент может снова усилить атаки пророссийских сепаратистов, если это будет входить в его расчеты.
У стран Запада и Украины нет значительных рычагов давления на Россию. Санкции Евросоюза и США, конечно, болезненны для России, но они ни в коей мере не поколебали позиций Путина. На публике Меркель, Олланд и другие отрицают связь сирийской проблемы с украинским кризисом, однако за кулисами дипломаты уже давно обсуждают, как можно достигнуть в переговорах с Россией своего рода компромисса. Роль России и ее авторитет снова возрастут, а Кремль в ответ пойдет на определенные уступки в очагах кризисов, — так могла бы выглядеть формула разрядки. Российская сторона прекрасно понимает, что давление на Европу растет с каждым днем. По мере ухудшения ситуации в Сирии будет расти поток беженцев, направляющихся на Запад. Таков циничный расчет.
Путин хочет расколоть Европу?
То, что не удалось в украинском кризисе — а именно, поссорить между собой страны Евросоюза, — могло бы получиться в сирийском конфликте. Из-за наплыва беженцев ЕС уже сейчас оказался на грани тяжелого политического кризиса. Поэтому дополнительное давление, спровоцированное бомбардировками в Сирии, отвечает российским интересам. Чего в итоге добивается Владимир Путин, и к каким отношениям с ЕС, а также с США он стремится, осталось неясным и после встречи в Париже.
Украине не повезло в том, что ее затянуло в воронку геополитических амбиций Кремля. Москва не допускает быстрой реализации минских договоренностей по мирному урегулированию кризиса. Конфликт должен и дальше кипеть на слабом огне, оставаясь залогом в более крупных схватках за влияние. Украинский президент испытывает большое давление — как внутриполитическое, так и со стороны своих союзников. Меркель и Олланд еще раз дали ему понять, что Украине тоже следует больше делать для выполнения минского плана.
Небольшие компромиссы без гарантии
Порошенко может записать на свой счет по крайней мере один небольшой успех. Спорные местные выборы в захваченных сепаратистами областях на востоке Украины все же не должны состояться. Россия планирует в одной из рабочих групп содействовать тому, чтобы голосование проходило в соответствии с украинским законодательством. Конкретные обещания выглядят иначе, но и это все-таки лучше, чем ничего. Вопрос о том, как могут быть организованы местные выборы на востоке Украины, хотя и является важным, но все же не считается камнем преткновения.
Уже давно стала очевидной необходимость закона о региональной автономии восточных областей Украины. Важно, прежде всего, чтобы контроль границы с Россией осуществляли украинские правительственные войска. Однако до этого еще очень далеко. Срок исполнения минских договоренностей, назначенный изначально на 31 декабря 2015 года, больше не может быть соблюден.
Россия продолжает играть в политический покер. И ни у Меркель, ни у Олланда нет на руках ни одного туза.
Бернд Ригерт
