В разгар споров долго ждать обсуждения ТС-перспектив Украины на высоком уровне не пришлось. 25 сентября премьеры двух стран обменялись мнениями по спорному вопросу. Позиции сторон, похоже, не изменились: Киев говорит о развитии взаимодействия, Москва – о сокращении его масштабов. Но тональность заявлений чуть смягчилась.
Мир, дружба, торговля
После того, как подготовка к подписанию Соглашения об ассоциации приблизилась к финишной прямой, интенсивность и тональность "таможенных" заявлений России, как известно, изменилась. С обострением ситуации Украине все чаще напоминают не только о преимуществах вхождения в ТС, но и о "санкциях", которые последуют, если ЗСТ с Евросоюзом все-таки заработает. Киев же продолжает убеждать окружающих: дружба незыблема, временные трудности с адаптацией к новым нормам уйдут в прошлое, и от еврокурса Украины отношения двух стран только выиграют. "Я уверен, что подписание Украиной Соглашения об ассоциации с ЕС будет иметь положительный эффект и на политические, и на экономические отношения с РФ. Мы понимаем, что сегодня российская политика по поводу ассоциации базируется на некоторых сантиментах. Я думаю, после факта подписания соглашения этот фактор исчезнет, и мы сможем более рационально и прагматично подойти к дальнейшему развитию наших отношений", — рассказывал в недавнем интервью министр иностранных дел Леонид Кожара. А глава правительства, тем временем, не устает напоминать, что интеграция в Европу "не несет никаких рисков для Таможенного союза". "Мы найдем консенсус взаимопонимания. Нам никуда не деться друг от друга. Мы обречены на сотрудничество со странами Таможенного союза", — выступал Николай Азаров на саммите YES. И возможность убедить в этом "таможенных" партнеров лично не заставила себя долго ждать.
Поездка в Астану на заседание Высшего евразийского экономического совета на уровне глав правительств давала украинскому премьеру возможность не только понаблюдать за работой высшего органа ЕврАзЭС, но и побеседовать с коллегами. Так, встреча с белорусским премьером кроме ряда договоренностей (вроде создания транснациональной корпорацию по производству сельскохозяйственной техники) принесла еще и сдержанные высказывания по поводу европейской судьбы Украины. "Я не хотел бы, чтобы в оценках ЗСТ с ЕС звучали огульные суждения. Необходимо быть прагматичными и обсуждать конкретные товарные позиции и влияние новой тарифной ситуации на режимы торговли", — озвучивал особенности более спокойной, чем российская, позиции Минска Михаил Мясникович. А Николай Азаров, в свою очередь, поделился "таможенными" планами Киева. "Мы собираемся активно участвовать в работе, в частности, мы готовы рассмотреть и присоединиться почти к 70 соглашениям, которые действуют в Таможенном союзе", — пояснял он. Однако обсуждение украинского будущего с российской стороной прошло не настолько единодушно.
Общий смысл послания главы правительства в Астане непринципиально отличается от более ранних заявлений украинского премьера. Но посыл "Давайте жить дружно" глава Кабмина дополнил предметными рекомендациями. "Я предлагаю перейти от общих рассуждений – что мешает, а что не мешает – к практическому рассмотрению положений, которые вызывают противоречивые оценки или обеспокоенность наших партнеров. Я за то, чтобы находить общий язык и реагировать на реальные угрозы, когда они есть, а не на гипотетические", — предложил Николай Азаров Дмитрию Медведеву. И, если ранее украинская сторона уже не раз вспоминала о торговом сотрудничестве с ЕС самой Москвы, то 25 сентября украинский премьер отдельно упомянул о правилах торгового "общежития" в пределах норм Всемирной торговой организации. "Я обратил внимание на то, что правила ВТО, которыми руководствуются и Россия, и Украина, дают достаточно возможностей, чтобы регулировать и возможный реэкспорт, и множество других вопросов, о которых сейчас российская сторона говорит", — убеждал он партнеров.
Судя по всему, премьер-министр настроен оптимистично. "Мы начали достаточно непростой, сложный процесс, но я уверен, что при наличии доброй воли можно любые вопросы решить, в том числе и эти", — сообщил Николай Янович, уточняя, что проблемные пункты еще будут рассматриваться на запланированном на середину октября заседании украинско-российского межправительственного комитета по экономическому сотрудничеству в Калуге. В ближайшее время руководство двух государств планирует обсудить и энергетику. Но торговле по-прежнему уделяется особое внимание. По сообщению пресс-службы КМУ, главы правительств в Астане договорились "придать взаимной торговле новую динамику и восстановить объемы товарооборота (упавшего, по официальным данным, в этом году почти на 19 процентов, — "Подробности") на уровне предыдущих лет". Но на основании слов уже российского премьера делать предположении по поводу безоблачности "новой динамики" уже сложнее.
Абсолютный "не ультиматум"?
В последние месяцы публичная российская реакция на проевропейские усилия Украины выглядит все интереснее. Некоторые медиа увлеченно оперируют понятиями "эвтаназия", "неомазепизм" и "дефолт", в заявлениях советника Владимира Путина Сергея Глазьева "обкатываются" сценарии разной степени радикальности, а об ограничениях прав Киева уже даже в границах ЗСТ со странами СНГ (а не только в отношениях с государствами Таможенного союза) упоминают в высших эшелонах. И одним из сторонников сужения "особого партнерского режима" выступает российский премьер. "Да, мы будем дружить, мы будем торговать, но это будет торговля такая же, как мы ведем с нашими другими партнерами – без всяких привилегий и, наоборот, может быть, даже с ограничениями", — пообещал Киеву Дмитрий Медведев 23 сентября.
Двумя днями позже глава российского правительства, с одной стороны, уточнил сказанное ранее, с другой – несколько смягчил отдельные акценты. От мнения о том, что зона свободной торговли с ЕС непременно отразится на ЗСТ со странами СНГ, Москва не отказывается, несмотря на все украинские аргументы. "В рамках подписанного нами договора о зоне свободной торговли стран СНГ (в нем участвуют и Россия, и Украина) нам придется применять специальное приложение к нему – приложение №6 о защитных мерах в случае угроз экономического характера, если таковые будут", — заранее оценивает масштабы проблем российский премьер. При этом, по его мнению, ультиматумом его слова назвать никак нельзя. "Это никакие не ультиматумы, абсолютно. Мы очень рады тому, что на сегодняшнем заседании Высшего евразийского экономического совета на уровне глав правительств присутствовали наши наблюдатели – Украина и Кыргызстан", — считает он.
Неультимативность российской позиции, очевидно, заключается в некоторой коррекции акцентов. Придерживаясь былой аргументации и повторяя тезисы "На двух стульях не усидеть", в Астане российский премьер переключился из режима "плохого полицейского" на роль "хорошего". Во всяком случае, уже привычная в последние недели апокалиптичная тональность "Как же Киев не понимает, что для него хорошо?" по итогам встреч трансформировалась, скорее, в чуть более спокойное "Только не говорите, что мы не предупреждали!". "После подписания договора с Евросоюзом катастрофы не случится, мы будем и дальше сотрудничать, но объем экономического взаимодействия будет сужаться", — снова объяснил позицию своего государства Дмитрий Медведев.
Уточнения по поводу катастрофы, которая не случится, по всей видимости, ориентированы "вовнутрь". Во всяком случае, в пользу этой версии говорят озвученные 25 сентября тезисы доклада Всемирного банка. "Интеграционные связи, существовавшие между российскими и украинскими предприятиями в советскую эпоху, в настоящее время значительно ослабли. Представляется, что Россия могла бы легко заместить большую часть украинского экспорта, за исключением ядерных реакторов, товарами из других стран", — говорится в документе. Таким образом, Москва переключается в режим "Нам-то хуже не будет". А и к европерспективам Украины, и к ее желанию углублять взаимодействие и присоединяться к соглашениям в обоих направлениях восточные соседи продолжают относиться со скепсисом.
Одним из самых примечательных моментов встреч в Астане, пожалуй, является реакция Дмитрия Медведева на "таможенные" планы Николая Азарова. Российский премьер снова напомнил, что с подписанием Соглашения об ассоциации войти в состав ТС Украина уже не сможет, зато "наблюдателем, конечно, можно оставаться". А вот украинская трактовка такого "наблюдательства", по его словам, максимально приближается к членству. "Если они (украинские власти, — "Подробности") присоединятся к 70 соглашениям, а их всего-то под 80, то это будет означать полноценное членство (в ТС). Мы будем только рады этому. Только, я боюсь, в условиях, когда будет действовать договор об ассоциированном членстве (с Евросоюзом), там написано, что все такие решения должны согласовываться с Брюсселем. Я не уверен, что наши коллеги в Европейском союзе к этому отнесутся так легко. Именно в силу нестыковки многих правил, которые есть", — прокомментировал Дмитрий Медведев слова своего украинского коллеги. При этом в Украине считают, что "на 90% основа техрегламентов ЕС и Таможенного союза совпадает, но есть и различия" (по словам правительственного уполномоченный по вопросам сотрудничества с Россией и постсоветскими экономическими организациями Валерия Мунтияна). В силу этого пока трудно оценить, как может реализовываться ожидаемая Николаем Азаровым "новая динамика". Особенно на фоне заявлений российской стороны, которые эту динамику, казалось бы, не подразумевают.
Практические взаимоотношения с Таможенным союзом для Киева во многом зависят от того, захочет и сможет ли он присоединяться к отдельным договорам ТС-государств. Украинское руководство, похоже, считает, что это возможно. В Брюсселе к "постороннему" сотрудничеству, не предполагающему потери части суверенитета (то есть, передачи каких-либо полномочий наднациональным органам), относятся достаточно спокойно. А вот Россия ранее не раз заявляла, что упражнения на тему "3+1" невозможны, хотя украинские власти уверены, что нынешнее сотрудничество соответствует этой модели. А при таком расхождении трактовок трудно оценить даже будущее двухсторонней торговли, которую Украина предлагает регулировать с оглядкой на нормативы ВТО…
Последовательное обещание "защитных мер" показывает, что о полновесном смягчении позиции Москвы в отношении евронамерений Украины говорить преждевременно. Да и дальнейшее ужесточение тех же таможенных проверок Киеву продолжают обещать всерьез. Вполне возможно, что некоторое варьирование тональности либо стремится по-разному оттенить все те же аргументы, либо помогает избегать обвинений в чрезмерном давлении. Во всяком случае, заверения Дмитрия Медведева в том, что московскую позицию нельзя называть "ультиматумом" озвучивали на фоне растущего ропота Брюсселя и Страсбурга – в Европарламенте уже заговаривают об ответных мерах. Переформулирование заявлений при сохранении их сути на практике может не сказаться заметно на трехсторонних отношениях. Но участники "дружественного" конфликта зависимы и от "теории" – того впечатления, которое происходящее может произвести. Так, некоторые специалисты указывают, что нынешний раунд информационной войны против украинских намерений Москва проигрывает. Кроме того, представители правящего лагеря Украины считают, что действия России трудно назвать дружественными, и они не идут на пользу ее "украинскому" имиджу. "Как только Россия начала принимать жесткие меры в отношении Украины, то даже люди, которые живут на Востоке Украины, они говорят, что это несправедливо, неправильно. Россия начала терять своих сторонников в общественном мнении. Это что, на пользу ей? Нет!", — уверен глава фракции ПР в парламенте Александр Ефремов. Тем временем пророссийски настроенные политики из числа конкурентов "регионалов" на этом электоральном поле выступают все активнее, пытаясь, вероятно, сыграть "жмущую" ПР при нынешних обстоятельствах роль главных сторонников Москвы. В таких условиях экономическим вопросам избавиться от политической составляющей очень трудно. Особенно когда на кону евроинтеграция, расширение ТС и президентские выборы в Украине.
Ксения Сокульская
