После покушения на муфтия Татарстана Ильдуса Файзова и убийства его заместителя Валиуллы Якупова в республике начались обыски и массовые аресты. По официальным данным, задержано пятеро подозреваемых. Однако, как сообщили WordYou.Ru местные жители, общее количество задержанных доходит до 40 человек. По мнению экспертов, все это делается с целью подавить начавшееся в Татарстане возрождение ислама и «повернуть» республику на путь «нестабильности» северокавказских регионов.
На месте взрыва машины муфтия Татарстана Ильдуса Файзова Фото wordyou.ru
Руслан Курбанов, старший научный сотрудник Института Востоковедения РАН, кандидат политических наук:
— После произошедшего в Татарстане многие эксперты со страхом ждали, пойдет ситуация по кавказскому сценарию или нет, решатся ли силовики на масштабную дестабилизацию в регионе? Первые задержания дали надежду на то, что все-таки будут отрабатывать криминальную, а не религиозную версию, поскольку очевидно, что в Татарстане, даже при очень широком развитии салафитской версии ислама и независимых религиозных общин, не было агрессивных группировок профессиональных киллеров или диверсантов, способных наносить такие просчитанные и согласованные удары, как, например, на Кавказе.
И, тем не менее, мы сейчас видим, что начались массовые аресты, началась «охота на ведьм» среди верующих республики. Честно говоря, я, как мусульманин, могу понять, почему некоторая часть чиновников и силовиков боится укрепления независимых общин – потому что они воспринимают ислам как политическую идеологию будущего. Они пытаются остановить в зародыше исламское возрождение, его социализацию, занятие исламом все больших общественных ниш, все то, что мы наблюдали в Татарстане.
Я могу понять логику этих ястребов внутри системы, которые пытаются такими ударами остановить поступательное движение мусульманской общины. Но я не могу понять, как силовики решаются на такие масштабные провокации с массовыми арестами, зачастую не соответствующие процессуальным нормам. Тем более в преддверии таких важных событий для России, как Олимпиада на Кавказе и Универсиада в Казани, и в свете попыток федерального руководства России создать положительный имидж страны на международной арене. Этого я понять не могу.
Да, к сожалению, мы наблюдаем, что в Татарстане проводится полномасштабная провокация, аналогичная тем, что были реализованы в Дагестане после 99 года, в Кабардино-Балкарии в 2005 году и совсем недавно в Северной Осетии.
В каждой из этих республик Северного Кавказа простые верующие, попавшие под каток репрессий, не имели никакого отношения к тема провокациям, после которых и начинались массовые аресты. И я очень боюсь, что в случае с арестами в Татарстане, где задержаны уже десятки человек, ситуация будет такая же. Будет арестовано множество людей, будет поднята волна антиисламской истерии, будут поломаны судьбы, и спокойный регион превратят в какой-то напряженный сгусток страхов и недоверия людей и государства друг к другу.
Видимо, у той части чиновников и силовиков, которая раскручивает этот маховик с массовыми арестами, срабатывает даже не логика, а какие-то иррациональные страхи. Она боится любой мобилизации общества в рамках альтернативной идеологической системы. Ведь даже радикальная оппозиция в лице левых или правых не так страшны власти, потому что они не обладают большой мобилизационной силой, каковой обладает ислам. И не зря власть настолько плотно курирует именно религиозное мусульманское поле. Потому что подсознательно пропитанные страхом и недоверием к исламу чиновники или силовики осознают, что это такая мобилизация, которая позволяет людям независимо мыслить. Это уже пугает, и в этом усматривается оппозиционность.
И вместо того, чтобы попытаться сделать из мусульман союзников, региональные чиновники и силовики начинают периодически устраивать их массовые и показательные избиения и задержания. Потому что, к сожалению, эта часть чиновников и силовиков продолжает думать и руководствоваться пещерными стандартами 16-19 веков, когда ислам насильно загоняли в какую-то узкую нишу, чтобы превратить его в затхлый набор ритуалов и мертвой обрядовости. К сожалению, значительная часть работников нашей правоохранительной и бюрократической системы не дозрели до стандартов мышления 21 века, когда общество стало свободным и сложным, и нужно не давить, не подавлять, не арестовывать, но пытаться наладить активный, сложный, многоуровневый, стратегически выверенный общественный диалог с новым поколением мусульман. Как это делают в некоторых странах Европы, в Канаде, Малайзии, где пытаются найти достойное место лидерам исламских общин в общественной и даже политической жизни.
Возвращаясь, к случившемуся в Татарстане, могу сказать, что в последние годы муфтият республики оказался замешан во множестве скандалов – и на религиозном поле из-за попыток отстранить популярных у молодежи имамов, и на бизнес поле из-за попыток отбить хадж у местных операторов, и на политическом поле из-за сближения муфтия с советниками, которые работают против Татарстана, как политического проекта. Однако настоящий заказчик и исполнитель не будет найден. Для этого преступления нашли уже очень удобный громоотвод – «радикализирующихся» мусульман.
Но мы переживали и более тяжелые времена. Думаю, и эти испытания переживем достойно. Сейчас необходимо предавать максимальной огласке то, что происходит в республике – и в соцсетях, и в блогах, и в СМИ. Нужно пробивать эту стену молчания, нужно обращаться к правозащитникам.
Первый шаг – документально зафиксировать нарушения и доказывать в судах свою невиновность. Второй – своими добрыми делами на благо республики отстаивать свое честное имя.
Абдулла Ринат Мухаметов, кандидат политических наук, журналист:
— В этом преступлении я вижу криминально-клановый характер. Но теперь это попытаются использовать силовики. Я думаю, что они пошли по стандартной схеме, показательный пример – Северная Осетия, где убили поэта Шамиля Джигкаева, а после этого арестовали чуть ли не половину муфтията. Это похожий подход – на всякий случай сейчас побольше арестуем, а потом разберемся…. Ну и потом надо отчитываться, нужны результаты.
Но я боюсь, это породит только большую ответную реакцию и вызовет еще большую нестабильность. Есть версия, что силовики именно этого и добиваются – роста экстремизма, с которым можно было бы бороться. Поскольку известно, что в России борьба с экстремизмом превратилась в одну из национальных госкорпораций, которая пожирает огромное количество денег.
В первую очередь это, конечно, бьет по президенту Татарстана Рустаму Минниханову, не только по его политике активного сближения с исламским миром, но и укрепления статуса республики, как суверенного региона в составе Российской Федерации. Это давно осуществлялось такими провокационными деятелями, как глава Приволжского центра региональных и этнорелигиозных исследований Российского института стратегических исследований Раис Сулейманов, который также является официальным советником нынешнего муфтия. Этот человек фактически выступает против исламского возрождения в Татарстане. Именно он постоянно обвинял Минниханова в потворстве экстремизму. И теперь он может использовать этот фактор для давления на Москву.
Я надеюсь, что не дойдет до такой ситуации, какая случилась на Северном Кавказе, но очевидно, что проблемы будут серьезные.
В первую очередь, власти республики сейчас должны использовать правовые методы разбирательства, должен быть налажен диалог внутри общины. Главное – не выходить за рамки закона. Это единственные путь, который может помочь ввести ситуацию в мирное русло.
Юлия Ахмедова
